Цена свободы

Важно не то, что мы видим. Куда важнее то, что мы чувствуем. Только прочувствованное и пережитое никогда не забывается, это и есть основная составляющая воспоминаний. Эльчин Сафарли

— Эбигейл! Эбигейл! Где же ты, дрянь? Эбигейл! – девушка, спускавшаяся по лестнице, кричала так, что слышал весь дом, и, пожалуй, даже соседи, живи они поблизости. Эн точно знала, что ей надо от домовика. Остановившись на последней ступеньке, она с волнением посмотрела на руки - обе ладони выворачивало в конвульсиях, суставы по всему телу ломило, вновь почувствовался знакомый признак тошноты. Подбежав к зеркалу, находившемуся в нескольких метрах от неё, Энконс увидела, что когда то привлекательное лицо, было слишком худым, старым не по годам, а зрачки (на которые она и обратила внимание) до невозможности расширены, - Аааааа, Эбигейл! Я убью тебя, маленький ублюдок! Где ты!? Рядом с девушкой трансгресировал домовой эльф. Его глаза, ещё год назад не знавшие страха при виде хозяйки, были полны ужаса. Доброй и ласковой «принцессы» давно уже не было, вместо неё появилась альтернатива - сука. Ей были неведомы любовь, жалость, сочувствие. Естественно, эльфам жить стало сложно: многочисленные порки, голодовки… всё это было небольшим развлечением для Энестейшен. — Ну наконец то! Нашёл!? Что ты смотришь? Отвечай на вопрос! — Да, госпожа, конечно, разве Эбигейл мог поступить иначе? Нет, мисс, Эбигейл не мог, но он волнуется за госпожу… это опасно, магглы говорят, что нельзя много употреблять этого белого порошка, мисс Эн, послушайте старого… — Молчать! – девушка сильно ударила домового ногой. – Мне лучше знать. Что ты раздобыл? Ну? Показывай же!Домовик достал из кармана своей «одежды» пакетик с белым порошком. Глаза Эн заблестели, «ломка» была не выносимой. Два дня она ждала, когда же, наконец то, вновь попробует свою «дорожку». — Прин… - домовик запнулся: Эн ненавидит, когда её так зовут, ведь её так звал он… - Госпожа, может, стоило бы вновь возобновить то… мисс, Эбигейл не очень помнит название… ЛСВ, кажется. Оно не вызывало у вас болей… Мисс, вы должны послушать… — Пошёл вон! – Энестейшен ещё раз пнула ногой домовика, выхватив из маленьких ручонок пакетик. – указывать он мне будет, исчезни, что бы я тебя не видела сегодня! – быстро перебирая ногами, девушка поднялась на второй этаж, и направилась в сторону своей комнаты. На встречу ей, по коридору, шёл красавчик-блондин, но Эн и взглядом его не окинула. Он остановился, когда они поравнялись и улыбнулся. Но в ответ эмоций не последовало, девушка продолжила движение. Естественно, её бесили его ухмылки, выражения, глаза… они были как у Виктора, как это могло не бесить? Он был немного ниже Крама, но всё же выше Энконс. Ещё в первый день знакомства она не могла не заметить его схожесть с Виктором. Предпочтение в одежде, книгах, командах по квиддичю - всё это причиняло боль. Парень не осознавал этого, наверное, как и Волан Де Морт. Но Драко был аналогией студента Дурмстранга, от чего ставало только хуже. Смотреть на него, проводить время с ним было невыносимой мукой. Что и заставило девушку употреблять наркотические вещества. С ними – мира будто бы и не существовало. А вызванные ними галлюцинации дарили жизнь, которой больше у неё не будет. Парень определённо проявлял к ней интерес, пытался завлечь в какие то игры, но девушка всё игнорировала, после чего «закидывалась» очередной дозой. Жители Малфой-мэнора волновались за неё, даже Лорд пытался поговорить с ней. Но всегда прекращал свою речь, замечая блуждающий взгляд девушки. — Эн, ну может, хватит? Сколько ты будешь вести себя так, сколько будешь употреблять это? – Драко развернулся и пошёл за ней. Девушка уже дошла до своей двери, когда он догнал её. Она развернулась к нему и глаза её зловеще заблестели. Понимая, что он не отстанет, она стала водить глазами по комнате, наткнувшись на то, что искала, она перевела взор на парня. Ножи, времён пятнадцатого века, висевшие на стене для украшения, неожиданно поднялись в воздух - не вербальность от Энконс. Но парень и на