Немного друзья

***

…Гарри побежал в сторону дома Снейпа, попутно наматывая шарф…

***

Игнорируя холод, пробиравший до костей, мальчик уверенно мчался вперёд, желая как можно скорее добраться до тёплого дома его единственного и, пожалуй, лучшего друга. И вот, Гарри уже стоит под дверью у Снейпа. Мальчик протянул руку, чтобы нажать на кнопку звонка. Но почему-то остановился. «Может, лучше вернуться, пока не поздно? В любом случае моё отсутствие заметят… И тогда мне влетит ещё больше… Но, с другой стороны, Северус, скорее всего, сейчас один. Не думаю, что приятно встречать Рождество одному… А что, если он хочет побыть один? Да нет, это глупо. А если я сейчас вернусь назад, то мне придётся сидеть в своей комнате взаперти. Тогда нам обоим будет одиноко и грустно… Эх, была не была! Звоню!»

***

Тишину в доме Снейпа прервал звонок в дверь. — Кого ещё там могло принести? — раздражённо произнёс он, но всё же пошёл открывать. Одним резким движением мужчина распахнул входную дверь. Злобным взглядом он быстро посмотрел по сторонам, но никого не увидел. Однако, опустив взгляд немного ниже, Снейп заметил Гарри, который стоял на снегу в одних домашних тапочках и свитере, укутавшись в шарф, при этом невинно улыбающегося. — Доброе утро, сэр! Мужчина моментально изменился в лице. — Гарри, что случилось? Почему ты шёл по морозу в домашней одежде?! Скорее заходи в дом! — обеспокоенно сказал Снейп, даже не поздоровавшись. Гарри лишь весело кивнул и забежал внутрь дома. Пропустив мальчика внутрь, Северус закрыл дверь и сам пошёл в гостиную, кивком головы показывая, чтобы тот шёл за ним. — Ну, рассказывай, Гарри, — требовательным голосом сказал Снейп, как только двое уселись за большой стол. — На самом деле, я очень соскучился и хотел поскорее поздравить Вас с Рождеством, сэр. — на ходу сочинил мальчик, отводя взгляд в сторону. Ему было жутко неловко рассказывать о том, как с ним обращаются приёмные родители. Да и мальчик думал, что, узнав о его побеге, Северус вернёт Гарри домой, из-за чего тому ещё больше влетит. — Гарри… В тебе есть одно преимущество, которое одновременно является и недостатком. Ты совершенно не умеешь врать, мальчик мой, — от этих слов у ребёнка ёкнуло сердце. «Ну всё… Кранты… Снова совру — узнает; этот мужчина словно читает мои мысли. А расскажу — может отправить назад, к, никогда не перестающей визжать, тёте Петунье с жутким носом, дяде Вернону, не имеющим понятия о пощаде, когда дело касается приёмного сына, и противно пыхающим чуть ли не при каждом шаге, и к толстому мальчугану с прилизанными волосами и мерзким характером…» — с досадой размышлял Гарри, пока его мысли не прервал низкий голос Снейпа: — Так, может быть, ты всё-таки скажешь правду? — настойчиво и одновременно с интересом спросил Северус. Мальчик медлил. Его задумчивые глаза ходили из стороны в сторону, иногда цепляясь за какие-то выделяющиеся ворсинки на тёмно-бордовом ковре, из которых богатое воображения Гарри рисовало ему неведомых зверей, странные лица или, не находя в ворсинках никакого узора, оставляло всё как есть. Наконец, тишину прервал тихий вздох мальчик. На мгновение он прикрыл глаза, всё ещё не решаясь посвятить Снейпа в свои переживания. — Сэр… Если я Вам расскажу, Вы пообещаете никому не рассказывать и не выгонять меня? — неуверенно начал Гарри, с надеждой заглядывая темноволосому мужчине в глаза. Тот лишь кивнул. Мальчик втянул носом побольше воздуха, стараясь успокоить сердце, которое, казалось, решило начать подготовку к мировому забегу. — Ну, в общем… Моя комната — это маленький чуланчик под лестницей, — издалека начал Гарри, — который ещё и запирается снаружи на защёлку… —ребёнок остановился, заметив, как Северус резко изменился в лице. Конечно, он понимал, что юного Гарри в приёмной семье не особо жалуют, но чтобы всё было настолько плохо… — Продолжай, — тихо и с