One step

      Я готова пожертвовать своей жизнью ради жизни Люцифера. И именно поэтому я отошла от него, открывая к себе дорогу. И когда Джей это заметил, у него чуть ли не засветились глаза от всей боли и злости на меня. Он хотел воткнуть в меня нож, но каким-то образом Люцифер снова закрыл меня собой перед тем, как нож коснулся моей груди. Он быстро оседает на пол, когда на улице слышится сирена и в дом вбегают люди в форме. Я не понимая, что делать, сажусь перед Люцифером на колени, держась за него, не моргая. Вижу его бледное лицо, как из раны, где до сих пор находился глубоко воткнутый нож, шла кровь. Я пыталась её остановить, руки были в крови, но она продолжала идти, не собираясь как-то останавливаться. В ушах звенела тревога, а в глазах появилась невидимая пелена всего происходящего. Чувствую, как кто-то меня поднимает с пола. Я промаргиваюсь и наконец могу нормально слышать. Вижу, как Люцифера поднимают люди из скорой помощи, как Джея забирает полиция, и как Тони яростно пытается бежать за ним. Видя моё состояние, никто не стал меня ни о чём спрашивать, разрешая ехать с Люцифером. Находясь в скорой помощи и смотря на то, как работают сотрудники медицинской помощи, я сплела свои пальцы с непривычно холодными пальцами Люцифера, показывая хотя бы себе, что всё будет хорошо, поддерживая и его, и себя.

***

      Я пару часов как минимум сидела в регистратуре и ждала, когда мне скажут отличные новости о том, что Люцифер будет жить. Каждый раз, когда я закрывала глаза, то передо мной стояла картина Джея с ножом и Люцифера, когда он осел на пол. Меня пару раз начинало просто так трясти от осознания того, что произошло. Медсестры постоянно крутились рядом, предлагая воду или валерьянку, или поспать на кушетке в свободной палате. Но я только отмахивалась, сидя битые часы и ожидая ответа лечащего врача. Меня не пускали к нему, не давали вообще никакого ответа, говоря только то, чтобы я ждала. Неизвестность меня убивала, ведь я и подумать не могла, что всё будет именно так. Я не знала, не могла знать этого заранее, а если бы и знала, не было бы всего этого. Люцифер защитил меня, закрыв собой, когда я так сглупила. Я не могу допустить того, чтобы этот придурок откинулся из-за меня. Я же никогда себе этого не прощу. Боже, помогите ему кто-нибудь, только и просила я. Мне ничего не нужно, только чтобы он выжил. — Дочка! — Папа приехал через час после моего ему звонка. Он обнял меня крепко, держа в своих объятиях не меньше минут пяти. После чего я сама отстранилась. — Пап. Я же.. Я.. не знала. — Я просто разревелась, только сейчас дала волю слезам. Не позволяя себе этого раньше. Но сейчас, сейчас я, заикаясь, не могла ничего объяснить. Он снова притянул меня к себе. — Успокойся, всё будет хорошо. Ты не виновата. — Шептал папа мне на ухо. Нет, я виновата! Ещё как виновата! Дура! Надо было мне разбираться во всём этом? Ехать одной? Вообще ехать? Дура! Какая я дура! — Он, он.. там. — Я показала на закрытую дверь, за которую меня не пускали. Хоть я как минимум три раза пыталась туда пробраться, но меня вовремя останавливали, когда я хотела уже драться, чтобы пустили наконец. Паника и истерика меня охватили, и я не понимала, что могу сделать, навредить. Послышались шаги, на которые я вскочила с места. Какая-то женщина уверенно шла вперёд, а за ней мужчина. И не дай Бог, если это... — Где Люцифер Денница? — Подойдя к стойке регистратуры, спросила она. — Его осматривает врач, успокойтесь, пожалуйста, и подождите возле той девушки. — Медсестра указала на меня. Это его мама и папа. Вот и познакомимся. — В каком смысле ждать? Что с моим сыном? — По голосу женщины, которая выглядела весьма молодо и опрятно можно было понять, что она начинает волноваться ещё сильнее. Конечно, этого и следовало ожидать. — Лечащий врач выйдет и всё вам расскажет. — Лилит, ну пожалуйста, давай подождём? — Как видимо, отец Люцифера повёл женщину, то есть мать Люцифера, ко мне. Она тяжело выдохнула и села рядом. Папа старался не привлекать ненужное внимание, пока я молча наблюдала за всем. И что мне им сказать? Ну, с Богом. — Вы мама Люцифера? — Спокойно спросила я, пытаясь не волновать её ещё больше. Она подняла на меня свои глаза. Точно такие же, как у Люцифера. Охренеть, схожесть стопроцентная. — Да, а вы? — В растерянности спрашивает она. — Вы его девушка? — Словно ловя суть, говорит мужчина, сидящий рядом. — Я.. да. — А что я должна сказать? — Как он? Нам позвонили и ничего не объяснили. — Она будто зацепилась за последнюю возможность узнать у меня хоть что-то. — Я сама не знаю. — Ну хоть что-то? — Её молящий шёпот меня заставил снова заплакать, прямо у них на глазах. — Простите меня, это я виновата.. — Еле понятно сказала я, садясь на свободное место. Я всегда держала себя в руках, не давая волю слезам, к тому же при всех. Но этот случай вызывает у меня огромную вину и очень много слёз. Возможно, именно Люцифер поменял меня, ведь раньше я себе бы не простила своей слабости расплакаться перед всеми. — Ну дочь.. — Папа снова приобнял меня. Сейчас они меня точно возненавидят. — Что случилось? Мы не будем тебя винить. Просто расскажи. — Голос отца Люцифера немного успокоил меня. Но я не успела и слóва сказать, так как к нам подошёл врач. — Вы родственники Денницы? — Да, мы его семья. — Ответила мать. — Ну раз семья. Не беспокойтесь, жить будет ваш герой. Пока к нему только можно матери, прошу пройти со мной.

