***
Жесткий удар об землю и полное отсутствие звуков – это все, что я ощущала, когда нас вышвырнуло из портала. Промерзлая земля, ползущий на меня муравей и я уже приняла позицию сидя. Мне не нужно было спрашивать где мы, я знала этот лес очень хорошо, ведь именно в него золотое трио попали в моей любимой части франшизы. - Лес Дин, - я не заметила, как сказала это вслух. - Гарри, срочно, достань из моей сумочки экстракт бадьяна! – голос подруги доносился будто издалека, такой глухой и тихий. Я постаралась сосредоточиться и сфокусироваться на одном объекте. - Гарри, ну быстрее же! - Акцио бадьян! – около меня пробежал Поттер и они с Грейнджер начали что-то делать над телом Уизли. Точно, его же расщепило, как я могла забыть! Встать было очень сложно, кости ныли, мышцы горели, но я пересилила себя и пошла к друзьям настолько быстро, насколько могла. - Как он, Герми? – выдавила из себя я, говорить было еще очень сложно, не знаю, как ребята так быстро пришли в себя? - Его расщепило, но настойка бадьяна затягивает раны, ему нужно будет пару дней на восстановление, все будет хорошо, все будет хорошо… - было видно как тяжело эти слова и действия даются Гермионе, когда любимому человеку плохо, то тебе хуже вдвойне, ты переживаешь за него и сердце так сильно болит. - Мы с Гарри пойдем пробовать наложить заклинания на территорию, если тебе не нужна здесь помощь? – скорее утверждением, чем вопросом, сказала я. - Да, да, конечно, попробуйте… - Гермиона, я знаю. Помнишь? Я знаю все заклинания, которые вы когда-либо использовали, доверься мне. – я легко улыбнулась, и взяв под руку Поттера, отошла на несколько метров.***
Мы уже заканчивали накладывать заклинания, когда Гарри в первый раз за это время заговорил со мной. - Крис, как ты? Блейз и Малфой, они остались там… - национальный герой никогда не отличался тактичностью, так что это было предсказуемо. - Не знаю, Гарри, в последнее время столько потерь и безумной информации, которая никак не поддается объяснению, что я уже запуталась в этих чувствах, которые закручиваются все больше и больше, у меня в груди будто клубок ниток, и я никак не могу найти конец ниточки, чтобы потянуть за нее. - Я понимаю тебя, это все постоянно держит меня в напряжении и я уже не знаю, что и как мне нужно чувствовать. Иногда мне кажется, что я уже не чувствую ничего и просто выполняю действия автоматически, потому что так надо. – устало сказал мальчик-которому-всегда-приходится-выживать и сел прямо на голую землю, не забыв при этом обхватить свою голову руками. - Мы разберемся с этим вместе, Гарри, я тебе обещаю. Мы будем бороться с этим вместе, пока я остаюсь здесь – я сделаю все, чтобы исправить хоть что-то и сделать тебя немного счастливее. Веришь мне? – легкое прикосновение руки к его плечу и такие одинокие глаза смотрят на меня снизу верх. - Верю, Кристина, верю…спасибо за то, что всегда остаешься на нашей стороне. – объятия Героя и правда слишком жаркие и обволакивающие, из них не хочется выбираться, а только наслаждаться этим теплом и крепкими мускулами, за которыми ты будто как за каменой стеной. - Отдохни и побудь с ребятами, я наложу последние заклинания и присоединюсь к вам. – после недолгих уговоров я осталась одна и дала волю всем тем эмоциям, которые копились во мне так долго. Спасибо за заклинание тишины, которое не пропустило ни один мой крик и истошный плач. Этот клубок чувств – это боль, которая копилась годами и тут она нашла свой выход. - Протего тоталум…Сальвио Гексия…Репело Маглетум… Протего тоталум…Сальвио Гексия…Репело Маглетум… Я не знаю, что будет дальше, но я точно знаю, что я сделаю все, чтобы спасти всех тех, кто мне дорог и весь волшебный мир, который когда-то я видела только на экране телевизора и в строчках книг. Я обещаю себе, во чтобы то ни стало.***
Я слушала как в камине трещат поленья, когда Гермиона вернулась с «прогулки», но я точно знала, что она проверяла заклинания, чтобы не было ни проблеска незащищенной территории. - Ну и как оно? – устало пробормотала я. - Прости, все в лучшем виде, просто мне нужно было… - Это ты меня извини, все мы сейчас на взводе, я понимаю твою осторожность и нервозность. Как он? – я кинула взгляд на соседнюю кровать, которая была спрятана за ширмой, оттуда иногда доносились тяжелые вздохи и кряхтение. - Он…держится вроде, бадьян помог, но заживать будет еще долго, и он пока не приходил в себя, только открывал глаза пару раз и снова засыпал, все говорит что-то себе под нос, но ничего не разобрать. – подруга села рядом со мной и осторожно, будто боялась спугнуть меня или же саму себя, положила голову мне на плечо. - Иногда мне кажется, что мой «сон» затянулся и пора уже сказать спасительное слово, не произошло ничего хорошего за все дни что я тут, будто я просто мешаю всему идти своим чередом. - Не говори так! Ты – лучшее, что случалось с нами всеми за последнее время! Мы топили себя в горе и тревожности за будущее, которое может не настать, пытались быть сильными на публике, когда умирали внутри. А потом пришла ты и внесла в нашу жизнь еще большую суматоху…не смотри на меня так, я еще не договорила! Да, ты внесла суматоху, но ты напомнила нам, что мы еще живы и нам есть за что бороться, нам есть за что умирать и нам есть кого любить. Наше будущее не предскажет сейчас ни один Оракул, но пока мы тут все вместе, я и не хочу знать никакого будущего, и я точно не хочу его знать, если там не будет тебя. – на одном дыхании проговорила гриффиндорка. - Гермиона.. - Не нужно, правда, я все понимаю и чувствую, давай просто жить настоящим и разбираться со всем постепенно, ладно? Я рада, что ты здесь и хочу насладиться этим сейчас, пока у нас у всех есть на это время. - Ты права, подруга, во всем права. Спасибо…за все спасибо. – мы крепко-крепко обнялись и это было важнее всего, важнее того, что происходило в обоих мирах.***
Рон пришел в себя в середине ночи, когда до рассвета оставалось еще несколько часов. Ему снился один и тот же сон, в нем он был храбрым и искуплял вину за все свои грехи. Был ли то вещий сон или все же настырный кошмар? Он не знал, но превозмогая боль в руке, достал из сумки Гермионы бумагу с пером и начал писать. Обо всем, что возможно больше не сможет сказать вслух.