Только тебе

Я нікому не розкажу, тільки тобі. Як здавалося в останнє — рута цвіте. Як у небі неосяжнім, гасли зорі. Якби я міг згадати все… згадати все. Хай норі лей, Ти найкращий з людей, Норій лей, норі лай, Я тобі винен сонце й небо, і більше… Хай норі лей, Серед сотень очей, Норій лей, норі лай, Я лише твоїм відкриваю свій відчай… Я нікому не відкрию, тільки тобі. Досі не здійсненну мрію — із моїх снів. Наче всі дороги світу стали твої, А я навік — обрій для них. Обрій для них… ©

— Здравствуй, Дин, — ангел всегда появляется с характерным шелестом невидимых крыльев, но в этот раз Дин готов был поклясться, что ничего не слышал. — Твою мать, Кас! Прекрати подкрадываться! — подпрыгнув от неожиданности, выпалил охотник, собираясь добавить еще парочку ругательств, но придержал язык, заметив в облике ангела какие-то перемены. — Что с тобой произошло? Ангел не ответил и, не дожидаясь приглашения, уселся на кровать. Винчестер нахмурил брови — слишком уж не по-ангельски он это сделал, плюхнувшись туда, как семидесятилетний старик. — Кас? Не молчи. Где ты был? — Все в порядке, Дин, — ответил ангел и вымученно улыбнулся. — Я вижу, — язвительно заметил охотник, — только выглядишь ты, будто за тобой гналась стая адских псов по всем помойкам преисподней. Кастиэль поднял на человека глаза. — Только вот не говори, что это правда! — нервно засмеялся Винчестер и наклонился к ангелу, пытаясь лучше рассмотреть. — Не совсем, — тихо ответил тот и снова опустил голову. — Так, почему ты до сих пор в таком состоянии? Используй свои примочки… — У меня нет на это сил… Дин непонимающе смотрел на лохматую макушку ангела и испытывал непреодолимое желание хорошенько его встряхнуть или… ласково погладить по голове. Винчестер фыркнул, удивляясь самому себе, и пробурчал под нос, уверенный, что ангел его услышит: — Раздевайся! Дин спрыгнул с кровати, открыл свою сумку, что-то оттуда доставая. Кастиэль снова поднял голову наблюдая за человеком, но не спеша выполнять его приказ. — Дин? — Раздевайся, я тебе сказал. Ты, что, собрался вот так сидеть и ждать пока силы возвратятся? — охотник повернулся и в упор посмотрел на ангела. — А что мне делать? — не унимался ангел. — Господи, Кас, просто доверься мне, — Винчестер закатил глаза и продолжил доставать из сумки какие-то вещи. Кастиэль подумал, что это неслыханно, чтобы смертный приказывал ангелу, но, возможно, именно это ему сейчас и нужно было. Ангел медленно стянул потрепанный тренч, раз Дину это нужно, то ему ничего не остается, как в самом деле довериться ему. Когда Винчестер снова повернулся к ангелу лицом, то чуть было не выронил ворох одежды, который до этого с таким усердием доставал из своей сумки. — Бля, Кас, прикройся, ради всего святого! — опешил охотник, успев рассмотреть даже больше, чем хотелось, а точнее — совсем не хотелось. — Но ты же сказал… — Я знаю, что я сказал, но я не намерен разглядывать твою голую задницу! — Дин попытался за грубостью скрыть свое смущение. Да и собственно, какого черта его смутил голый мужик? Дин вздохнул, это ведь не просто мужик, в его теле ангел Господень, и это уже слишком! Охотник резко развернулся и скрылся за дверью мотельной ванной, оставив вконец растерянного ангела посреди номера. «Черт! — подумал Винчестер. — Ты молодец! Ты ведь только что спугнул его, и он наверняка уже на другом конце континента». Дай Боже не в таком виде, в котором Дин его оставил. Бросив вещи на небольшую тумбочку, Дин поспешил обратно в комнату. — Кастиэль, — сердито начал охотник, но, увидев своего ангела сидящим на кровати и глядящим в одну