Сквозь галактики - к тебе...

      Пробуждение было сверхласковым и безумно нежным. Алекс целовал гладкое, белое тело любимого, не пропуская ни сантиметра свободного места: шея, руки, лопатки, спина, ямочки на пояснице, полушария ягодиц, им он уделил больше внимания, не только целуя, но и облизывая языком, спускаясь на длинные ноги, выцеловывая-облизывая-покусывая чувствительную кожу.        Олливиус сгорал от желания, подрагивал всем телом от прикосновений Алекса и с шумом втягивал воздух. Алекс тоже был сильно возбуждён, не желая тратить и минуты, он ложится рядом с Олливиусом, мягко поворачивая его лицом к себе и сливаясь с ним в горячем поцелуе.        Обхватив оба члена рукой, Алекс начинает водить по ним рукой, Олливиус тоже накрывает своей ладонью его руку, желая раствориться с любимым в водовороте восхитительных ощущений. Первый изливается Алекс, но он не убирает руку, а использует свою сперму, как смазку и доводит любимого до вершины блаженства. Олливиус запрокидывает голову, закрывает глаза и вскрикивает, переживая самые прекрасные мгновения в своей жизни. — С добрым утром, — Алекс целует его в гладкую щёку и смотрит влюблёнными глазами на своего эльфа. — Доброе. Хочу, чтобы каждое утро всегда так начиналось. Олливиус убирает влажные прядки со лба Алекса и нежно проводит пальчиком по его щеке. — Будет исполнено. И чтобы быстрее мы достигли своей цели, нужно выбираться из постели и заниматься делами. — Я только за, — Олливиус улыбается и коротко целует Алекса в губы. Первым делом, после завтрака, Алекс связывается с риэлтором, чтобы он помог в короткие сроки продать отель. Затем они вместе с Олливиусом едут в межпланетное посольство, чтобы получить разрешение на смену места жительства. В течение пары часов, такое разрешение выдают ему лично в руки и желают приятного полёта на другую планету. Часов в двенадцать, Алексу звонит риелтор и сообщает, что нашлись покупатели на его отель. Алекс этой новости был чрезвычайно рад, на Земле его ничего не держало, ему хотелось скорее разделаться со здешними делами и отправиться с любимым в галактическое путешествие на его родную планету. Тем более звездолёт за ними уже вылетел, Олливиус с утра позвонил родителям по планшету и оповестил их о радостной вести, чтобы забрали его с любимым с Земли. Но перед этим надо навсегда попрощаться с доктором Кито. Алекс давно не виделся с пожилым профессором, вот уже как пару лет. Олливиус говорил про ключ-телепорт, вот с помощью его и надо смотаться быстренько в Японию. — Я скоро вернусь, а ты пока отдохни, поспи пару часов, — сказал Алекс Олливиусу, собираясь на встречу с риэлтором. — Хорошо, любимый, — Олливиус запускает руки в его влажные после душа волосы и притягивает к себе для поцелуя. Когда Алекс уходит, Олливиус перебирается к себе в комнату, дабы не давать поводов для сплетен.        Он плюхается на живот и включает телевизор, выбирает жанр киношедевра по вкусу и углубляется в просмотр. На Мелисс, увы, телевидения нет, а на своём планшете Олливиус не пробовал смотреть фильмы, так что надо не упустить шанс просмотреть ещё какое-нибудь интересное кино здесь.        Карпов уже который час сидит в холле и дожидается, пока хозяин отеля покинет свой номер. Беленького тоже не видно, наверняка вместе кувыркаются. Ну ничего, через несколько десятков минут, красавчик будет его и только его. Павел не может удержать самодовольную улыбку появившуюся при мысли о парне. Программка уже у него в смартфоне, осталось только выловить нашего киборга и дело в шляпе. Есть! Он вышел из номера! Карпов нажимает одну маленькую зелёненькую кнопочку «Начать» и следит за реакцией мужчины. Тот замедляет свой шаг, хватается за голову, зажмуривает глаза от яркой вспышки боли и внедрения в сознание чужой воли: «Зайди в свой номер, собери вещи и уезжай в Москву. Приедешь через неделю.» Алекс разворачивается и входит в свой номер. Карпов, довольный, как кот объевшийся сметаны, наблюдает за ним и чуть ли не танцует от счастья.        