Грехи молодости

      Несколько часов Рогозина провела у себя в кабинете, разбирая накопившиеся бумаги, пока звонок мужа не перевернул все с ног на голову.       «Второй труп и тоже Афанасьев! С каждым разом все интереснее и интереснее. Пойду «обрадую» Валю», — решила Галина Николаевна.       На пороге своего кабинета полковник столкнулась с Шустовым.       — Игорь, я собиралась в морг. Поговорим по дороге.       — Конечно, — согласился капитан.       Шустов подтвердил предположения Антоновой. Стреляли из этого оружия. В стволе остались частицы крови убитого.       — Пистолет по нашим базам не засветился. На нем отпечатки пальцев Афанасьевой, но они очень четкие, как будто, кто-то еще держал пистолет вместе с ней. Отпечатков второго человека нет, — доложил капитан.       — Возможно, он был в перчатках, — предположила полковник.       — Есть еще одна странность, Галина Николаевна, — начал Шустов.       — Какая?       — Из этого пистолета было выпущено две пули. У меня на исследовании только одна. Круглов и Майский заверили меня, что осмотрели в квартире все углы. Второй пули там не было.       — Спасибо, Игорь, — поблагодарила Рогозина и вошла в морг.       — Валя, что у тебя? — поинтересовалась Галя.       — Афанасьева не убивала своего мужа, — категорично заявила Антонова.       — На каком основании такие выводы? — Рогозина вопросительно изогнула бровь.       — У нее в крови то же снотворное, что и у Кирилла. При этом доза лошадиная. Правда, есть одна странность.       — У тебя тоже? У нас в этом деле пока одни только странности, — недовольно заметила полковник.       — Под волосами убитого я обнаружила шрамы. Мужчине недавно сделали пластическую операцию.       — Ты уверена? — Рогозину осенила догадка.       — Посмотри, — предложила Валя.       Они обе склонились над убитым. Под волосами, действительно, были шрамы.       — Это кое-что объясняет, — сказала Рогозина. Поймав удивленный взгляд Антоновой, она продолжила: — На даче у Афанасьевых Круглов и Майский обнаружили еще один труп… Афанасьева Кирилла Андреевича. Судя по всему, настоящего Кирилла похитили, заменив его другим человеком. Тебе предстоит подтвердить или опровергнуть мою догадку.       — Час от часу не легче! — всплеснула руками Валя. — Хорошо. Буду ждать тело. С этим я почти закончила. Результаты анализов, распечатай сама, пожалуйста, — попросила патологоанатом.       Галина Николаевна присела к компьютеру.       — А это что такое? — Рогозина воззрилась на подругу.       По выражению ее лица Валя поняла, что за анализ нашла Галя. Антонова мысленно стукнула себя по лбу за то, что забыла все удалить.       — Да. Я беременна, — не стала отпираться Валя.       — Поздравляю! — Галя крепко обняла подругу. — Майскому сказала?       — Да! Он счастлив! — Валя улыбнулась, вспомнив реакцию мужа.       Их дальнейший разговор прервал звонок Тихонова, который срочно требовал Рогозину в лабораторию. Полковник извинилась и вышла.       

