Шорохи

Пролог. Сквозь сон послышался странный звон. Саске с трудом разлепил глаза. Маленький будильник показывал время «2:30», ещё бы спать и спать. Он повертел головой в поисках того, что заставило его встать, и вуаля! На полу лежала разбитая фотография. Вопрос, как она свалилась с комода, у Саске не возник. В принципе, парень давно уже привык, что в его доме не всё в порядке. Чёртова мистика, творившаяся вокруг, ему даже доставляла удовольствие, заставляла ощущать себя избранным. Он поднял фотографию. На ней были запечатлены родители и брат. Вот только ...Саске посмотрел ещё раз. Фигуру Итачи теперь рассекала надвое трещина, не тронувшая его давным-давно погибших родителей. На душе стало неспокойно. Он поспешил набрать номер старшего брата. С трудом дождавшись соединения, закричал: – Итачи, и долго ты ещё пробудешь в Токио?! И почему молчишь, я же знаю, что звонок принят?!! Брат отвечать не спешил. На заднем фоне играла загробная музыка, и доносились пьяные визги. Саске нахмурился, он терпеть не мог раздолбаев-друзей брата, хотел возмущённо добавить своё мнение и по этому поводу тоже, но тут раздалось снисходительное: – Во вторник жди, всё, конец связи. Итачи отключился, прежде чем Саске успел донести до брата нужную информацию. Вторник – значит, ещё семь дней. Отчего-то впервые в жизни Саске не радовала перспектива остаться дома одному. Быть может, стоит позвать Наруто или Сакуру? Впрочем, ещё на стадии размышлений, юноша отмёл эту идею как бредовую. Что он, маленький что ли? А то, что непонятные вещи в квартире творятся, так к этому он привык. Если бы он заранее знал, на что подписался, то незамедлительно бы отправился ночевать к Узумаки ... Ночь первая. Весь день прошёл незаметно. Саске бесцельно скитался по квартире. От скуки взялся переставлять вещи, случайно разбил глиняную птицу – подарок Итачи от Дейдары, и также, совершенно случайно, сломал куклу Сасори. Подумав, успокоился. Итачи побесится, но простит. Под конец дня засел за просмотр фильма, да так и заснул в гостиной перед серым экраном закончившего показывать программы телевизора. Разбудил его звонок телефона. Саске, про себя матеря всех знакомых и незнакомых, сонно поплёлся к телефону, который по прихоти брата находился в кухне. Подавив зевок, недружелюбно буркнул: –Учиха у аппарата. На том конце слышалось лишь невнятное бормотание. Саске сердито нажал на отбой и поплёлся обратно в комнату. Или Итачи снова напился и названивает, или же Сакура пытается в сотый раз ему в любви признаться, да и чёрт с ними. Хотят люди дурью маяться, кто ж им запретит? Саске уже дошёл до кровати, и хотел было уже распластаться на ней, когда звонок повторился. Чертыхаясь и матеря, на чём свет стоит, того, кто вздумал с ним шутить, Саске вновь отправился на кухню. Но повторилась та же история: лишь невнятное бормотание, и больше ничего. Достали! Повесив трубку, Саске всё же решил расставить все точки над «i» и, нажав на повтор, стал дожидаться ответа шутника, чтобы угостить гада парой ласковых словечек ... ... Когда из комнаты, которую он занимал, начала раздаваться мелодия его мобильника. Что за ...?! Что?!! Саске, чуть ли не бегом, добрался до своей комнаты, чтобы подтвердить свою теорию. Его старенький «Nokia» предательски выдал: «У вас 1 пропущенный звонок от абонента «дом»». Впервые в жизни ему стало не по себе. Ночь вторая. – Итачи, мне уже не десять лет, чтобы страдать подобной фигнёй! И на этот раз всё серьёзно! Действительно серьёзно!! Звонили с моего мобильника нам на домашний ... Как ты это объяснишь?? Саске начал раздражать пристрастный допрос старшего. Как будто это он полгода не слезал с депрессантов, и столько же времени страдал от видений. – Глупый братишка, знаешь ли, тебе надо просто-напросто перестать баловаться травкой, да и со своим Гаарой поменьше общаться. Он у тебя, кажется, гот? Наверное, это заразно? На том конце провода раздался дружный ржач, и Саске, разозлившись, бросил трубку. Не верит, да и хрен с ним, Саске сам во всём разберётся. Или заставит Узумаки разбираться, этот идиот