Олливиус слышит, как открылась соседняя дверь в комнату Алекса и решает поинтересоваться в чём дело, ведь Алекс должен был уйти на встречу с риелтором. Когда он появляется в комнате, то опешивает от действий Алекса, тот в спешке собирал свои вещи и кидал их в большой дорожный чемодан. — Александр, в чём дело? Алекс оборачивается и смотрит на него каким-то пустым и безразличным взглядом. — Мне нужно уехать в Москву. — В Москву? Зачем? — Так надо, — Алекс продолжает собирать вещи не реагируя на присутствие Олливиуса. — Ничего не понимаю… — А я сейчас всё объясню. В комнате появляется третье действующее лицо - Карпов. — Твой друг уезжает, чтобы не мешать нашему с тобой счастью. — Что за бред? — Олливиус подходит к Алексу и начинает его тормошить. — Алекс, милый, пожалуйста, не уезжай. Но если тебе так нужно, то возьми и меня с собой. — Нет, я один должен ехать. Его голос безэмоциональный и неживой, как у настоящего киборга, а в глазах ни одной эмоции. Алекс убирает со своих плеч руки Олливиуса, берёт папку с документами, чемодан и уходит из комнаты. Олливиус следом за ним, находясь в шоке от происходящего, он напуган и страшная догадка озаряет его лицо. Он хватает за отворот рубашки Карпова, который также следует за ними, и с ненавистью спрашивает у него: — Это твоих рук дело? Отвечай! — Моих…— договорить ему не дают. — Ублюдок! — Олливиус бьёт его кулаком по наглому лицу, но тот смазывает удар. Эльф решает позже разобраться с паршивой сволочью и срывается с места, чтобы догнать Алекса. Тот уже ставит чемодан в багажник и садится на водительское сидение, заводя двигатель. — Алекс! Послушай! Не делай этого, не уезжай! — Олливиус в отчаянии, он пытается достучаться до любимого, но тот будто в трансе. Эльф открывает заднюю дверь, чтобы сесть позади него, но машина срывается с места, оставляя растерянного и лихорадочно соображающего Олливиуса на обочине, перед отелем. Точно! Надо поймать попутку! Он поднимает руку, чтобы остановить проезжающие мимо автомобили и поехать за Алексом, но противный голос Карпова, заставляет замереть на месте. — Я бы не советовал тебе этого делать. Если ты не поедешь со мной, то наш дражайший Александр Александрович погибнет, — скучающим тоном произнёс мужчина. Олливиус опустил руку и тяжело дыша уставился на негодяя. — Нет! С тобой я никуда не поеду! — Тогда мысленно прощайся с ним. Карпов демонстративно что-то нажимает в смартфоне и показывает его экраном к Олливиусу и быстро блокирует, убирая в кожаную сумку. «Убей себя». Такой приказ был напечатан, но пока ещё не активирован. — Ну ты и мразь! — Олливиуса колотит от злости и бессилия в данной ситуации. Можно попытаться забрать смартфон, но он наверняка запаролен, а хакер из него никудышний. — Значит так, — начинает Карпов, не обращая внимания на оскорбление, — сейчас мы едем в клинику, сдашь анализы на наличие венерических заболеваний, не могу ж я с тобой постигать глубины сладострастия, не имея уверенности, что ты здоров. — А если я окажусь болен?  