День, когда Скаут остался.

Я неслышно зевнул, вглядываясь в звездное небо. Ночь была холодная, но какая к черту разница? Мне некуда идти, даже в моей комнате было зябко. Клин клином вышибают, и поэтому вот он я - замерзаю на улице. Даже если я заболею, никто пальцем о палец не ударит. Лох по жизни, так вроде называется? Ну разумеется, у всех было к кому приласкаться. Пидарасы гребаные... Все, начиная от Хэви с Медиком и кончая Спаем со Снайпером. Механика загреб к себе Солдат, а Поджигателя - Подрывник. Черт побери, да мы даже не знаем, какого пола этот мямля! И, разумеется, как счастливый девятый боец, я должен был либо оставаться в одиночестве, либо начинать мутить групповуху... Да пошло оно! Не собираюсь я голубеть лишь потому, что я одинок. Я вздрогнул и подтянул колени к себе поближе - холодный ветер обдувал со всех сторон. Лучше уж замерзнуть в одиночестве, чем лечь под одного из этих амбалов. Ну уж нет, ни за что. Вскоре послышался смех русского и немца, отражаемый от стен - наемники покинули здание. Я нахмурился и понурил голову. Я ненавидел этот звук: искренний смех. То, что я забыл за несколько месяцев здесь. Единственным развлечением оставалось избиение противников моей бейсбольной битой. Если прикинуть, я находился на базе около полугода. И за все это время только Пайро, Подрывник, Снайпер и Спай остались более или менее адекватными. Смех становился громче по мере того, как мужчины приближались. К счастью, они по-прежнему не замечали меня, отмораживающего свой зад на холодном камне и глядящего на небо, словно влюбленная школьница. И все же какая-то крохотная часть меня хотела закричать, обратить на себя их внимание, обнять их... Просто прижаться к кому-то и не чувствовать гнетущего одиночества... Да о чем я нахрен думаю? Я потряс головой и постарался представить что-то более приятное, например, пышногрудую блондинку с сексуальной задницей. Я просто устал, вот от чего весь этот бред в голове... И я чуть не наложил в штаны от страха, когда внезапно широкая ладонь опустилась ко мне на плечо. - Скаут? - произнес голос с сильным русским акцентом. - Что маленький человек здесь делает? - Ну, знаешь, смотрю на... небо, ага. Черт, я и не заметил, как наползли облака и закрыли все звезды мутной пеленой. - Здесь холодно... - И? - Ты можешь простыть. - Да пусть хоть подохну, никому дела не будет! - неожиданно для самого себя огрызнулся я. - Здесь все слишком сильно увлечены чужими задницами, чтобы хотя бы заметить меня! Наступила тишина. Единственным звуком, нарушающим ее, было тихое завывание ветра между щелей старого здания да сопение Хэви позади меня. Русский все еще держал руку на моем плече. - Нам не все равно. И мы замечаем тебя, - сказал другой голос, и мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы определить его обладателя. Немец всегда крутился рядом с Пулеметчиком, как будто бы их связывала какая-то невидимая нить. - Не хочешь вернуться? Мы будет рады, если ты немного погостишь у нас. - Что, смотреть, как вы тискаете друг друга? - Мы этого не планировали, - заметил Хэви, и когда я поднял на него взгляд, широко усмехнулся. От этого доброго взгляда на душе стало еще более гадко, и я промолчал. Смысл высказываться? Внезапно послышался грохот, и длинная молния расчертила небосвод, словно... Черт, да не знаю я, просто ярко сверкнула. Дыхание перехватило от страха. И, словно по заказу, начался дождь. Мелкие колючие капли забарабанили по крышам, забрались под одежду. Ветер усилился, заставляя меня дрожать еще больше. - Идем, - звучный голос русского вырвал меня из оцепенения, вызванного холодом и осознанием того, что приближается буря, и прежде чем я успел что-либо понять, две огромные ладони легли ко