Underlust: Любовь или Похоть?

      Разобравшись с опасной троицей футок, Фриск и ее пушистый братец – Азриэль отправились в столицу, чтобы спасти своих друзей: Андайн, Альфис, Папирус, Меттатон, Гриллби и Маффет. Узнав от Биары и ее подруг, что тех держат в тюрьме замка королевы Ториэль, они не могли оставить их наедине с этой похотливой женщиной. Да и потом. Пора этому подземному миру вернуть былое величие. Прекратить быть местом для разврата и похоти и стать прежним королевством, где царила доброта, надежда и мечты. Но для этого им придется пройти через личную стражу правительницы, которая наверняка будет очень сильной и жестокой к своим врагам. А учитывая, какие были солдаты до этого, то те эти так же попытаются изнасиловать белошерстных козликов. Но Фриск и Азри не станут бояться. Они будут идти до самого конца, пока не освободят народ от власти вульгарной королевы. И при этом те сделают своим способом. То есть без насилия и без пролитой капли крови.       Дойдя до отеля МТТ, они попытались поехать на лифте к Новому Дому – к нынешней столице монстров. Но как назло он был сломан давно и его так не смогли починить. И поэтому пришлось идти через ЯДРО, так как иного выбора не было. И там началось очень веселое приключение для наших пушистиков.       В первую очередь, дойдя до очередного лифта, они поймут, что и этот не работает. Но к счастью Фриск помнила, что Альфис говорила о нем. Что его можно починить, но для этого нужно было сделать несколько вещей в самом ЯДРЕ. Так же помимо него были два прохода, которые возможно могли вести их в нужное для них место. Но зайдя в один из них, парочка поняли, что тот был тупиком, а поверхность под ним горела. Понял это, козлик решили завернуть в другой. И там им пришлось столкнуться с одним из так называемых наемников, которых наняла Ториэль для поимки бывшего человека. Им оказался Мэджик – монстр, что являлся настоящий волшебником. У него видны только ноги, голова и туловище и носил на голове колдовскую шляпу. Он характеру он был довольно эгоцентричным и любил постоянно хвастаться. А еще раздевать своих противников при помощи сфер и крестиков. Короче он не отличался от других извращенцев, что были до него. И обладателям изумрудных очей приходилось справляться с ним, направляя на верный путь. Тем более противнику и не нужно было раздевать их, так как те уже были изначально голыми. Но он на этом не остановился. Мэджик захотел потрогать груди Фриск и пососать ее соски. Правда Азриэль не желал, чтобы этот волшебник опускал руки на его сестру и потому отгонял того тумаками и ногами. В конце концов девушка смогла убедить того перестать драться и заниматься похотливыми вещами. Вместо этого она напомнила о его мечте – стать настоящим волшебником, который будет радовать детей необычными чудесами.       Но девушка и козлик зря думали, что это будет единственный наемник на их пути. Были и другие. Таким был и монстр в рыцарских доспехах с ”оригинальным” именем – Рыцарь Рыцарь. Неужели у него в детстве не было нормального имени? Или все-таки это было больше прозвищем? В любом случае парочке приходилось с ним драться. А он был не промах. Точнее она. Да. Этим монстра оказалась крупная девушка в угрожающей черной броне и вооружена посохом. И зеленоглазой паре не было понятно. Что являлось ее настоящим лицом? На шлеме, окуляр которого время от времени расширяется и сужается как будто это её рот? Или на туловище, живот которого выглядит как птичий лик, напоминающее Сноудрейка? В любом случае она была грозным противником, так как при помощи своего посоха вызывала либо лунный дождь, либо солнечные пули, либо просто орудием атаковала парочку. И ладно бы это, но она была той еще извращенкой. Причем та предпочитала мальчиков. И поэтому часто клеилась к голому Азриэлю, чтобы поласкать его огромный твердый член. Но бывшая человеческая самка была совершенно против этого. И поэтому всей своей решительностью не давала этой огромной женщине с тяжелыми доспехами и дрыном. В конце концов, им обоим удалось ее сдаться и принять пощаду. И при этом напоследок научили ее уважать личное пространство не только монстров, но и людей. А также что не нужно заставлять кого-то полюбить себя.       