Убийца Богов

Ты прищурилась и прикрыла глаза из-за яркого солнца, оглядывая местность. Перед тобой была огромная пустыня, сплошное поле песка. Над твоей головой стояло полуденное и горячее солнце, которое припекало твою голову даже через ткань головной повязки. Дул сухой южный ветер, дышать которым было тяжело. Ты шла по песку, переступая своими крепкими ногами. На твоей спине было небольшое снаряжение — спальный мешок, немного еды, воды и ещё несколько вещей первой необходимости. Сама ты была облачена в бежевый хиджаб, чтобы было легче передвигаться по большой пустыне. Ты, оглядев пустыню, опустила глаза и пошла дальше. День пролетел незаметно и наступила звёздная ночь. Тебе повезло и на пути попался камень, рядом с которым ты могла прикорнуть. Опустившись на песок, ты начала доставать и разворачивать спальный мешок. Вдруг пространство меняется и ты оказываешься не в пустыне, а в каком-то чужом владении. Встаёшь, забывая про сон и настороженно оглядываешь помещение. Ты видишь большие белые колонны, как в античности, поднимаешь глаза и смотришь наверх, а там потолок разрисован различными картинами во времена барокко, а конкретно картина Рубенса «Похищение дочерей Левкиппа». Ты морщишься и тихо говоришь: — Что за извращение. Смешивать стиль античности Древней Греции и барокко. — Зря ты так. Это довольно необычно выглядит, — отвечает мужской голос. Ты оборачиваешься на речь и видишь перед собой мужчину, одетого в хитон — белая ткань была небрежно накинута на молодого человека, но подчёркивала его мускулистую, и в то же время, изысканную фигуру, на талии покоился не сильно широкий пояс, а на голове мужчины был золотой венок. Ты заметила широкие плечи молодого человека и удивилась немного, а он пристально смотрел на тебя и изучал. — Ты, как я понимаю, Кронос — изначально бог земледелия, а затем стал богом времени? — без всяких лишних слов напрямую спрашиваешь. Бог фыркает, слегка морщась. — Не люблю, когда меня называют так. Зови меня просто Сокджин или Джин, — он наклоняет голову и продолжает нагло пялиться на тебя. Затем Джин приближается к тебе, обходит вокруг, осматривая с ног до головы, и уходит к трону, на который и садится. В его руке появляется его атрибут — серп. Ты чувствуешь неприязнь от его осмотра и ведёшь гордо плечом, будто стряхивая его взгляды с себя. Когда Джин садится, ты поворачиваешься к нему. — Ты ведь знаешь, кто я? — с прищуром спрашиваешь его. — Нет, — он снова наклоняет голову и смотрит тебе в глаза. — Не прикидывайся дурачком, — отвечаешь ты, вытягиваешь руку и в ту же секунду появляется меч, который мягко ложится рукоятью в твою ладонь. Джин усмехается и закатывает глаза. — Убийца Богов, которая не знает зачем убивает их. Забавно звучит, — он улыбается язвительно и снова обращает свой взгляд к тебе. — Пусть я и не знаю, но это моя миссия и я должна её выполнять, — отчеканиваешь ты и опускаешь острие меча на каменный пол, слегка стуча. Вы безмолвно сверлите друг друга глазами. Сейчас, играя в гляделки, ты замечаешь какая бледная у него кожа, маленькие, карие глаза, прямой нос и очень пухлые губы. Подмечаешь про себя, что выглядит Джин сносно, хоть и характер у него противный. Проходит вечность и тебе уже начинает надоедать это. — Ты знаешь что такое каннибализм? — решаешь надавить на него. — А ты, я вижу, решила почитать мне нотации? — он смотрит уже грозно, но тебе не страшно. Ты уже давно потеряла страх к богам. — А как же быть по-другому? — улыбаешься ядовито, наклоняя голову сначала влево, а потом вправо. — Есть своих собственных детей из-за страха, что они свергнут тебя... Звучит забавно. Джин в бешенстве встаёт и тяжело дышит, а ты тихо усмехаешься, оскаливая зубы. Он быстро подходит к тебе и хватает грубо за подбородок, смотрит своими потемневшими зрачками в твои глаза. Хочет напугать тебя, но ты непробиваемо и твёрдо стоишь, слегка опираясь на меч. — А ещё ты съел Аида — бога мёртвых и своего собственного сына, но потом изрыгнул его, — продолжаешь злить его, только теперь ты не улыбаешься, а говоришь с серьёзным лицом. — Звучит мерзко, правда? — прищуриваешься и опять наклоняешь голову, незаметно разминая шею. — До него я тоже доберусь. Джин резко поднимает руку и наносит тебе сильную оплеуху. Твоя голова отворачивается от удара, а ты усмехаешься и смотришь на пол. — Спасибо, что не выбил зубы, — поворачиваешься к нему и поднимаешь меч. — А теперь отправляйся в Тартар, — спокойным и немного громким голосом говоришь. Ты остриё меча со звоном опускаешь на пол и происходит мощное сотрясение. Под тобой открывается огромная бездна, которая выглядела как самый настоящий ад, пылающий и красный ад. Вмиг появляются мелкие и незначительные души, у которых лицо перекошено и они тянут руки к тебе, к Джину. Ты создаёшь вокруг себя щит и поднимаешь меч, замахиваешься и со всей силы опускаешь вниз, создавая сильное дуновение ветра, которое сносит Джина и он с пронзительным криком падает в бездну. Тут же стучишь остриём меча по каменному полу и бездна закрывается, а меч растворяется. Пространство сменяется и перед тобой появляется снова пустыня. Ты замечаешь, что времени не так много прошло, так как была ещё глубокая ночь. Раскладываешь спальный мешок, заползаешь туда и начинаешь погружаться в глубокий сон.