***

      Сидя в машине, мы с папой ехали домой. Мы решили, что делать там больше нечего. Не пойду же я к нему? Меня и не пустили бы. — Ну и чего ты так разволновалась? Всё же хорошо? — Спрашивает папа, смотря на меня через зеркало. Ну да, устроила там истерику, да ещё и при его родителях. Испугалась до такой степени, что реально думала, он умрёт из-за меня. А вообще, да, я виновата, ещё как. Поэтому и плакала. — Потому, что всё это из-за меня. — Подробнее, пожалуйста? — Папа вообще ничего не понял из того, что я рассказала ему в больнице. Поэтому неудивительно, что ему интересно. — Пап, просто я виновата, ладно? — Не думаю, что хочу об этом кому-то рассказывать. А заявление на Джея? Я писать не буду. Его и так арестовали, а Тони, как пропавшая без вести, нашлась. Я виновата в ситуации с Джеем, его родители пострадали из-за меня. Надо думать перед тем, как что-то делать. Вот мой совет мне на будущее, но это мало вероятно меня остановит перед чем-то. Если Люцифер и его родители захотят, то будет жалоба на Джея, а я не собираюсь ничего писать. Причина на это есть. А ещё пусть Люцифер всё сам расскажет его маме и папе. Я просто не смогу это сделать, как бы не хотела.

***

      С того дня прошла ровно неделя. Неделя, карл! Всё это время я почти со спокойной душой посещала школу. Практически никто ничего не знал о той злополучной ситуации с Тони. Только объявили, что она нашлась. Люцифер, как и предполагалось, не ходил в школу из-за травмы. Поэтому я была весьма спокойна эту неделю, пока на телефон не пришла смс-ка от него. Враг мой, бойся меня: И что, ни разу не посетишь меня больного? Я, честно, была рада, что он написал мне первый. Сама бы я этого сделать не смогла. И я не могла ничего придумать, что бы такого интересного ему ответить. Но, всё же написала. Я: Насчёт того, что ты больной, спорить не буду. Кажется, что он только и ждал моего ответа ему. Именно поэтому он сразу же прочитал и ответил. Враг мой, бойся меня: Ну и на этом спасибо, чувство юмора никуда не пропало, и то хорошо. Кто сказал, что я всю неделю ходила жизнерадостной? Ни-хе-ра, я каждый день думала об этом придурке, ждала его появления, хоть звонка, хоть письма, но оставалась такой же незаинтересованной внешне. Этот чёрт даже не написал, что с ним всё хорошо, чтобы я не волновалась. Сложно что ли? Я: Что тебе принести? Враг мой, бойся меня: Себя. О, моё лицо надо было видеть, определённо. Это не передать никакими словами. Я: Я имею в виду то, что ты больше любишь? Враг мой, бойся меня: Я и говорю — себя принеси мне. Я успела прочитать, прежде чем увидела: Враг мой, бойся меня: *сообщение удалено* А что сразу щеки запылали, Вики? Что такое? Подумаешь, я же каждый день вижу такие сообщения? Враг мой, бойся меня: То есть клубнику. Я ему такую сейчас клубнику принесу! Ладно, чёрт с ним, раз позвал меня его навестить, проведать — нельзя отказывать больному, во всех его прямых и переносных смыслах. А ещё хорошо бы вставить ему, дать леща за то, что он такой у нас бесстрашный, решил под нож встать. Если думает, что избежит этого разговора, то он глубоко ошибается в этом.