какой-то тревогой попросил профессор. — Да. И вчера, после того, как мы пришли к Вам домой переждать метель… М-м-м… Когда погода успокоилась, и я вернулся домой, то меня сильно наругала тётя Петунья, а потом подключился и дядя Вернон. А их сын — Дадли — всё время смеялся надо мной. Я не выдержал и съязвил. Это было глупо с моей стороны… Мне дали несколько подзатыльников, после чего заперли в моей «комнате». Из неё я не должен был выходить до конца сегодняшнего дня. Но я смог открыть защёлку и теперь я здесь, — Гарри виновато опустил голову. Дослушав, Северус откинулся на спинку стула. Его чёрная мантия длинными волнами спадала со стула. Мысли мужчины постепенно уходили далеко в прошлое. Настолько далёкое, что там Снейп был ещё совсем ребёнком… Ясный летний день. Величественное сияющее солнце пригревало землю своими тёплыми лучами. Вокруг царил мир и покой. Птички тихонько щебетали, будто бы исполняли свою песнь специально для танцующих в небе бабочек. Но всё умиротворение моментально пропало из-за резкого крика: — Отпусти! Я не хочу! — мальчик лет десяти брыкался и всеми силами старался освободиться из крепкой хватки высокого мужчины в строгом костюме. — Пожалуйста, отпусти! — душераздирающий крик постепенно стал прерываться всхлипами. — А ну молчать! — мужчина на секунду остановился, чтобы дать мальчику крепкую затрещину, — сказал же, у тебя нет времени на эту чушь! Через год ты отправишься в величайшую школу чародейства и волшебства — Хогвартс! Все твои друзья недостойны общения с тобой! Попытки сбежать из рук своего отца казалось Северусу непосильной задачей. Чтобы он не предпринимал, как бы не старался, мальчик не мог даже ослабить хватки мужчины. Совсем отчаявшись, Северус почти перестал сопротивляться и лишь тихонько всхлипывал. Наконец, двое достигли его комнаты в большом доме, располагавшимся довольно далеко от города, на природе, находившегося по соседству через луг лишь с одним домом, — домом, в котором жила маленькая Лили. — Сиди здесь! — рявкнул мужчина, заталкивая сына в его комнату и запирая её на ключ. — Не-е-ет! — безнадёжно и еле слышно прошептал маленький Северус, прислонившись к двери и слабо стукнув её кулаком. — Нет… На его глаза снова навернулись слёзы. Душа мальчика пылала пламенем ненависти и одновременно беспомощностью, потихоньку вытеснявшей из его сердца и без того уже совсем слабый огонёк надежды. Северус на ватных ногах подошёл к своей кровати и упал на неё лицом вниз. Прямо так, в обуви, в одежде. Сжав как можно сильнее подушку, в которую он уткнулся лицом, мальчик наконец дал полную волю слезам. Так он провёл час, размышляя о будущей жизни, о том, что с ним станет. И, чтобы хоть немного успокоиться, представлял, как он играет свадьбу с Лили… Наконец маленький Северус встал с кровати и подошёл к открытому окну, чтобы полюбоваться на большой дуб, росший под окнами и достававший своими ветвями даже крыши трёхэтажного дома. Мальчик ещё какое-то время задумчивым взглядом рассматривал дерево, облокотившись на подоконник. Вдруг его осенило! На всякий случай оглянувшись на дверь, Северус встал на подоконник и неуверенно протянул руки к ближайшей ветви, которая почти что находилась у мальчика в комнате. Крепко схватившись, он начал осторожно переставлять руки, и вскоре всем своим телом ребёнок был на дереве. Обхватив ногами и руками толстую ветвь, он стал подползать к стволу старого дуба. Ещё момент — и мальчик уже медленно спускался на ветку ниже. Таким образом юный Северус уже стоял на зелёной траве. Мальчик выдохнул и улыбнулся. Подняв голову, он смог увидеть, насколько длинным был его путь до земли. Глаза мальчика сияли неподдельной радостью и восхищением. Ещё бы! Никогда не лазивший по деревьям Северус вдруг смог без единой царапинки спуститься со второго этажа! Едва не засмеявшись, мальчик сорвался с места и побежал в сторону луга…