Необычное происшествие в доме с номером 37

был поздний осенний вечер. с каждым днём солнце закатывалось за горизонт всё раньше, окутывая сонный город тихой, безмятежной тьмой. сегодня Валерий раньше вернулся с работы, что случалось довольно редко. серый и угрюмый цех беспощадно вытягивал все силы, от чего и так немолодой мужчина чувствовал себя если и не трупом, то очень к нему близким. даже не сходив в душ, он уселся в уютное кресло перед старым телевизором и включил первые попавшиеся новости. веки его тяжелели, лысеющая голова полнилась нерадужными мыслями. слова ведущего растягивались, картинка экрана расплылась в размытое пятно, окончательно погрузив уставшего мужчину в умиротворяющий сон. так бы и дремал себе спокойно, если бы не чертовы тонкие стены старой панельки. ОПЯТЬ ЭТА ЕБУЧАЯ ДЕВОЧКА ИЗ СОСЕДНЕЙ КВАРТИРЫ. снова и снова, она пронзительно верещит, лишь изредка можно разобрать слова среди сущего крика. с рождения несчастная Маришка имела какую-то то ли болезнь, то ли задержку в развитии. скорее всего это дцп, но Валерий даже не хотел погружаться в эту муторную тему. каждый вечер, когда ее сиделка уходила бухать со своим хахалем, начинался ад. эти крики больно царапали душу. ему было одновременно жалко и в тоже время он ненавидел её., а вдруг сиделка дома и бьёт бедную девочку?! поскольку вопли не прекращались, он решительно натянул заляпанные жиром домашние шорты. первым, что бросилось в глаза мужчине, когда он вышел на лестничную площадку была приоткрытая дверь в квартиру девочки. с самого детства на ум Валерию приходили странные, даже пугающие мысли. не раздумывая долго, он вошёл. странно, но как только Валера перешагнул порог, вой прекратился. в квартире стояла неимоверная вонь. возле входа лежал мусорный пакет. судя по запаху, находился он здесь месяца два, не меньше. отворив дверь в ближайшую комнату, его взгляду предстала Маришка, сидящая в старом инвалидном кресле. растянутое розовое платье свисало с нее потрепанным мешком. никто не знает, что случилось с Валерой за эти пару минут. на него нахлынула волна невероятного возбуждения, а трёхлетняя импотенция испарилась, будто ее и не было. в голове промелькнула озорная мысль. «надо действовать» — решил мужчина. с искривленного рта Маришки стекала слюна, а глаза залипли в одной точке. это его заводило. его эрегированный член так и просился наружу. боже, как же давно он не видел его таким большим! вздрочнув пару раз, он силой запихнул его в рот испуганной Маришке. там было так влажно и тепло, что Валерию хотелось остаться там навсегда. схватив девочку за волосы, он начал двигаться быстрее. через пол минуты напряженного пыхтения весь рот Маришки уже был в тёплой сперме. но Валере было этого мало, слишком мало. одним резким движением вошедший во вкус старик сорвал ее платье и ужаснулся. всё тело девочки было в жутких гнойниках, эрозиях и язвах., но разве возбуждённый Валерий стал бы обращать на это внимание? взяв Маришку под мышки и переложив ее на скрипящую кровать, он обнаружил полное отсутствие на девчонке трусов. мужчина начал принюхиваться. «какого чёрта» подумал он. остро разило фекалиями, но ничто не могло сдержать его порыв. язык потянулся к ягодицам. Валера вылизывал каждый миллиметр её вагины и ануса. пусть это было отвратительно, и мерзко, но в тоже время заманчиво. он чувствовал как приятная горечь и миндальный привкус кала расползается по его языку, запах витал в воздухе. на кресле около телевизора, лежал раскрытый памперс. наверное, сиделка забыла выкинуть его, уходя. Валера подошёл к нему и начал обмазываться его содержимым. ещё оставшееся тепло тела на куске ткани погружала его в настоящий экстаз., но вдруг ужас охватил старика. «боже, что же я делаю!» — будто молния, пронзило голову осознание. в глазах темнеет, мир плывёт, оставляя наедине с тревогой, паникой и жгучей ненавистью к себе. забыв обо всем, сломя голову он бросился прочь из злосчастной квартиры. мысли как в тумане. и эти голоса. сотни и тысячи голосов раздирают барабанные перепонки. перед глазами проскочила тёмная тень. воспоминание, как яркой вспышкой внезапно озарило его. он предпочел бы забыть это… продал бы душу, чтоб стереть свою чёртову память… если бы смог.