помешан на подобной хрени. Саске решительно набрал номер Узумаки. *** – Да ладно, прям с твоего мобильника?! Глаза Наруто светились, словно Саске только что доказал существование Деда Мороза, по меньшей мере, вылезшего из тарелки инопланетян. Сакура же просто молчала. Из любви к Саске она не стала озвучивать свою догадку о том, что Учиха слишком много смотрит ужастиков. – Решено, бедный Робби,* я остаюсь ночевать у тебя до тех пор, пока твой непутёвый брат не вернётся с ежемесячной попойки. Растерявшаяся поначалу Сакура, быстро закивала головой. Упускать такую возможность побыть рядом со своим кумиром она не хотела. Саске с благодарностью посмотрел на друзей, и они вместе отправились закупиться едой в ближайший магазинчик. – Что будем смотреть? «Экзорцист», или «Техасскую резню бензопилой»? Наруто самозабвенно рылся среди дисков Учихи, а Сакура занималась разбором пакетов из магазина на кухне. Саске задумался, но потом, решив, что, в сущности, без разницы, что смотреть, лишь бы не в одиночку, показал на второй диск. Узумаки расплылся в улыбке, спрашивать Сакуру никто не стал. В компании друзей Саске, наконец, успокоился. И даже тот звонок уже не казался таким уж необычным и пугающим. Мало ли ... Ну, ошибся кто номером ... Он перевёл взгляд с дрыхнущего без задних ног Узумаки на дремлющую Сакуру. Вообще-то ей, как единственной девушке, была предложена комната Итачи, но она наотрез отказалась. И, кажется, ясно, почему. Саске цокнул языком. Он уже второй месяц, как начал встречаться с Карин, но Сакуру этот факт и вовсе не смущал. Она, наоборот, даже расцвела, начала следить за собой ещё больше, подстриглась и покрасила пшеничные локоны в бледно-розовый цвет. Как ни странно, но ей пошло. От раздумий, неизвестно к чему ведущих, Саске отвлёк звон посуды, явственно доносившийся из кухни. В которой не было никого. Точно никого. – Что это, Саске?! Проснувшаяся Сакура испуганно глядела на него, но у него ответа не было. Узумаки, на которого, по правде говоря, Саске возлагал большие надежды, продолжал спать. Вот же ... Болван. Чья идея была идти посмотреть, он не помнил. Они с Сакурой медленно, но верно приближались к кухне. Саске ожидал увидеть что угодно. От жуткого монстра из «Синистера», до духа его деда. Но, придя на кухню, они застали лишь разбитый чайный сервиз Микото. Сакура плюхнулась на стул, поражённо смотря на это безобразие. – Что же это такое, Саске? Кто это сделал? По правде говоря, он и сам хотел бы знать. Чтобы утешить перепуганную подружку, на ходу придумал, что это сквозняк. Кажется, она не поверила. Ночь третья. – Что сказал Итачи? Наруто, не первый год, знавший суровый характер старшего брата друга, уже заранее знал ответ. Просто спросил, из вежливости. Саске вздохнул. – Что шею мне свернёт за сервиз, и что, так и быть, приедет пораньше. Саске, несмотря на то, что Итачи его жутко выбесил, был рад. Итачи приедет послезавтра, и всё будет хорошо. Мысль, что Итачи вовсе не борец с нечистью какой-то, а простой человек, в голову Саске не пришла. Он с детства привык, что старший брат всегда его оберегал, и он был уверен, когда Итачи вернётся, всё наладится. – Ещё два дня продержаться, так? Мы могли бы перекантоваться у меня. Сакура, после вчерашнего, не хотела и дня оставаться здесь, поэтому была великодушна. Но Наруто был непреклонен. Он просто тащился от подобного, и очень быстро уговорил Саске никуда не двигаться, а просто подождать приезда Итачи. – Вы психи, я тут не останусь, всего хорошего! Когда за девушкой закрылась дверь, парни заговорщески переглянулись. – «Городские страшилки»? *** – Нет, стой, не лезь туда! Дура, я же тебя предупреждал! Наруто с ужасом на лице наблюдал, как жуткий маньяк разделывает очередную жертву. Саске только усмехнулся, его друг нисколько не меняется, и всерьёз воспринимает происходящее на экране. Словно не игра актёров, а ... – Аааааааааа! Жуткий крик с экрана в унисон прозвучал с криком самого Наруто. – И стоило так орать? Саске запустил в Наруто подушкой. – Я отлить. Наруто на это ответил что-то нечленораздельное, и