Предложение в стиле Поттера

Драко улыбается. Конечно же Поттер не мог обойтись без всей этой помпезности и пригласил его в ресторан. У них редко удавалось взять хотя бы один выходной, но даже на работе они умудрялись пересечься для десятка-другого поцелуев. И вот, Гарри ни с того ни с сего приглашает его в шикарный магловский ресторан в западной части немагического Лондона. Да и к тому же выбрав место на утеплённой террасе, с видом на город, подсветкой и невероятно маленьким количеством людей. Правда Поттер то бледнел, то краснел, что немного пугало Драко. Возможно это из-за того, что они таки сходили и сделали что хотели в прошлую субботу — Драко проколол септум, а Гарри сосок. Сам процесс прокалывания Драко не понравился. Ни собственный, ни со стороны наблюдателя. Зато понравилось потом ночью доказывать Поттеру настолько сильно он оценил результат. Кстати, теперь Драко подумывал о том, чтобы покраситься в фиолетовый и уломать Гарри на парные татуировки, но это уже потом как-нибудь, через месяцок. Но так или иначе, факт был фактом: сейчас Гарри вёл себя невероятно странно. Опять же, возможно причиной тому был проколотый сосок, натирающийся о ткань идеально сидящей серой рубашки, а возможно… — Драко Люциус Малфой, — хрипловато начинает Гарри и запинается. — Гарри Джеймс Поттер, — в тон ему отвечает Драко, даже не стараясь скрыть игривости в голосе и поигрывая бокалом с белым сухим вином в руке. — Драко, мы вместе уже… — Почти девять лет, милый. — Да, и ты знаешь насколько сильно я люблю тебя. Так сильно, как, наверное, никто никого никогда не любил… — Гарри потерянный, изо всех сил пытается подобрать слова. Малфою вроде как и хочется помочь, но упустить возможность поиздеваться в ответ за смешки Гарри о незнании Драко названий некоторых магловских вещиц — уж увольте! Драко слишком Малфой для такого. К тому же кодекс Малфоев, статья восемьдесят четыре пункт два гласит: ежели есть возможность отомстить и отстоять свою честь, не гнушись использовать любые методы. И что, что этот кодекс Драко придумал сам, у всех есть личные принципы! — И ты знаешь, что это абсолютно взаимно, Поттер. — Да… — Драко честно пытается не расхохотаться от вида настолько потерянного Гарри. — так вот… Драко Люциус Малфой, я хочу тебя спросить… — О-о наконец-то! — восклицает Драко, в типичной сучьей и истинно-малфоевской манере кладёт ногу на ногу, — ты делаешь мне предложение! Лицо Гарри Джеймса Поттера, Героя Магической Британии, почетного члена Визенгамота, три дня назад получившего Мастера по Артефакторике, главу Тайного отдела Министерства и ещё-куча-таких-же-длинных-и-сложных-титулов-и-званий, нужно было видеть. О это лицо! Драко чуть не рассмеялся вслух, но позволил себе лишь очаровательно улыбнуться. Поттер, выглядевший так, словно сожрал хвост одного из любимейших драконов Панси и Блейза, с трудом что-то просипел. — Что, любовь моя, прости, не расслышал? — Откуда ты… — вино из наклонившегося бокала капает на брючину, но Поттер даже не замечает, уставившись на Драко круглыми глазами. — Поттер, брось, — максимально пренебрежительно бросает Малфой (господи, какая актёрская игра, видел бы papa! Какие эмоции! Как отыграно! Плачет драмкружок!) и промокает губы бордовой салфеткой со стола. — За время ужина ты уже пять раз уронил кольцо. Я даже поднял его. Дважды. — Ты…т-ты что? — Кстати, оно красивое. Для настоящего Малфоя самое то! И где только раздобыл? — На заказ делал. У Лонгботтомов. Ханне помог Невилл, чтобы серебро выстаивалось вместе с травами несколько дней. А потом ковал я. Ты же знаешь она тоже Артефактор, но по другой час… — на автомате отвечает Поттер. — Стоп, Драко, какого хрена? На этом легендарное Малфоевское терпение и заканчивается. Драко начинает смеяться. Сначала тихо, прикрывая лицо руками, а потом громко, уже не сдерживаясь, хохочёт в полный голос. — Ну ты и скот, Малфой. — тянет Гарри, не отрывая восхищенно-влюблённого взгляда от своего почти-что мужа. Драко фыркает. — Всегда рад вам служить! — Драко улыбается. Его щеки слегка покраснели от вина и от смеха, чёлка падает на сверкающие глаза, а серебристое колечко в носу блестит в свете окружающих их свеч. Поттер засматривается, чуть не забывая задать главный вопрос. — Так что ответишь, Драко? Выйдешь за меня? Станешь моим равным супругом? Будешь делить радость и горе, звездюли от Снейпа, кровать и жизнь? — Конечно «да», Поттер, как отказаться от столь захватывающего предложения. — Драко наклоняется вперёд и шепчет смотря то на ухмыляющиеся губы, то на глаза, в которых читается волнение как бы Гарри не пытался его скрыть. — И уж поверь мне, я приложу все усилия, чтобы пункт «горе» из этого списка исчез. Когда губы Поттера всё-таки соприкасаются с его, Драко Малфой чувствует себя самым счастливым идиотом в этом мире. Впрочем, быть просто Малфоем ему осталось недолго; через пару минут, а может через час, кто знает, через сколько они смогут оторваться друг от друга, когда наденут друг на друга кольца, оба станут представителями рода Малфой-Поттер (или же Поттер-Малфой, ведь каждый будет настаивать на своей фамилии спереди) и ещё кучей фамилий через дефис, ведь их предки — люди по правде необыкновенные, гениальные и шизанутые на всю голову. Ну ничего, у них ещё есть целая жизнь, чтобы разобраться какой из наследников какой будет род наследовать. А то что наследники будут, никто из них даже не сомневался. — Кстати, я предпочёл бы, чтобы твои штаны были мокрыми по совсем другой причине, Поттер. Гарри же уже говорил, что он без ума от этого наглющего засранца?