точку, переменил тон. Ангел поднял на него глаза, — думаю, душ тебе не повредит, — растерянно улыбнулся Дин, тут же добавив: — Давай, пока воду не отключили. — Дин, я никогда… — Знаю, ничего сложного. Тебе нужно смыть с себя все это, — Дин неопределенно повел рукой, — вода поможет прийти в себя. Короче, Кас, хороший душ еще никому не повредил. Вперед. Винчестер подтолкнул ангела к двери, но тот схватил его за руку. — Что? Нееет, даже не думай. — Дин, пожалуйста, — умоляюще смотрели на человека синие глаза ангела. — Кас, даже не проси, — отпирался охотник, — ты как ребенок. И не думай исчезать. Встанешь под воду, мочалка, мыло, смоешь и все. Дин вырвал руку и втолкнул ангела в ванную, закрыв дверь. Вернувшись к своей кровати, он с удовольствием на ней растянулся и принялся ждать, практически уснув. Но минут через пять Дина разбудила тишина. Он открыл глаза и прислушался — из ванной не доносилось ни звука. Если этот пернатый все-таки смотался, Дин надерет ему его голую задницу! Сердито поднявшись с постели, Винчестер отправился на разведку. Распахнув дверь, он обнаружил совершенно сухого и по-прежнему грязного ангела сидящим на краю ванны и рассматривающим лейку душа, непонятно каким образом снятую с держателя. Дин вдруг понял, что злость как рукой сняло: вид у этого существа, сидящего напротив, был настолько обезоруживающим, что Винчестер почувствовал себя полным дураком — воин Господа, которому пара десятков веков, который выиграл не одно кровавое сражение, оказался беспомощным перед человеческим изобретением — он же никогда в жизни не видел так близко душ. Дин с какой-то щемящей нежностью подумал, что этот пернатый — его наказание за все его грешки перед Отцом. Охотник улыбнулся и отнял несчастный шланг у ангела. — Кас, ты долго так собираешься сидеть? — пытаясь заглянуть ему в глаза, поинтересовался Дин. — Прости, я не… — Да все с тобой понятно. Залезай, — мягко попросил Дин, включая воду, — это очень приятно, Кас, — смывая с ангела прилипшую пыль, которая набилась под одежду и вызывала, должно быть, не самые приятные ощущения, раз уж у него нет пока его суперспособностей, Дин продолжал говорить, чтобы отвлечь скорее себя от созерцания идеального тела перед собой, — и как раз то, что тебе сейчас нужно. Вода снимет усталость, расслабит ноющие мышцы, если ты сам не можешь пока себе помочь. Держи, — Винчестер отдал ангелу душ, — верни на место, тебе будет удобнее. Потом возьмешь мочалку и мыло, — Дин достал их с полки и положил поближе к ангелу, — намылишь мочалку, затем себя, когда закончишь, вода все сделает сама. Дин подумал, что с Беном было намного проще, и Бен не выглядел таким беззащитным, он хотел все делать сам, тогда как ангел смотрел на него с невыносимой мольбой и казался еще более потерянным, чем обычно. Дину не очень нравились те эмоции, которые он начинал испытывать к Кастиэлю, потому что он не совсем понимал их природу, но отчетливо ощутил, что еще несколько ударов сердца и он сам вымоет этого невозможного ангела с ног до головы. Кастиэль просто стоял под струями воды, уперев руки в стену и не шевелясь. Дину захотелось протянуть руку и дотронуться до мокрой и горячей кожи ангела, а потом пришла мысль, что он абсолютно не против принять душ еще раз. Кас, услыхав шорох, наконец обратил внимание на человека. — Дин, что ты делаешь? — Собираюсь вымыть тебя, потому что мы тут будем до нового пришествия торчать! Не в одежде же мне это делать, в конце концов! — ворчал Винчестер, снимая джинсы и чувствуя, как трясутся руки. Кастиэль подвинулся, освобождая место Дину, и тот забрался в ванну