Сквозь галактики - к тебе...

Сочиняй ночь, сочиняй день, Нарисуй, как будет выглядеть твоя тень, Представляй сейчас, как меня хочешь видеть ты, Сочиняй, сочиняй, сочиняй мечты. Нечего ждать, ведь время же не бесконечно. Пора улетать в места, где подумать о вечном. Подальше от дома, чтоб силы набраться, И вернуться, и снова надолго остаться…

(Filatov & Karas «Чиллить»)

      Аллтэйцы развозят своих пассажиров прямо по их родным городам и странам. Последними покидают космический корабль россияне, которые были в большинстве. Алекс «выходит» из практически пустого корабля, таким же способом, как и при похищении - через шлюз, так как посадочных мест для такой огромной махины в его городе нет. Его предплечье просто невыносимо жжёт огнём, он думает, что подхватил какую-то инопланетную заразу, иначе не объяснить этот невыносимый зуд. Он садится в такси и рассматривает город из окна авто. Сейчас середина марта, весна всегда очень дождливая в Сочи, впрочем и в остальное время года, здесь повышенная влажность. Алекс зябко ёжится, так как одет не по погоде и успел вымокнуть под холодным дождём. Таксист на него странно косится и просит оплатить проезд авансом. Алекс, без лишних слов, подаёт ему денежную купюру и снова переводит взгляд в окно. Он немного нервничает, перед предстоящей встречей с Мариной и сыном. Алекс просит водителя остановить у детского магазина. Там он покупает мягкого коричневого медвежонка и представляет, как сынишка будет спать с игрушкой в обнимку, когда подрастёт.       Через полчаса, такси останавливается у дома, в котором они с Мариной счастливо жили до определённого момента. Сейчас дом кажется чужим, Алекс даже не может назвать его своим, многое изменилось за прошедшее время и самое главное, изменился сам Алекс.       Он звонит в дверной звонок на калитке, не пользуясь ключами, желая тем самым сделать сюрприз. Сейчас восемь вечера, он надеялся, что Марина будет дома.       Слышится звук отворяемой двери, потом лёгкие шаги, калитка открывается и показывается Марина. — Саша? Сашенька! — она бросается ему на шею, плача от счастья и неверия, что он жив, здоров, обнимает её в ответ, утыкаясь в шею. — Я знала, что ты вернёшься, — она отстраняется от него и счастливо улыбается, — пойдём в дом, скорее!  — Пойдём! — Алекс радостно ей улыбается и идёт следом за ней в спасительное тепло. — Я же говорил, что вернусь.       Алекс ищет глазами детскую коляску в прихожей, или какие-либо вещи, указывающие на то, что в доме ребёнок, но ни игрушек, хотя какие игрушки, он же ещё совсем крохотный, ни коляски не наблюдается. — Мариш, наш сын спит? Алекс разувается и ждёт ответа от Марины, которая после его вопроса сразу же сникла и постарела в один миг. Она сильно похудела в последнее время, на голове видны отросшие седые корни. Как так, ведь ей же всего тридцать? — Марина, что с ребёнком? Марина проходит на кухню и наливает воду в стакан, так как не может произнести и слова из-за образовавшегося комка в горле. Алекс следует за ней и чувствует скорбь, заполнившую пространство и пробивающуюся в самое сердце. — Его нет, — произносит женщина тусклым голосом, — на седьмом месяце беременности, наш малыш замер, потому что я не смогла… не смогла спокойно пережить твоё похищение, — Марина начинает плакать навзрыд, закрыв лицо руками. После её слов, Алекс почувствовал небывалую пустоту внутри. Малыша нет, он умер… И виной этому белобрысая тварь с лёгкостью ломающая чужие судьбы! В эту секунду он готов был убить Олливиуса голыми руками, его ненависть была настолько сильна, что он готов был вернуться на Мелисс и отомстить этой безжалостной скотине.        Единственная ниточка, которая связывала их с Мариной оборвалась, он понял, что не сможет с ней жить. Марина будто почувствовала его мысли. — Саша, ты же меня не бросишь? — она подошла к нему и обняла за пояс, с надеждой заглядывая в глаза. — Прости, Марина, но я не могу остаться с тобой. Алекс отстраняется и уходит в их общую спальню, чтобы собрать свои вещи. Марина идёт следом, с тоской наблюдая, как человек, которого она так ждала и которого так любит, собирается её покинуть. Она его не удерживает, так как знает, что Саша больше её не любит, любил бы - не ушёл.       