мне на бедра! Черт побери, от этого по всей спине пробежали мурашки! Это по меньшей мере странно! - Какого хрена, мужик?! - почти на истерической ноте завопил я, когда меня подняли в воздух и водрузили на чьи-то широкие плечи. - Я ходить умею, тебе известно?! Но он лишь обхватил мои длинные ноги, так что мне пришлось вцепиться в его шею, чтобы не упасть. Смех Хэви разносился по полупустой базе. Медик тоже тихо рассмеялся, подходя сзади, и русский начал свое движение ко входу в здание. Мы направляемся к комнате Пулеметчика. Охренеть можно. Насколько мне было известно, там была одна широкая кровать, а пол был не очень пригоден для сна. Да, не удивляйтесь, перед приемом на работу мы уже знали количество спальных мест на базе. Вообще-то, каждому отводилось по комнате и своей собственной постели. Так что было очевидно, что одному из двух голубков пришлось оставить свою спальню и ютиться вместе со вторым на одной кровати. Мне же, наоборот, было куда комфортнее спать одному. Без других представителей мужского пола под моим одеялом. Но сегодня?.. Я боялся... Вскоре (ну как вскоре... Этот тяжеловес вообще медленно ходит) мы добрались до его комнаты, его ручищи все еще крепко сжимали мои голени. Я чувствовал неловкость и страх, хотелось убежать к себе и забиться в самый дальний угол. "Здесь, по крайней мере, теплее, чем снаружи", - успокаивал я себя, - "Можно не бояться промокнуть". Первым вошел Пулеметчик, и мне пришлось пригнуться, чтобы избежать столкновения лбом с деревянной панелью. Я слышал, как Медик позади меня старательно сдерживает смех. В этом весь немец... Я вздохнул и бесшумно застонал. Комната Хэви была довольно большой. Впрочем, русский и сам был совсем не маленьким мужиком, так что вполне логично было отдать ему именно это помещение. Кровать была просто огромной, так что на ней с легкостью могли уместиться несколько человек, но легче мне от этого не становилось. У меня была отдельная комната, а я вынужден забираться в постель к двум мужикам! И учитывая мое явное нежелание свалиться во время сна на холодный и твердый пол, мне пришлось бы придвинуться совсем близко к одному из них... Черт, даже к обоим, если я окажусь посередине! Мы продвигались дальше, пока Медведь не решил остановиться. Я услышал, как позади закрылась дверь, и теперь я мог видеть Медика и легкую улыбку на его лице. Затем я снова ощутил пару могучих рук на своих бедрах, и русский спустил меня вниз. - Может, хватит уже? - взволнованно воскликнул я, быстро отступал на пару шагов, когда мои ноги коснулись земли. - Прости, маленький человек. Слишком высоко прыгать, ты бы расшибся. - Он прав, герр Скаут, - вмешался доктор. Я неловко потер шею и взглянул на пейзаж за окном. Буря. Шикарно. Дождь, казалось, готов был вышибить стекла, дарил ощущение того, что завтра никогда не наступит, что он переломит светлый день, как соломинку. Я не был большим фанатом бурь, знаете ли. Подонок, сидящий на небесах, сотворил самый оглушительный раскат грома, который я когда-либо слышал, заставляя меня напрячься и панически захныкать от страха. Я постарался заглушить неподобающий мужчине звук, но лишь пискнул от следующей вспышки. Убер-Человек и Русский Медведь молча смотрели на меня, будто бы я был призраком или еще какой такой хренотенью. - Ч-что? - заикаясь, спросил я, пытаясь успокоиться. Я с детства ненавидел грозу. Этот звук... Когда он был слишком громким, я прятался под кровать, когда был совсем мелким. И, поскольку я был младший в семье, мне разрешилось ночевать на руках у старшего брата. Он всегда поддерживал меня, поглаживал по спине и призывал успокоиться к чертовой бабушке. А когда гроза заканчивалась, он всегда давал мне леденец на палочке или просто