Белый крест

      На дворе стоял 1186 год. Именно в этот год скончался один из великих королей Иерусалимских Балдуин V, на его место пришла Сибилла I, за правление которой великое Княжество Иерусалимское распалось, под натиском великого и могущественного Салах-эд-Дина, или, как еще он известен в христианском мире, Саладин.       Но кто-бы смог удержать столь обширное государство, со столь древними и святыми землями, как для христианского так и для мусульманского мира в долгом равновесии, когда святыни находятся в самом сердце земель врага?        Сколько раз святое воинство Христа не пыталось овладеть землями, всё, чего оно добивалось, это лишь шаткий мир между двумя мирами с совершенно разными взглядами на мир. Попыток подчинить Иерусалимские земли европейцы сделали столь много, что даже сам Господь-бог возревел бы в плаче за несметные количества мертвых детей своих, которые пали несся его веру в далекие земли востока, где всегда печёт солнце, а из под земли дышит сам дьявол.       Во время одного из множества Крестовых походов, славным воинам Христа всё же удалось штурмом взять великий Град Иерусалим. Сорок лет в святыни мусульман и христиан властвовал крест Отца. Но за какую цену дался этот срок? Десятки тысяч воинов множеств армий Европы, а порой, даже, и сами властелины государств отдавали свои жизни за всё время открытые для християн Врата Рая.       Тысячи паломников со всех концов Европы стекались в Иерусалим с целью открыть себе врата в рай, в то время как путь их охранял славный орден Рыцарей Христа - Тамплиеры. Эти могущественные рыцари, отождествлённые всем миром и Богом, как носители священного слова день и ночь несли службу для того, чтобы кто угодно, будь то обычная чернь, вор, убийца или же высшие чины общества, смогли добраться в целости и сохранности к священному месту и замолить свои грехи у Господа и услышать его глас познав тайны знаний, что Всевышний создал на земле.       Одним из таких орденов, коих было немало, был не менее известный Орден Госпитальеров. Общество рыцарей в черный плащах с белыми крестами, которые несли службу вместе с Тамплиерами, но исполняли обязанности медиков следя за тем, чтобы паломники дошли к святыням без единой царапинки, переломов и болезней, чтобы они смогли предстать пред Господом в длинной молитве, которая, порой, могла длится от заката до рассвета. Настолько сильна была вера. Госпитальеры, за то недолгое время своего существования, с момента первого захвата Иерусалима христианами, успели обрести славу великих рыцарей-лекарей, прославив себя не только своими навыками исцеления, но и славными битвами против врагов христианского мира - мусульман. Этот орден обрёл настолько великую славу, могущество и богатство, ведь по всем законам все Ордены Рыцарей Христа не подчинялись никому кроме самого Папы римского, что освобождало их от уплаты налогов государствам, что привело к тому, что орден, нарастив могущество и богатства начал скупать земли в Европейских странах, таких как Испания, Франция, Португалия.       Одним из самых известных приобретений ордена стала земля в коммуне Жизор, где орден Тамплиеров построил один из своих самых могущественных замков, который простоял десять столетий, пережив не мало осад и даже время распада ордена.        В одно из этих столетий, в замке, который служил опорным пунктом Ордена в провинции, готовились войска для отправки подкреплений в святую землю, для укрепления позиций. Ох не знали еще те полководцы, что собирали войска, как сильно о них, в скором времени, возопит христианская община на Святой Земле...       1186 год, 20 октября.        На дворе стоял прохладный осенний вечер. Уже два часовых на стенах успели смениться с тех пор, как зашло солнце.        Тихий провинциальный городок Жизор, во Франции, спал спокойным сном под бдительным взглядом окон замка, стоявшего на возвышенности.        В одном из таких окон, не смотря на столь поздний час, горел тусклый свет от свеч, увидев который можно было не только увидеть, что за окном, но и учуять, на сознательном уровне, запах тлеющего воска. Подойдя поближе к окну, можно было учуять запах разогретых чернил и услышать звук шуршания по пергаменту.       Небольшая комната на верху главной башни замки, обставленная двумя небольшими деревянными стульями, небольшой деревянной кроватью, двумя окнами, одним письменным столом у окна с видом на городок и большим деревянным, украшенным резьбой в виде геральдических лилий, стулом, на спинке которого висел черный плащ с белым крестом. На краях стола стояли три свечи в подсвечниках, с тускневшим пламенем, а по середине находился небольшой пергамент, рядом с которым стояла чернильница со свежими чернилами.       За столом сидела женщина лет двадцати трёх, в необычных, высоких, черных кожаных сапогах до колен, черных кожаных штанах с множеством карманов на на пуговицах, и меховой накидке, под которой была удивительно-сшитая кожаная рубашка с множеством карманов, которую больше не отыскать хоть во всей Франции. Её золотые длинные локоны лежали у неё на плечах, немного собираясь в клубок и чутка прикрывая её острые, но в тоже время и такие гармоничные и прекрасные черты лица, спускаясь и провисая до самого пояса.       