позади ангела. — Неужели за всю свою жизнь ты никогда не принимал ванну или душ? — намыливая мочалку, бухтел Винчестер, решив, что молчать не самое верное решение, — голову сначала вымой, — указывая на шампунь, подсказал охотник. Ангел без слов выполнил распоряжение, наблюдая, как мыльная пена стекает в канализацию вместе с грязной водой. Затем почувствовал осторожное прикосновение к коже и вздрогнул. — Ты чего? — удивился Винчестер, растирая напряженную спину ангела. Тот продолжал молчать, и Дин не выдержал, — повернись! Ангел казался безучастным ко всему происходящему, поэтому Винчестер развернул его к себе лицом и заметил красноречивую причину, по которой ангел не смел произнести ни слова. — Ну, дружище, ты даешь! — присвистнул Дин, удивляясь, почему его это даже не возмутило. — Без силы я не могу контролировать это тело, — пробормотал ангел, не поднимая головы. Дин выдохнул, пытаясь контролировать хотя бы свое тело — ему это совсем не нравилось. — Давай сам, — протягивая ангелу мочалку, предложил Дин, — принцип ты понял. Кас забрал мочалку, по-прежнему избегая смотреть человеку в глаза. Никогда в жизни Винчестер не видел смущенного ангела, а возбужденного даже в кошмаре не мог представить, но глядя собственными глазами на самого настоящего ангела, который неуверенно намыливает свой вессель вполне по-человечески, подумал, что с ним его ждет еще и не такое. Достав вторую мочалку, Дин последовал примеру ангела и намылился, не спуская с него глаз. — Горячий душ — одна из немногих радостей для уставшего охотника, — произнес Дин, наклоняясь Кастиэлю за спину и снимая душ с держателя, — может быть ангелам это и не нужно, — Дин направил ласковые струи воды ангелу на грудь, — но ты не можешь не согласиться, что это очешуенно, — шепотом закончил Винчестер, отмечая, что приятно не просто находиться в мягких объятиях воды, но еще необъяснимо приятнее стоять вот так именно сейчас, именно с этим ангелом. Дину было все равно, что ангел тянется к нему лишь потому, что утратил контроль, и через несколько часов снова превратится в холодное оружие небес. Но в данный момент это существо готово было полностью ему довериться, и Дина уже минут десять назад перестал волновать тот факт, что ангел находится в мужском теле. Охотник развернул его спиной к себе, продолжая смывать с него грязь и усталость, позволив себе подключить свободную руку, осторожно проводя по острым лопаткам ладонью, и чувствуя, как ангел начинает дрожать, реагируя на его прикосновения. Потом поднял руку так, чтобы вода попадала Кастиэлю точно на затылок, с удовольствием слушая, как ангел, спустя минуту, сдавленно выдыхает. — Дииин… — простонал Кас, опустив голову еще ниже, открывая взору охотника беззащитно выступающие позвонки. Запихав оставшиеся здравые мысли куда подальше, Дин наклоняется и несмело целует один из них. Кастиэль снова вздрагивает, но на этот раз Дин решает не уточнять причину и более уверенно продолжает ласкать губами бархатистую кожу ангела, проводя языком по лопаткам, в тех местах, где, по его мнению, должны быть прекрасные лебединые крылья. Позабытый душевой шланг давно валяется на дне ванны, равнодушно наблюдая за первым в жизни поцелуем ангела. — Сейчас мы пойдем спать, — шепчет Винчестер, прижимая разомлевшего ангела к себе и пытаясь смыть до конца оставшуюся мыльную пену с них обоих, — думаю, с тебя пока хватит впечатлений. Можешь забыть об этом завтра или наказать меня, превратив в лягушку, но ты прекрасен! — заканчивает охотник, нежно целуя своего ангела в губы, с наслаждением чувствуя, как ангел снова ему отвечает…