Но помимо сражения с наемниками Фриск и Ази еще приходилось проходить различные ловушки. То от лазеров нужно уклониться, то решать достаточно сложные задачи. А иногда и вовсе нужно было чинить какие-то части ЯДРА, чтобы наша парочка смогла пройти дальше. Поэтому приходилось делать быстро, чтобы как можно скорее добраться до столицы и найти своих друзей. — Фриск. — Что? — Мы достаточно долго тут находимся, хотя и пытаемся делать все быстро. Но выхода из этого места нет. Все перепробовали. И через лазеры прыгали. И в различные механизмы лезли. Но так и не смогли найти выход из ЯДРА. — Я знаю, но мы не должны терять надежду. Все-таки где-то должен быть способ выбраться из этого лабиринта. Главное в это верить. — Эх... была бы Альфис, то возможно рассказала или даже дала карту всего этого места. — Карту? Карту... а! Точно! — А? Что такое? — Она как-то раз рассказывала, что в этом месте есть особая комната, которая предназначена только для королевского ученого. То есть для нее. И там есть карта всего ЯДРА. Возможно, если найдем ее, то можем выбраться отсюда. — Но... мы же не знаем, с чего начать. — Зато я знаю. Альфи сказала, что чтобы найти эту комнату, нужно сперва отыскать монстра, который может нам помочь в этом. — А как звать этого монстра? — спросил мускулистый козлик. — Этого я не знаю, но зато известно, что он или она находится возле самого ЯДРА. — Тогда идем? Я не хочу, чтобы наши друзья страдали пока сидим тут. — Я тоже не хочу этого. Эх... я лишь надеюсь, что с ними сейчас все хорошо. Тем временем в королевской тюрьме...       После жестокого наказания от жестоких и накаченных женщин скелет, робот, огненный бармен, кондитерша, рыжая рыбка и ученая сидели в своих клетках и лечили свои рады. И каждый чувствовал себя не очень хорошо. Ведь быть изнасилованным – худшая участь для любого. Особенно больно было для Андайн, так как это уже было второй за короткое время, когда уничтожили ее пятую точку. Причем во второй раз сделали ее бывшие подруги – Биара, Кей и Зара. Хотя то, что именно втроем на ее одну напали – это неправда. Только большая тигрица унижала рыбку и Альфис. Причем так сильно, что их отверстия болели от жестоких проникновений. И поэтому им приходилось стоять, так как сидеть было невыносимо. Другим было не лучше. Папирус и Гриллби получили свою порцию особых ”сосисок” в своих пятых точек, Маффет стыдливо прятала лицо, так как ей понравилось ухаживания от черной лошадки, а Меттатон был морально убит. В общем, вся эта шестерка чувствовала себя паршиво. Никто не произнес ни слова. И при этом они думали лишь об одном. — Ух... все болит... — Не только у тебя, Папирус. Нам с Маффет тоже досталось. — Не драматизируй. Вам повезло, что вам обоим досталось Зара. Она самая добрая из всех троих. И поэтому не стала совать свой огромный баклажан в ваши дырки. — Но все равно это было неприятно. Ведь я... занята. У меня есть Гриллби. И только он может трогать за мои... чувствительные места, — промолвила паучиха, прятав свое оголенное тело руками. Услышав это, пылающий монстр ласково прижал к себе брюнетку и погладил по головке. — Хех. Приятно это слышать... мой паучок. Хотя раньше ты многим давала. — Это уже в прошлом. И не хочется более вспоминать. Ведь теперь... я только твоя. И ничья более. — Как и я являюсь лишь твоим горячим парнем. — Хи-хи-хи-хи-хи. Люблю тебя, Гриллби. Только ты можешь видеть мою внутреннюю красоту. — Знаю. И знаешь... кого нужно благодарить за то, что мы сейчас вместе? — Хех. Фриск и Азриэля. Если бы не они, то мы до сих пор занимались своими постыдными вещами. Я проституцией, а ты руководил стрип-клубом. — Это точно. К счастью... мы смогли пересилить ПОХОТЬ и стать нормальные. И все благодаря этим двоим. Вообще... они многим