какую-нибудь вкусняшку "за храбрость". Это было всего несколько раз, пока я жил в Бостоне, и это были приятные моменты. Сейчас приятные моменты случались каждый день, особенно во время битвы. Меня уже тошнило от этих "радостей", но я бы ни за что не променял то, что у меня есть сейчас, ни на какие сокровища мира. Разве что на билет до Бостона. Меня всегда поражала гроза во время боя. Не дождь, даже когда он застилал глаза мутной пеленой или просто вымораживал меня до дрожи в коленях. Нет, лишь гром. Вдали он был или же раздавался у меня над самой макушкой, я всегда останавливался и замирал, не замечая ничего вокруг. Один раз Шпион Синих даже остановился и спросил, все ли у меня в порядке. Вокруг никого не было, тем более мы и так проигрывали. Ему пришлось потрепать меня по плечу, прежде чем я вернулся к реальности. Я думаю, он единственный знал о моем страхе. И, надеюсь, у него хватило совести не рассказывать остальным Синим об этом... И вот теперь я стою перед парочкой сильных здоровых мужчин и дрожу от страха из-за гребанного шторма. Эта гроза уже третья за неделю! Третья, черт побери! - Малыш Скаут в порядке? - деликатно и с легкой тревогой на лице спросил Медведь. - А? Все хорошо... Да, да, все в порядке... Черт, я просто хочу спрятаться, сейчас же... Ну почему от мамочки я получил именно эту девчачью часть генов?! - Боишься грозы, верно? - внезапно догадался Медик. На его лице застыло понимающее выражение. Не самодовольное, как обычно, а понимающее... - Нет! Ну разумеется, н... - Бум. еще один раскат. Я взвизгнул еще громче, чем в первый раз. - Ja, это так, - убеждено сказал он. - Ну да, и что?! - взорвался я. - Будто бы у тебя нет страхов! Врач выпрямился и поправил очки, а затем сложил руки на груди. - Конечно же, у меня есть страхи. У всех есть. Вашу ж мать, как же он прав. - Да, как я вот боюсь маленького Поджигателя, - вставил русский. - Я не боюсь никого, но это... Он пугает меня. - Все боятся его-ее, черт "это", ну, кроме Подрывника... - Хах, ну да, он же его партнер, - возвел глаза к потолку немец. - Все равно это не одно и то же! - Не для нашего циклопа. Снова раскат грома. Я обхватил голову своими руками в повязках и попытался перебороть растущее чувство страха. Не знаю, что побудило меня это сделать, возможно, так я чувствовал себя в большей безопасности. Я кожей ощущал на себе их взволнованные взгляды, но мне было плевать. Кто-нибудь, прекратите этот грохот... Хотелось бежать сломя голову, спрятаться так далеко, чтобы ни одна живая душа не нашла меня. - Маленький, все в порядке, - мягко сказал Хэви. - Гроза не навредит тебе. Я снова ощутил руку на своем плече, и от неожиданности чуть не подпрыгнул. Хотя в какой-то мере этот жест даже... успокаивал? Пружины на кровати жутко скрипели при каждом неловком движении. Ну, раз они выдерживают двухсот килограммовую тушу русского, то и мое хрупкое тельце выдержат. Я приподнял голову и увидел Медика, пристроившегося справа. Он похлопал по матрасу, приглашая меня занять свободное место. Черт, черт, черт, черт, черт, ЧЕРТ! - Давай, Скаут, - Хэви обошел меня и направился к кровати, так что его лапища, к моему облегчению, соскользнула с моего плеча. Я беззвучно простонал и пошел за ним. Русский взобрался на постель, вынуждая бедную мебель истошно скрипеть, и тот факт, что кровать могла просто-напросто провалиться под нами, пугал меня даже больше, чем перспектива спать в ней с людьми одного со мной пола. Лететь вниз было далековато... - Эй, Хэви, это точно безопасно? - я кивнул на матрасы. - Что? Да, разумеется! Теперь прекращай переживать и иди сюда, - он рассмеялся, чуть привстал и схватил мою маленькую ладонь своей огромной рукой, потянув меня на кровать. Я громко охнул, когда внезапно для себя оказался где-то в районе живота Пулеметчика. Залившись румянцем, я быстро поднялся. - Больше не делай так, мужик! - вскричал я, придя в себя. Русский еще громче захохотал, и когда я снова взглянул на него, то увидел, что он как-то близко прижимается к Медику. Слишком близко. Доктор "уке", а Хэви "семе", сто процентов. Я простонал от отвращения и отвернулся, качая головой. Не то, чтобы я был против всей этой голубой херни, я просто не хотел быть посередине. ...