Набив две сумки, Алекс накидывает кожаную куртку, берёт ключи от машины и в последний раз смотрит на свою бывшую несостоявшуюся жену. — Марин, где похоронен мой сын? — На восточном кладбище, рядом с моими бабушкой и дедушкой, — отвечает Марина, вытирая красные заплаканные глаза. — Ясно. Прощай. Марина не отвечает, у неё просто нет сил, она закрывает дверь за Сашей и снова начинает плакать, прикуривая на кухне, трясущимися руками, сигарету. ***        Маленький холмик с небольшим деревянным крестиком и приколоченной чёрной табличкой с надписью: «Александр Александрович Дёмин, д.с. 17.12.2155г.», всколыхнул в его груди щемящую жалость к этому маленькому человечку, его сыночку, который стал жертвой инопланетного маньяка. Алекс вынимает из пакета медвежонка и кладёт его у изголовья могилки. — Прости меня, сынок… Он чувствует себя тоже виноватым в случившемся, уже в день зачатия, родители несут ответственность за будущего ребёнка, значит отец из него никудышный, раз не смог уберечь ни мать ни дитя. Надо было сразу уезжать из России в любую страну, где похищений почти нет. А они с Мариной понадеялись на случай, что «охотник» обойдёт стороной и они будут жить долго и счастливо. В реальности оказалось всё намного хуже, Алекс принёс себя в жертву, свою семью, ради благополучия других людей.        После кладбища, Алекс едет в их с Мариной мини-отель, собираясь там коротать свою жизнь. Можно было бы и рвануть куда угодно, но он пока не был готов к таким переменам. Надо прийти в себя, заработать денег, а может потом и уехать.        Алекс выбирает комнату на первом этаже - одноместный люкс - и вносит свой багаж. Скидывает куртку на кровать и снимает рубашку, посмотреть, что ж там за дерматит инопланетный, который не прекращает зудеть и уже действует на нервы.        Вместо красной кожи, его левое предплечье опоясывает точно такая же татуировка, как и у Олливиуса - золотистая вязь, без всяких символов, просто узор. — Это что ещё за херня? И что это значит? Что я трахнул аллтэйского правителя или что я бывший заложник планеты Мелисс? Блядь! Надо съездить в тату-салон, может там её смогут свести. Алекс переодевается в чистую одежду и выходит из отеля. *** — Странно, никогда не видел такой необычной краски… — мастер-татуировщик разглядывал через бинокулярные очки замысловатое переплетение золотистых узоров на руке мужчины и пытается уже почти час удалить их с кожи. Но татуировка мистическим образом не желала сходить, оставаясь всё такой же блестящей и гладкой. — Где ж вы её набили? В Таиланде? Там такие любят делать. — Да, в Азии, — ответил уклончиво Алекс, — я был не совсем трезв тогда. — Ну-у-у, эти хитрые, небось подхимичили там, теперь вам с ней всю жизнь ходить. Извините, молодой человек, но ничем помочь не могу, — произнёс мастер, снимая со лба бинокуляр. Алекс шумно выдохнул и одёрнул рукав рубашки, чтобы не видеть проклятую татушку. Он выходит из тату-салона в раздосадованном настроении. Олливиус будет незримо напоминать ему о себе этим грёбаным рисунком, а Алекс совершенно не желает о нём вспоминать, об этой твари, из-за которой у него в жизни полная задница. ***        До открытия купального сезона, Алекс занимался таксованием на машине «Яндекс-такси». В город начали потихоньку съезжаться туристы и работы хватало. Дом он оставил Марине, хоть они не были официально женаты, а сам проживал в своём мини-отеле, подготавливая его к лету и ожидая новых гостей. В выходные, Алекс проводил время в Олимпийском парке, разъезжая по нему на велосипеде или же пешком, смотря какое настроение.        