***

      Я стояла перед каким-то весьма богатым домом, из-за чего не сразу поняла, правильно ли я и пришла. Но по карте, геолокацию которой он скинул мне заранее, я пришла правильно. Это его дом? Замечательно. И как мне войти? Ладно, будем действовать наугад. Еле как открываю дверь ворот, которая, казалось бы, неподъёмная. Но, видя щель в ней, я смогла с лёгкостью пролезть, благодаря тонкой талии. За что огромное спасибо. Поднимаю руку над дверью, когда она открывается. — О, здравствуй, ты к Люциферу? — Дверь открыла его мама, улыбаясь своей изящной улыбкой. Только мне стало не по себе, не люблю я говорить с какими-нибудь родственниками, не моё это — свободно болтать со старшими, которых я даже не знаю или вижу второй раз за жизнь. — Здравствуйте, да, к нему. — Как-то неловко я ответила, ну да ладно. — Проходи. — Я прошла в сам дом, снимая верхнюю одежду, оставаясь только в водолазке и брюках. — Ты Вики, да? — Ко мне вышел его отец. Да где его самого-то носит? Кинул меня к своим родственникам, а сам съебался куда-то, нормально? — Да. — Он много о тебе говорил. — Как-то странно произнёс он. — Интересно. — Да не беспокойся ты, только хорошее. — Его папа какой-то загадочный. Внешне очень даже похож на Люцифера, думаю, в молодости было одно лицо. — Его комната наверху, тебя проводить? — Предлагает его мама. — Не нужно, спасибо, я сама. — Взяла пакет с клубникой и пошла, поднимаясь наверх. Заглянула в первую комнату, которая попалась мне. И, видимо, не прогадала. Этот больной лежал на кровати, утыкаясь в телефон. Комната выглядела в тёмных тонах, стоит компьютер, большие колонки, какие-то ещё вещи, гантели, рабочий стол, всё как надо. На стене висит гитара, неплохо. — Весьма уютно. — С этими словами я вошла и отвлекла его от телефона. Он хитро улыбнулся, откладывая свой телефон. Я села на стул напротив него и пыталась не ударить его чем-то тяжёлым, чтобы знал, как это беспокоить меня, во-первых, кидаться под нож, во-вторых, а в-третьих, не выйти меня встретить. — Чего недовольная такая? — Как ни в чём не бывало спрашивает, садясь на кровати. — Тебе правда интересно? — Он садится ещё удобнее, верно хочет за мной понаблюдать. — Да, почему нет? — Знаете, я не собираюсь ходить вокруг да около, я ему всё сейчас выскажу, чтобы знал всё то, что я о нём думаю. — Ты придурок? Скажи вот мне. — Эм, нет? — Улыбается, видя моё настроение. Ах ты, Люцифер! Сейчас эта улыбка уйдёт с лица быстро, если он не прекратит. — Ты мог сразу написать, что с тобой всё хорошо? — Ну всё, режу правду-матку! А что из этого выйдет, я не знаю. — А что? Ты волновалась? — Ну хватит улыбаться! — Да, я волновалась. — Неосознанно опустила свои глаза на пол, чтобы вдруг не видеть этого мерзавца, который удивительным образом может запросто выводить меня из себя. — Я тоже. — Мне послышалось? — Да-а? — Дайте мне сил, чтобы взглянуть на него. — Да, мало ли, что с тобой? Не звонишь, не пишешь? — Это просто мистер наглость, называется. — Да причём тут я? Придурок! — О-о, я пыталась, честно. — Потому что мне нужно было знать, что с тобой всё хорошо! И я хотел бы знать, правда ли то, что ты меня любишь?