йоту не испугался, прижав дверь ногой, он посмотрел ей прямо в глаза. — Неа, убивать меня нельзя, ты же знаешь, Эн. – Малфой натянул улыбку «ублюдка». — Но, печень то проткнуть никто не запрещал? Ножи резко направились в сторону слизаринца и пронзили его поясницу. Из его рта потекла тёплая, бурбоновая кровь. Он медленно опустился на пол, где уже была небольшая красная лужа. Вытащив один нож из спины, он закинул голову вверх, тем самым направляя взгляд на девушку. Белоснежная рубашка, как и вся другая одежда, была запачкана кровью. — Чёрт, кажется, это почки? - Эн посмотрела на рану. — Сучка… — А ты как думал, милый? – развернувшись на каблуках, и предварительно толкнув ногу Драко, что бы та не мешала пройти, она открыла дверь в свою комнату. Ей было плевать, сможет Малфой помочь себе сам и придёт ли ему кто-то на подмогу. Она знала, что ей сейчас нужно и знала, что не может ждать. Дальше, всё по старому кругу: «кайф», пропасть в три дня, ломка, доза… Это был лишь первый месяц лета… ЛСД уже не помогал, а вместо кокаина в ход пошёл героин… *** Прошёл месяц, за окном был поздний вечер, который день шёл дождь. Весь Малфой-мэнор был на нервах. Тёмный Лорд, после долгого отсутствия, возвращался назад. Эльфы готовили ужин, а миссис Малфой носилась по дому с кучей платьев, пытаясь заставить Эн примерить хоть одно из них. Нарцисса выбросила все бутылки с виски, ромом и вином давным-давно. Эльфам было строго-настрого запрещено покидать мэнор и потакать желаниям Энконс. Больше двух недель в доме отсутствовали наркотики, а девушка не притронулась и к капле алкоголя. Это вызывало невыносимую «ломку», что заставляло Энестейшен нервничать с утра до вечера и насквозь пропитаться табачным дымом, что бы хоть как то приглушить чувства. Ни эльфы, ни Малфои так и не смогли обнаружить сигареты в особняке. А потому курила она как сапожник. Но, несмотря на это, у Эн появился более-менее здоровый блеск в глазах, она немного набрала в весе, а кожа лица вернула привычный вид. Драко сторонился её, хотя раны от ножей и зажили, а вместо них остались небольшие шрамы, он больше не заговаривал с девушкой, даже не смотрел на неё. Иной раз Энконс пыталась завести разговор, ведь сигареты не давали забыть всё, что так хотелось, но парень ограничивался вежливостью. Эльфы, продолжали боятся её, ведь, несмотря на то, что Эн «протрезвев» от алкоголя и наркотиков, вновь стала «принцессой», они всё ещё не доверяли ей. Настал день возвращения Лорда. Мистер Малфой купил пару бутылок огне-виски, а Энестейшен таки надела платье. Нет, оно, конечно, было не таким, каким хотела бы миссис Малфой. Ведь варианты - светло зелёное с тёмными рюшами или красное с розовым бантом - казались Эн отвратительными. Она одела чёрное ажурное платье на одно плечо, которое было длинным, и немного тянулось по полу. Волосы девушка собрала в элегантный пучок , который заколола заколкой украшенной чёрным бархатом. На руках из украшений было только кольцо с тёмным лазуритом в бронзовой оправе. Семейка волшебников тоже оделась официально. Мужчины были одеты во фраки, а Нарцисса нарядилась в очаровательно платье цвета бурбона в пол. Несмотря на все старания, прекрасным этот ужин назвать было нельзя. Все сидящие за столом, за исключением, пожалуй, Эн, ужасно боялись, Нарцисса даже заикалась время от времени. — Мой Лорд, за ваше отсутствие Энестейшен заметно изменилась. Мы постарались вложить в неё за этот период максимум правил этикета и волшебства. И как Вы и просили: она отказалась от этих маггловских… нар… нарку… наркотиков, кажется, так они это называют? – Люциус вжался в кресло. Все Малфои, и Реддлы сидели за одним столом. Услышав обращение Люциуса, Лорд медленно повернул голову с сторону Малфоя-старшого. Медлительность Волан де Морта была пугающей как всегда, от чего волшебник ещё сильнее перепугался, что вызвало, казалось бы, немотивированный, смех у Энконс. — Ты находишь это смешным? – было отчётливо заметно, что Лорд настроен серьёзно – что вызвало у тебя смех, Энестейшен? — С учётом скуки происходящей рядом – да, это