Знакомиться для создания новых отношений он категорически не хотел, так как ещё от прежних не отошёл. Почти каждую ночь ему снилась маленькая могилка, беременная Марина и Олливиус. Алекс отвлекался как мог, ни минуты не бездельничая, чтобы ночью просто вырубаться и ни о ком не думать. Но безрадостные мысли то и дело всплывали в мозгу, ночью формируясь в какой-нибудь жуткий сон, а на утро оставляя горький осадок. Так он и жил вот уже три месяца после прилёта на Землю. Встречал отдыхающих, размещал их у себя в отеле и старался не думать, только не думать о прошлом. ***        Олливиус исправно делал вид, что у него всё прекрасно. По настоянию родителей он старательно подыскивал себе будущую жену, устраивая во дворце званые приёмы и балы, чуть ли не каждую неделю. Но должного результата они не приносили, ни одна из девушек не затрагивала его сердце, так как это было невозможно. В нём жила любовь к Александру, не уменьшившаяся ни на грамм, после его отлёта. Олливиус страдал, мучился и тосковал по любимому вот уже целых три месяца и однажды он просто не выдержал. — Мама, отец, — он входит в зал, где отдыхали его родители после вечерней прогулки по окрестностям дворца, — я должен сказать вам нечто важное. — Да, сынок, мы тебя внимательно слушаем, — госпожа Эллиса сразу заподозрила, что разговор будет непростым. — Я улетаю на Землю. — Что? — Индарвиус аж подскочил с места. — В чём дело, Олливиус? — Я люблю землянина и поэтому улетаю к нему. Завтра же. — А о своём народе ты подумал? Кто займёт трон? — король был явно зол и обескуражен легкомысленным решением сына. — Морриус. Он достаточно взрослый, к тому же, может обратиться за помощью к тебе, если возникнут трудности. — Твоему брату всего сорок пять лет. Он ещё слишком юн! — А разве не столько было мне, когда я взошёл на престол после смерти Аллисии?! — Олливиус, сынок, ты уверен, что отречение от трона стоит того? — Эллису больше волновали чувства сына, а не государственные дела. — Уверен, мама, — Олливиус был твёрдо убеждён, что ехать надо. Даже зная, что Александр его ненавидит и вряд ли обрадуется встречи с ним. Но и жить вдали и думать о нём каждую секунду становилось всё тяжелее. Надо сделать попытку стать счастливым, ну, а если уж ничего не получится, то он вернётся домой и больше никогда не потревожит Александра.        Родители, скрепя сердце, всё же отпустили его. В связи с дальней поездкой, Олливиус был в приподнятом расположении духа, сам собирал себе багаж, тщательно подбирая одежду, он успел навести справки о городе, где проживал Алекс и выяснить его домашний адрес, благодаря специальной программе и микрочипу в теле Алекса.        С собой, помимо многофункционального планшета, Олливиус взял также телепорт, чтобы в случае предполагаемой опасности перенестись в любую точку земного шара. Разрешение на проживание на территории Российской Федерации было выдано межпланетным посольством на полгода, по истечении этого времени, Олливиус должен покинуть Землю. Если возникнет необходимость вернуться вновь, то не раньше трёхмесячного перерыва.        Олливиус занял место в звездолёте и дал команду на взлёт. Проводить его вышли, помимо родителей и брата, слуги, воины и рабочие, вернувшиеся после смены на драгоценных рудниках. По просьбе Александра, Олливиус организовал межпланетные оплачиваемые вахты, теперь у него не было пленников, все трудились на добровольной основе.        Бывший правитель мысленно прощался со своей родной планетой, смотря на уменьшающиеся дома, деревни и карьеры, так как звездолёт стремительно набирал высоту. — Господин, вас необходимо ввести в искусственный сон, — проговорил воин-аллтэец подошедший к нему после двух часов полёта. За окном проплывали незнакомые светящиеся галактики, чёрные дыры и неизведанные материи. Олливиус с интересом рассматривал их, думая, что Александр тоже всё это видел, когда улетал домой. Какие мысли его посещали в тот момент? Уж наверняка радостные, оттого, что он, наконец, вырвался из плена и теперь снова свободен. Олливиус приложил маску к лицу и через пятнадцать минут уже был в состоянии анабиоза. ***        Звездолёт приземлился на специальном поле, благо, его небольшие размеры позволяли сделать это в черте города, где можно было с лёгкостью вызвать такси.        