Ну да, ладно, я обнимался со своими братьями во время бури, это же нормально! Куда нормальнее, чем сейчас... Это серьезно так отличается. - В чем дело? - спросил Пулеметчик, удивленно подняв бровь. - Какого хрена я тут делаю? В чем смысл наблюдать, как вы обжимаетесь и все дела? Повисла тишина. Я сложил руки на груди и уперся взглядом в матрас, стараясь не смотреть на них. - Герр Скаут, вы когда-нибудь обнимались с человеком своего пола? - Конечно! С братьями... На диване, когда мы страшилку какую-нибудь смотрели... Или вроде того... - я опустил голову, ее начали заполнять старые воспоминания. Да, каждый раз, когда кто-то из моих братьев приносил домой ужастик, я прижимался к ним, неважно, по-настоящему страшный это был фильм или нет. Я утыкался в их сильные плечи, крепко обвивая дрожащие руки вокруг их шей. Мда, я был тем еще неженкой... - Nein, я имею в виду мужчину, не связанного с тобой кровным родством. Загнул формулировку... Эм... Неа? - Нет. Какого черта я должен был? Медик тихо усмехнулся. - Тогда почему ты думаешь, что тебе бы не понравилось, если ты даже не пробовал? - Никогда не горел желанием пробовать. - А вот это плохо, маленький человек! Сильные руки внезапно обхватили меня за плечи, притягивая к чьей-то широкой груди. Меня сжимали несильно, но хрен бы я смог выбраться из этого захвата без посторонней помощи. И, как по сценарию, опять блеснула молния, с оглушительным треском раскалывая небо. Я, не задумываясь над тем, что делаю, сжался в комок, утыкаясь лицом в теплые объятия. Я мог чувствовать легкие вибрации, сотрясающие большое тело, и даже немец не мог больше сдерживать смех. - Не так уж плохо, верно? - спросил доктор сквозь хихиканье, но я не смотрел на него - мои глаза были крепко зажмурены, чтобы не видеть ужасных вспышек. Я еще сильнее прижался к животу Хэви, не ослабляя хватку. Мне было плевать, выглядело ли это сопливо, по-гейски или все вместе, я просто хотел спрятаться от этого чертового звука. Я ощущал, как Пулеметчик аккуратно подглаживает меня по спине и по голове, перебирая своей неуклюжей лапой мои короткие волосы, так что мне удалось окончательно расслабиться. Это был первый раз в моей жизни, когда я находился так близко к мужчине, не бывшим моим родственником. Это было даже мило, в какой-то степени. С этой мыслью я подтянул колени ближе к груди и прислушался к мирному биению сердца русского медведя. По крайней мере, больше не было слышно грома или еще какой-нибудь такой фигни... Вскоре я уснул. *** - Думаешь, он спит? - прошептал Медик на ухо Хэви, когда мужчина снял одну руку с паренька и притянул любовника к себе поближе. - Думаю, да. Прогремел еще один раскат, мальчишка не шевелился. Нет, конечно, шевелился, но не от страха. Он что-то промямлил сквозь сон и немного заворочался в руках Пулеметчика. Его собственные маленькие ручки дернулись, чтобы затем прижаться к груди, и легко сжались в кулаки. Раздалось тихое сопение. Оба мужчины улыбнулись и посмотрели на бостонца, мирно спящего у Хэви на руках. - Он такой милый сейчас, - негромко сказал доктор, и русский испустил тихий смешок. - Он просто маленький человек, - проговорил Хэви, заботливо проводя рукой по спине Скаута. - Просто маленький человек.