***

             — Рассказывайте, что у вас? — Галина Николаевна присела на стул рядом с Тихоновым.       — Пока вопросов больше чем ответов, — с места в карьер начал эксперт. — Эти Афанасьевы какие-то стрёмные! — поделился гений.       — Согласна! — поддержала его Амелина.       — Ваня, что тебя настораживает? — Рогозина удивленно посмотрела на Тихонова. Редко главная рабочая единица лаборатории «радовала» ее подобными комментариями.       — Смотрите сами.       На мониторе замелькали какие-то документы, а Ваня продолжил свою мысль:       — Я пробил Кирилла Афанасьева по всем базам. Квартира, машина, медицинские услуги, штрафы — в общем, все возможное.       — И что не так с документами?       — Здесь как раз все в порядке, не считая того, что все бумаги, начиная с 2010 года, не раньше. Складывается впечатление, что до этого времени человека просто не существовало.       — То же самое могу сказать о его жене, — вступила в разговор Амелина. — Все документы не раньше 2010 года, даже свидетельство о браке.       — Очень любопытно, — согласилась с ребятами Рогозина.«Определенно не все так просто как кажется на первый взгляд», — решила полковник.       Из размышлений ее выдернул голос секретаря.       — Галина Николаевна, к Вам пришли.       — Кто? — поинтересовалась Рогозина.       — Мужчина, — ответила Семенчук.       — Алла, ты так и будешь выдавать мне информацию в час по чайной ложке? — Рогозина с недовольством посмотрела на секретаря.       — Извините, Галина Николаевна. Он не представился, но просил передать это, — Семенчук протянула Рогозиной визитку. — Сказал, что Вы поймете.       Тихонов умудрился разглядеть на кусочке мелованного картона рисунок. Компьютерный гений удивился. На карточке, во всей красе, был изображен герой русских народных сказок — Змей Горыныч.       Полковник же, увидев визитку, расплылась в улыбке. Алла и Ваня переглянулись.       — Где он? — спросила Рогозина, продолжая сиять улыбкой.       — Ждет в вашем кабинете, — быстро ответила Семенчук.       — Хорошо. Ребята, продолжайте собирать информацию, — распорядилась Галина Николаевна и вышла из лаборатории.       В другой раз Тихонов выполнил бы приказ беспрекословно. Сейчас гений сгорал от любопытства. Его мучил вопрос: «Кто этот таинственный незнакомец?» Иван вышел следом за Рогозиной.       Не доходя до кабинета полковника, Ваня застыл как вкопанный. Галина Николаевна обнималась в кабинете с незнакомым мужчиной. Они явно были рады встрече.       «Хорошо, что Николай Петрович не видит», — поймал себя на мысли Тихонов. Здесь Ванька ошибался.       Майский и Круглов только, что вернулись с дачи Афанасьевых и направлялись на доклад к Рогозиной. Поэтому майор увидел все. Мгновенно его окутала красная пелена ревности. Хотелось ворваться в кабинет и объяснить наглецу, что к чему. Хотя нет «объяснить» не то, что ему, на самом деле, хотелось сделать. Вдруг в мыслях майора пронеслось Галино укоризненное: «Ты же обещал мне доверять». В голове что-то щелкнуло.       Майский тоже все видел и уже приготовился останавливать друга, если тот вдруг решит наделать глупостей.       — Я в порядке, — сказал Николай Петрович Сергею.       Опера сгрузили привезенные улики Тихонову, а сами отправились на доклад. Гений глубоко вздохнул и потащил материалы в лабораторию, бурча себе под нос что-то о нещадной эксплуатации несчастных компьютерных гениев.       — Можно, товарищ полковник? — майоры вошли, не дожидаясь разрешения.       И без того небольшое помещение стало еще меньше. Оба буравили взглядом незнакомца: коренастый, с широкими плечами, невысокого роста. На лице слева, от виска вниз по щеке тянулся шрам, придавая лицу суровости.       — Галина Николаевна, может, представишь меня? — спросил Рогозину неизвестный. — Мне уже мысленно несколько раз разбили физиономию, пока мысленно, — он ухмыльнулся.       — Полковник Змейковский Андрей Петрович. Для самых близких — Змей Горыныч. Майор Круглов Николай Петрович, майор Майский Сергей Михайлович.       Галине нравилось видеть эффект, который произвели ее слова. Лица у майоров вытянулись от удивления. И немудрено! Оба были наслышаны о Змей Горыныче, любимом крестном Кати Майской. Наконец-то, перед ними был реальный человек. Змейковский, в свою очередь, с интересом разглядывал майоров. В силовых структурах эти два сотрудника ФЭС были хорошо известны.       — Рад познакомиться, — просто сказал майор Круглов.       — Много слышал о Вас, — произнес Майский.       — Я тоже много слышал о Вас, — полковник улыбнулся. Офицеры обменялись рукопожатиями.       — Что привело тебя в ФЭС, Андрей Петрович? — спросила Рогозина пристально глядя на полковника. — Определенно не разговор о Кате.       — Ты меня поражаешь свое проницательностью, Галина Николаевна, — протянул Змейковский. — У вас в производстве дело об убийстве Кирилла Афанасьева? — полковник в мгновение ока посерьезнел.       — Да, — подтвердила Рогозина. — Делом занимается ФЭС. В голове снова промелькнуло: «Чуяло мое сердце, здесь не все так просто».       Змейковский попросил собрать команду. Когда все заняли свои места в переговорной, Андрей Петрович достал из кожаной папки бланки подписки о неразглашении информации и раздал их присутствующим. Галина Николаевна окончательно убедилась, что чутье ее не подвело. Бумаги были подписаны, и полковник начал свой рассказ.       — Афанасьев Кирилл Андреевич, на самом деле, — Берестов Роман Сергеевич, талантливый программист. Создал специальную программу для силовых структур. Она была частично слита заинтересованным лицам за границу. Берестову пришлось изменить и усовершенствовать ее. От этого программа только выиграла. Специалисты считают ее универсальной и во весь голос поют создателю дифирамбы. Казалось бы, в чем проблема? — Змейковский обвел присутствующих взглядом. — Его начали преследовать. Опасаясь за свою жизнь, Берестов попросил спрятать его.       — И вы это сделали, — констатировала Рогозина.       — Именно. Мы сменили не только имя, но и внешность. По официальным данным Берестов Роман Сергеевич погиб, разбился на мотоцикле. Родители умерли. Других родственников не было, что значительно облегчало нам задачу. На свет появился Афанасьев Кирилл Андреевич, инженер завода по производству радиотехники. Здесь вся информация по нему, — сказал полковник, кивая на черную папку, которую принес с собой.       — Откуда взялась жена? Или не жена?       — Здесь Вы правы. Мы создали эту пару с нуля. Настоящее имя девушки — Ветрова Марина Руслановна. Специалист по информационной безопасности. Ее досье из Академии, — полковник передал Рогозиной еще одну папку. — Марина должна была охранять Афанасьева, а мы выяснить: кто ему угрожает и на каком уровне происходит утечка информации.       — Выяснили? — задал вопрос Круглов.       — Мы работаем, — коротко ответил Змейковский.       — Зато те, кто угрожал Афанасьеву, нашли его, — сказала Галина.       На немой вопрос полковника Рогозина поведала ему о двух трупах в фэсовском морге. Майоры подтвердили ее слова.       У Змейковского зазвонил телефон. Полковник извинился и принял вызов.       — Да! — в голосе послышалась резкость.       — Пока нет, но мы держим ситуацию под контролем.       Невидимый собеседник разразился гневной тирадой. Змейковский слушал молча.       — Это Вы не поняли! ФЭС и точка! — полковник с силой нажал кнопку «отбой».       — Почему дело передали нам? — поинтересовалась Галина Николаевна.       — После случившегося я лично настаивал, на этом. Уверен, Ваши специалисты сделают все возможное, чтобы распутать этот клубок. Мы тоже поторопимся с выяснением.       Полковник посмотрел на часы.       — Прошу прощения. Вынужден уйти. Держите меня в курсе, — Змейковский попрощался и вышел.