Олливиус дожидался транспорт, сидя на лавочке в тени тюльпанового дерева. Здешняя природа была также красива, как и на его родной планете, но земное солнце припекало сильнее, хотя ещё было только начало лета. На него обращали внимание случайные прохожие, некоторые даже фотографировали, что очень нервировало. «Надо будет приобрести такие же очки и головной убор, как у этого мужчины», — думал эльф, глядя на проходящего мимо туриста. Приехавший таксист-армянин, тоже на него пялился слишком пристально. — Эльф что ли? Или человек, косящий под эльфа? — спросил он у Олливиуса. — Да, — Благодаря серёжке-переводчику, он понимал, что ему говорят и отвечал на том же диалекте, — будьте добры к отелю «Лазурный берег», что на Береговой 134. — Отвезём, — ответил таксист, трогаясь с места, — поездка будет стоить полторы тысячи рублей. Олливиус покопался в своём кожаном рюкзаке, выискивая портмоне. Деньги у него имелись - он попросил обменять золото на российские деньги, когда недавно грузовой космический корабль совершил рейс на Землю. Отдав водителю нужную сумму, эльф принялся рассматривать город в окно. Дороги были сплошь забиты автотранспортом, воздух был загрязнённым, отчего у него свербело в горле и чесался нос.       Чем ближе было место назначения, тем сильнее Олливиус переживал и волновался. — Всё, приехали, — оповестил его таксист. Олливиус вышел из машины, молясь Богу, чтобы Алекс не прибил его сразу, а дал объяснить цель приезда.       Его три большие дорожные сумки были сгружены в пустынном холле здания, так как уже был поздний час и многие разбрелись по номерам.       Олливиус не решался нарушить здешний покой и молча стоял, ожидая, что кто-нибудь проводит его к хозяину отеля. Минут через пять в коридоре показалась женщина, судя по всему служанка, или как тут они называются. — Добрый вечер. Чем могу помочь? — спросила женщина. — Добрый. Как мне увидеться с вашим хозяином Александром? — Александр Александрович сейчас отсутствует, он поехал в аэропорт встречать гостей. — Понятно. Я тогда его здесь подожду, с вашего позволения. — Хорошо, присаживайтесь, я сейчас вам организую ужин. — Спасибо, не стоит, я не голоден. — Ладно, если вам что-то понадобится, то я буду в этой комнате.  Женщина уходит, а Олливиус усаживается на кожаный чёрный диван и начинает каждую минуту поглядывать на часы. Ожидание томительно, но оно того стоит, скоро он увидит Александра и это уже огромный плюс.       Подъезжая к отелю, Алекс ощутил беспокойство и слабое волнение, как перед важным событием. Но все события в его жизни уже произошли, приятные и неприятные. Негатива было больше и это удручало. Так что же ещё подстерегает его?       Ответ на этот вопрос сидел в холле, на кожаном диване и с отрешённым видом пялился в телевизор на стене. Почувствовав взгляд, Олливиус медленно повернул в его сторону голову и поднялся с дивана. — Эльф, это эльф мама! — вопила девочка лет семи, теребя мать за руку и указывая пальчиком на Олливиуса. Её звонкий голос, разносился по пустому холлу, делая ситуацию какой-то нереальной и идиотской. Алекс подумал, что один из его снов сбылся, настолько присутствие здесь Олливиуса не вписывалось в антураж современного отеля, даже несмотря на его вполне земную одежду - укороченные чёрные брюки и рубашку в мелкую клетку; на ногах слипоны, волосы заплетены в длинную косу. На шум вышла помощница Юлия. — Юлия Владимировна, разместите гостей, пожалуйста, — распорядился Алекс, не сводя глаз с Олливиуса. — Хорошо, Александр Александрович. Когда помощница увела гостей наверх, Алекс в два шага оказался рядом с Олливиусом и схватил его за руку. — А ну пойдём поговорим! — со злостью процедил Алекс. Он потащил несопротивляющегося эльфа к себе в люкс, выяснить какого хрена, правитель Аллтэи делает у него в отеле.