Сам Олливиус никогда не задавался таким вопросом, здоровы ли его партнёры в интимном плане. У эльфов не было таких болезней, а из людей был только Алекс, но и он был здоров, Олливиус это просто знал. — Значит будем лечить! — Карпова было ничем не пронять. — А если не вылечусь? — Как-нибудь выкрутимся и из этой непростой ситуации, — ответил с гадкой улыбочкой Павел. Олливиус подумал, что может удастся подкупить целителей в клинике, тогда можно рассчитывать на отсрочку от домогательств и тогда Олливиус обязательно что-нибудь придумает. А сейчас нужно попробовать пробиться в голову к Алексу телепатически, призывая прекратить следовать в Москву и вернуться домой. Олливиус повторяет это раз за разом, как мантру, надеясь достучаться до любимого, ведь их связь должна стать ещё крепче, после проведённого вместе времени. Карпов направляется к стоянке таксистов, жестом указав Олливиусу следовать за ним. Тому ничего не остаётся, как идти за ненавистным земляниным, который рушит его жизнь, которая только-только начала приобретать яркие краски. В клинике, Карпов запёрся в процедурный кабинет вместе с Олливиусом и глаз с него не спускал, пока ему делали забор крови с вены и мазок из уретры. Олливиус стоял спиной, Павел любовался его маленькой упругой попкой, в которую он совсем скоро будет вколачиваться до умопомрачения. Он нутром чуял, что с этим красавчиком всё в порядке и ничем он не болен, но в любом деле важна конкретика и ясность. — Когда будет готов результат? — интересуется он у медсестры. — Через четыре часа. Оставьте адрес вашей электронной почты, мы пришлём вам заключение, — проговорила медсестра, снимая перчатки. — Отлично. Карпов оставляет свою визитку, на которой выведена нужная информация и под руку с хмурым парнем покидает кабинет. — Так, а теперь покупаем билеты на поезд. Они снова садятся в такси, Карпов по интернету бронирует места в поезде, в свой родной город Петербург, а также заказывает еду в отель, ходить куда-то с парнем небезопасно, мало ли, что тому стрельнет в голову и что он может учудить. — Я советую тебе не глупить и не пытаться захватить мой гаджет. Разблокировать его кроме меня, никто не сможет, даже самый продвинутый хакер, мы тоже, понимаешь ли, не лыком шиты. Так что, смирись со своей участью и держи нос кверху. Олливиус не ответил, только яростно на него посмотрел. В отеле им встретилась обеспокоенная Юлия Владимировна. — Олливиус, куда девался Александр Александрович? Трубку он не берёт, уже звонила несколько раз, потом автоответчик сообщает, что он недоступен. Ничего не понимаю. — С вашим боссом всё окей. Уехал он на недельку в командировку. Так что, уважаемая Юлия Владимировна, принимайте вотчину, так сказать, — успокоил женщину Карпов. — А мы пока отдохнём перед дорожкой. Через час нас уже здесь не будет: домой отчаливаем. — Ой, а что ж он не предупредил? Как я с приезжими справлюсь? — Справитесь. Карпов положил руку ей на плечо и немного сжал. Он потянул Олливиуса за собой в его номер, собрать вещи. При этом зорко контролируя весь процесс. — О, а это что за штука? — он вертел перед собой телепорт и совершенно не догадывался о его предназначении. — Правду говори, а то наш Александр немножечко попадёт в аварию. Олливиус стискивает зубы и отвечает: — Телепорт. — О как! Классная вещица, поможет нам переместиться на один из райских пляжей в Индийском океане. Чудесное место, я там был, — размечтался Карпов, забирая телепорт себе. Обедали они в номере, точнее Карпов с аппетитом ел, а Олливиус сидел на кровати и с отсутствующим видом смотрел в окно, повторяя раз за разом про себя обращение к Алексу, чтобы повернул назад, что Карпов хочет увезти его в Петербург, сегодня в 15:00. Надежда, что Александр его услышит была, но и провал тоже исключать нельзя. Эти блага, связь между Парами, работали на Мелисс, а на Земле никто из аллтэйцев не жил и поэтому сказать точно действует