Девушка что-то неторопливо писала на пергаменте, обдумывая каждое предложение и изложенную в нём мысль, медленно мокая тростниковую, заостренную палочку, которые привозят из Италийского полуострова на заказ, в свежие чернила и затем снова опуская тростник на пергамент. - ...ровно шесть тысяч четыреста. - Проговорила про себя Софья и закончив писать, оторвала палочку от пергамента и вложила её в специальную шкатулку, в которой находились ещё несколько таких-же палочек, закрыв её крышкой на замке. Затем, девушка подняла пергамент и перечитала всё, что писала на протяжении последнего получаса. - "По требованиям совета, замок Жизор обязуется снарядить двадцать тысяч рекрутов для отправки подкрепления во Святую Землю, Княжество Антиохия, на укрепления позиций Ордена и христианского общества. Также, вместе с войсками, по требованиям совета, было снаряжено шесть тысяч четыреста повозок с провиантом, снаряжением, материалами для отправления Служб, материалами для воспроизведения и копирования Священных писаний и военным обмундированием". - Зачитала девушка строгим, мелодичным женским голосом, и поднявшись со стула, зашагала к двери. Открыв дверь, она подозвала к себе, тихим, спокойным голосом посыльного. К ней подошел парень лет восемнадцати, с худой фигурой, изнеможденным от недосыпа, из-за вечных скачек для передачи писем, лицом, в синем легком обмундировании с белыми геральдическими линиями и в кольчуге под одеждой и на голове. Софья передала ему пергамент, со словами: - Отнеси это командиру Амеди, и сообщи, чтобы выступали немедленно, по приказу совета. - Будет исполнено, госпожа. - Ответил посыльный выпрямляясь. - Но, простите за обращение, мне приказали доставить вам ещё два письма. - Доложил парень выпрямляясь и вытаскивая из сумки за спиной два письма одно с красной, другое с чёрной печатью, и подавая их девушке. Та спокойно протянула руку и взяла письма. Затем, она посмотрела на подписи на листах и в её глазах появилось удивление. Она спокойно махнула рукой посыльному и после того, как тот скрылся за углом каменного коридора, закрыла дверь. После этого, всё также удивленно смотря на письма, девушка подошла к столу и села на украшенный резьбой в виде геральдических линий стул. - Все две подписи мне неизвестны. - Проговорила Софья, ложа письма на стол и обдумывая тот факт, что зачастую она получила письма лишь от Совета да местных графов, крестики которых она знала наизусть и могла отличить друг от друга лишь по одной, криво проведённой линии.       Затем, она решилась первым открыть письмо с красной печатью.       Вынув лист из конверта, она принялась читать написанное про себя, и, чем дальше она продвигалась, тем более близком становились её глаза к листу пергамента. Дочитав почти до конца, она, не сдержав эмоции, прочитала последние строки вслух: - ...и до тех пор, пока северные ветры несут меня на своих крыльях, поддерживая угольки моей жизни - до тех пор я буду ждать тебя у Ладожского озера десятого января, через два года, когда ты прочтешь это письмо. - Закончила девушка и не скрывая улыбки, спокойно вложила письмо обратно в конверт.       Затем, спустя несколько минут она всё-таки смогла ослабить бурю эмоций внутри себя, которую уж никак нельзя было распознать снаружи, ведь Софья практически всегда скрывала свои эмоции, даже если на сотни миль вокруг не было ни души, лишь иногда, в случае самых ярких эмоций, отделываясь лишь небольшой улыбкой.       Угомонив эмоции, она принялась за конверт с черной печатью. Раскрыв его, она вынула небольшой, потертый лист, от которого сильно тянуло запахом восточных специй.       На листе было написано: - Порт Гавр, двадцать четвертое октября 1186 года, таверна "Ледяной ветер". И на обратной стороне листа добавлено: "Спеши, окажись на месте как-можно скорее, мы постараемся прибыть как можно раньше". - И подпись. Девушка, судя по её взгляду, сразу узнала вторую подпись и на её лице возникла теплая улыбка, а в голубых глазах замерцали искры, но всего мгновение и она пришла в себя, откинув воспоминания.       Софья тот час же встременулась со стула, схватила черный плащ со спинки и быстрым шагом зашагала к кровати и слегка отодвинув её. Затем, девушка просунула руку за перила кровати, и вытащила оттуда длинный меч в ножнах, обделанных серебряными скандинавскими рунами, гарда которого была украшена золотым орнаментом с изображением Нидгёхха, дракона из скандинавской мифологии, который по преданиям, грызёт корни древа Иггдрасилль. Наполовину вынув меч из ножен, девушка увидела в его невпрезойдённой полировке своё сверкнувшее отражение. На её лице снова появилась улыбка. После этого, не пытаясь погасить эмоции и воспоминания, девушка засунула меч обратно в ножны, задвинула кровать на место, затушила свечи, одела черный плащ и вышла из комнаты закрыв за собой дверь, попутно забрав все два письма.       Отойдя от двери шагов на десять, Софья тихо, про себя, проговорила: - Я буду ждать тебя до тех пор, пока будет жив Орден.