забавно. Не смотря на чистоту крови, которой они так гордятся, все они невероятно глупы, раз уж не могут запомнить такое элементарное слово… Эбигейл! – Эн прокричала имя эльфа так сильно, как только могла. Уже через секунду, из серого дыма появился эльф в старых балахонах. В одной руке он держал поднос, на котором лежала длинная сигара. Лёгким движение руки Энконс подняла её и, щёлкнув пальцами – подпалила. По столовой покатились серые клубы дыма, комната в момент наполнилась запахом табака. — Вижу, ты не всё смогла оставить из своих привычек? – дядя укоризненно посмотрел на взрослых волшебников – В письмах вы оба сообщали совсем другое. — Мой Лорд, ваша племянница… нет-нет, не хочу сказать чего то плохого… её сложно в чём то убедить. Она, совершенно не хотела слушать ни меня, ни моего мужа… Чародейке было необходимо много смелости, что бы в голос заговорить при Волан де Морте о негативных чертах его племянницы. — Естественно, но в этом и было ваше задание… - Малфои ждали худшего - воля Лорда была не исполнена. Они находились в самом эпицентре кратера, в одной стороны Энконс, с другой Лорд. Ведь магические умения приобретённые от дяди, были опасны для жизни. – что ж сегодня я буду добр. Собственно говоря, милая, я к тебе. Вижу, ты меняешься, на самом деле, в такой промежуток времени так измениться! Просто невероятно, хочу сделать тебе подарок… Забросить тебе в банк, пару тысяч галеонов, что скажешь? Деньги давно не имели для неё значения, как и платье, бижутерия, дорогие камни и ткани со всех уголков мира, Эн в очередной раз затянулась сигарой, на выдохе сказав: — Оуу, как это мило – изогнув бровь, она наклонилась к дяде – ты невероятно щедр. — В этом и вся прелесть семьи, милая, ты просто так отдаёшь, и получаешь… мне нужен ключ… ключ от банка, иначе деньги нельзя будет оставить в твоём хранилище, дорогая. Всем Малфоям, да и эльфам, было понятно – не о каких семейных ценностях и речи идти не может. Оба из рода Реддлов вели игру. Несколько затяжек и Энконс вновь посмотрела на Волан де Морта. Выпустив табачный дым в лицо дяди, она ответила: — Ну конечно, дядя, спасибо тебе. – девушка сняла ожерелье с шеи, кулоном служил бронзовый ключ. Было заметно, что маг из последних сил держит себя в руках, – держи. А сейчас всем спасибо – я сыта. Положив ключ на край стола, Эн медленно поднялась и лёгкой походкой направилась к выходу. Ажурное платье умело подчёркивало её фигурку. Покачивая бёдрами Энестейшен шла, напивая любимую песню «A beatiful lie». Остановившись у порога, она повернулась к дяде. Уткнувшись плечом в стену, она с улыбкой пронаблюдала за тем, как Лорд взял ключ. Малфои сохраняли молчание. — Его там нет… — Что? О чём ты, дорогая? – тёмный маг посмотрел на воспитанницу. Та улыбнулась - как же ей осточертела эта игра и вечный блеф. Закатив глаза в потолок и затянувшись сигарой, она сделала непринуждённое лицо: — Камня там нет. Серьёзно, мы будем корчить из себя не пойми кого? Тебе нужен камень, который участвовал в заклинании? Нет его, я отправила его по почте в Амстердам. Не меняя позы, Эн посмотрела в глаза Лорду. Какой же жалкой, по сути, была её жизнь. Что она может против него? Да ничего… не просьбы, не уговоры… вот она нахамила ему, а дальше? После небольшой паузы, ещё одна затяжка: — Значит, подарков не будет? Жаль… Эм, ключ не отдавай, ну вдруг передумаешь? Лорд хмыкнул, и закачал головой. Энестейшен улыбнулась, развернувшись на каблуках она вновь вернулась к движение, выйдя в коридор, девушка через плечо бросила: — И да, дядя – маг посмотрел на племянницу – ты так боялся что с ним я добрая, теперь по заявкам - стерва вернулась, - Эн щёлкнула пальцами – столовые приборы (пара ножей и вилок) взлетели и в мгновенье через стол и зависли перед лицами Малфоев. Нарцисса вскрикнула, Люциус вжался в спинку стула, а Драко испугано посмотрел на Эн . Громко рассмеявшись, волшебница пошла спать…. Вскоре жизнь приготовит её новое испытание - сложнее наркотической зависимости, напряжённых отношений с Малфоями и вечных ссор с дядей… To be continued...