ли здесь телепатия затруднительно. — Ну всё, пора, мой любезный Олливиус. Карпов встал со своего места и вместе с чемоданом двинулся на выход, Олливиус нехотя поднялся и тоже взял в руки свой багаж. «Алекс, ну же, любимой мой, возвращайся назад». Так мысленно просил Олливиус, садясь в такси вместе с ненавистным Карповым. На железнодорожный вокзал они подъехали вовремя: как раз объявили прибытие их поезда Адлер-Санкт-Петербург. Павел купил самые комфортные и блатные места: СВ. В купе были две спальные полки, душевая кабина и даже унитаз. Постель им стелила проводница, за небольшое вознаграждение. Потом она принесла им чаю, Карпов настаивал, чтобы Олливиус заказал что-нибудь из вагона-ресторана, но тот отказывался, так как ему тошнило, при одной только мысли, что этот мудак скоро начнёт к нему приставать. Час остался до прихода результатов анализов Олливиуса на почту к этому извращенцу. — Тебе нужно есть, я не хочу трахать живой скелет! Сейчас ты выглядишь очень даже ничего, меня всё устраивает. Но если ты намеренно будешь худеть, надеясь, что я потеряю к тебе интерес, то я силой буду тебя кормить! Я понимаю, у тебя стресс, но мучить себя голодовкой неразумно. — Я не голоден. — Ешь хотя бы фрукты! Карпов кивнул на блюдо с нарезанными кусочками разных фруктов, Олливиус взял кусочек манго и отправил в рот, вкуса он не почувствовал, слишком велико было его нервное напряжение. Входящее письмо на электронную почту, обрадовало Карпова, как ребёнка на Новый год, словно случилось чудо и исполнилось его самое заветное желание.       Смотря на довольную рожу мужчины, Олливиус разом весь похолодел, он понял, чему виной было его прекрасное настроение. Он с содроганием и с ужасом смотрел, как этот козлина достаёт из сумки лубрикант, презервативы и всякие приспособления для растяжения ануса. — Ну не бойся. Я буду очень нежен и не порву твою красивую попку, — Карпов был просто сама доброта и любезность. Он стал раздеваться догола, обнажая свой толстый член с красной головкой из которой выделялась смазка. Олливиус хотел в этот момент просто умереть. Лучше так, чем быть подстилкой у какого-то психа. Пусть Алекс живёт, всё равно этот ненормальный рано или поздно прекратит давить на него и оставит в покое его разум. Карпов тянет к нему свою руку, чтобы ухватиться за футболку с намерением снять её с его тела. Олливиус не выдерживает такого к себе обращения и что есть силы хлопает по протянутой конечности. — Малыш, успокойся. Тебе сейчас будет безумно хорошо, я отличный любовник, так что расслабься и доверься мне, — увещевал Карпов Олливиуса. — Я не хочу, чтобы ты и пальцем меня касался! Ты мне просто омерзителен. — Ну-ну, тише. Я не могу уже терпеть, трахаться хочу, тебя хочу, мой мальчик, — Карпов лыбится и снова делает попытку захватить одежду Олливиуса, но тот уворачивается и пинает его в живот. — Так, кто-то любит погорячее. Ладно. Карпов садится на полку к Олливиусу, но тот спихивает его от себя, тогда мужчине надоедает возиться с парнем, он отвешивает ему звонкую болючую пощёчину и наматывает его волосы на руку, сильно оттянув голову назад. Навалившись сверху, он кусает его шею и сдирает с него шорты вместе с бельём, затем крепко фиксирует ему руки. Как бы Олливиус не отталкивал его и не изворачивался, этого мудака было не сдвинуть.        Взяв со столика тюбик со смазкой, Карпов выдавливает её себе на ладонь и щедро смазывает свой ствол. Выдавив ещё, он подносит руку к анусу Олливиуса.        Душераздирающий крик не помогает остановить сволочь, Олливиус что есть сил желает себе смерти и не оставляет попыток увернуться от пальцев своего мучителя.