монстрам помогли. И вам в том числе, ребят. — Это точно. Человек Фриск научила меня готовить, а с Азриэлем я подружился. Сансу понравились. Хотя иногда были споры между ними, но тогда меня это не касалось, так как не любил серьезные темы. — А мне эти лапочки особенно понравились. Мне было в кайф создавать одежду для красивого козлика. Да и общаться с упавшим человеком было приятно. — Как и мне. Они вообще помогли нас с Альфис. Без них... мы бы никогда не смогли воссоединиться вновь. — Правда, это было трудно для нас. Ведь мы сильно изменились за несколько лет. Были детьми, а стали... — Альфи... я знаю, что была не очень хорошей. Но теперь мы больше не потеряем друг друга. И вместе быть всегда. И сказав это, Андайн ласково обняла свою желтую рептилию и погладила ее головку, проявляя заботу. Это тронуло в очередной раз умную женщину. И та прижалась к ней, немного мурча, чем забавляло красноволосую рыбку. Но неожиданно бывший капитан королевских извращенцев вспомнил об одной вещи. Она слегка оттолкнула свою девушку и посмотрела на клетку, где сидели высокий скелет и гламурная звезда. — Папс... — М? Что такое, Андайн? — Я должна тебе кое-что сказать... — с негой грустью сказала боевая бунтарка, смотря в очи позитивного монстра. — Что... именно? — Эх... в общем... прости меня, что относилась к тебе очень плохо. Унижала и насиловала тебя шесть лет. Была жестока с тобой. — Гм... — Я долгое время не могла сказать это, так как мне было очень стыдно. Но сейчас... не буду более молчать. Папирус... прости меня за все зверства, который я совершала с тобой. Я пойму, если не прости меня. Но знай... ты никакой не неудачник. У тебя есть... добрая душа. Ты никогда не хотел осознанно делать кому-то больно. Просто так же, как и остальные желал любви. Вот только я дарил тебе только боль и насилие. И мне очень жаль за это... — Андайн... не нужно. Я... никогда не злился на тебя. — Ч-что? — Да... это так. Несмотря на то, что ты меня изнасиловала меня, я никогда не испытывал ненависть и гнев. Я просто... хотел, чтобы порадовать тебя. — Порадовать? Но я была чудовищем, который не уважает ничьи чувства. — Но зато старалась сделать из меня что-то путное. Чтобы я был достойным и сильным монстром. Чтобы я смог найти свою пару и жить счастливо. Хотя подобный подход, которому ты меня учила не всем подходит. И все же я никогда не считал тебя чудовищем. — Гм... Папирус... — Поэтому не нужно корить себя за это. Все равно... это уже произошло. Нужно лишь смириться и жить дальше. — Папс... — Да, Метта? — А с каких пор ты стал таким мудрым? — спросил его красивый робот. — Ну... просто... — Что? — Не хочу вечно быть обузой для брата. Все-таки... как я помню... он всегда меня защищал. Хотя раньше... он меня недолюбливал. Как-никак... мы не совсем были кровными братьями. Скорее сводными. — Я знаю. Санс мне об этом говорил, когда приходил ко мне в клуб. И мне он об этом поведывал. Сочувствую вам... — Эх... я очень любил свою маму. Как и отца Санса. Да. Он меня недолюбливал, так как мне уделяли больше внимания. Как-никак я был младше. Но мама моя старалась нас обоих любить. Даже если она была мачехой для моего брата. И только когда... наших родителей убил человек... то он стал очень серьезно заботиться обо мне. И я старался слушаться его. Хотя это получалось не всегда. Как например... я не послушался его, когда отговаривал меня не вступать в отряд королевских извращенцев. Если бы тогда послушался, то ему не пришлось бы так унижаться перед... мамой Ториэль. — Это так. Хотя я сама не лучше. Лишила тебя девственности и использовала как свою игрушку. Мне стыдно за это. — Не кори, подруга. Мы все были не лучше. Занимались проституцией и другими нехорошими вещами. И мы бы продолжили это делать... — Но к счастью в наши жизни пришла они. — Фриск и Азриэль. Хех. Эти двое смогли нехило изменить это подземелье. — Это точно, Маффет. Эх... я лишь надеюсь, что те не попадутся в руки самой жестокой и похотливой королеве на свете.