явно обидное. ... Просыпаться от жуткого сушняка это, надо сказать, не очень-то приятно. Младший отпрыск Учих открыл левый глаз и, сверяясь с ощущениями, открыл правый. Вставать было лень, и поэтому, являясь до мозга костей эгоистом, Саске начал интенсивно тормошить Узумаки. – Болван, хватит спать, твой лучший друг умирает от жажды. Наруто не реагировал, лишь тихое сопение отличало его от мертвеца. – Блять, Наруто, кончай придуриваться, я-то тебя отлично знаю, у тебя очень чуткий сон, так что встань, и принеси мне воды. Конечно, просьба была нелогичной, и будить из-за такой мелочи друга вообще являлось свинством. Но Саске было откровенно плевать. – Сас-ке. Наруто зашевелился, и начал-таки выползать из-под кокона одеял. На лице Учихи заиграла победная улыбка. – Мой бледный протеже, ты с кем там болтаешь? Саске с трудом повернулся в сторону двери. В проходе, потирая осоловелые глаза, стоял его друг. Теперь уж очередь кричать настала Саске. Ночь четвёртая. – Значит, ты утверждаешь, что вчера ночью разговаривал ... мм ... с призраком? Юноша молчал, он и сам не знал, что видел. Быть может, показалось? Иногда наш разум изволит выкидывать такие финты, что любой наркоман сдохнет от зависти. – Узумаки, сегодня будем ночевать у тебя. Наруто хотел было что-то сказать, но передумал. Если честно, Саске рисковать не хотел, глюк, или не глюк, а как показывала практика, иногда лучше перестраховаться. *** Итачи с третьей попытки вставил ключ в замочную скважину. Нет, пора завязывать с алкоголем. Молодой человек пьяно захихикал, вот же удивится глупый брат, когда увидит его! Он специально сорвался из гостей пораньше, хотя Сасори упрашивал его остаться ещё на один день. В квартире было темно, хотя он мог поклясться, что, когда подходил к дому, свет горел. Может, братишка, как и положено примерному мальчику, уже лёг спать? – Саске, это я, я вернулся. А в ответ молчание, тишина такая, что даже слышно, как часы тикают на кухне. – Ита-чи. Голос Саске звучал как-то странно, и раздавался почему-то из его комнаты, хотя он и предупреждал, что, если брат туда зайдёт, то он покойник. Но времени на рассуждения у него не было. В кармане джинсов завибрировал мобильник. Это заботливая Конан хотела узнать, как он доехал. Итачи ответил, и, продолжая разговаривать с девушкой, направился на кухню. Со своей школьной подругой он проговорил добрый час, а когда после завершения звонка взглянул на время, оказалось, что уже два ночи. Его измученный организм требовал отдыха. Брюнет, наплевав на душ, поплёлся в свою комнату. Саске, как и ожидалось, был там, но сил прогнать его не было. – Утром получишь, мелюзга, – беззлобно произнёс он. Саске прильнул к нему, как в детстве, и обвил рукой. Итачи немного удивился, насколько эта рука была холодной. – Ита-чи. Голос Саске, такой родной, убаюкивал, и юноша заснул, не чувствуя нависшей над ним угрозы ... Ночь пятая. – Саске, ты уверен, ты точно не хочешь, чтобы мы с Наруто поехали с тобой? Сакура, со своей чрезмерной опекой, порой раздражала, но, несмотря на это, он был благодарен и ей, и Наруто, за моральную поддержку. Дома у Наруто все тревоги исчезли и, проанализировав все события, он пришёл к выводу, что всё это вина его слишком разыгравшегося воображения. Плюс алкоголь и просмотр ужастиков. Опасаться нечего. – Спасибо, Сакура, но сегодня брат возвращается, так что всё нормально. Он попрощался с друзьями и направился домой. Дома было на удивление спокойно, и вернулось забытое ощущение умиротворённости. «Мой дом – моя крепость», и плевать на всё остальное. У него ещё целый день до приезда его непутёвого братца. Есть время, чтобы приготовить что-нибудь вкусненькое. Ему отчего-то вспомнились их дружные семейные ужины, когда ещё мать с отцом были живы. Тогда Итачи, ещё не познакомившийся с веществами и крепкими напитками, помогал матери на кухне, а он вместе с отцом накрывал на стол ... После они садились все вместе есть, и болтали о пустяках ... Так было хорошо ... быть всем вместе ... А потом через год родителей не стало. Итачи старался изо всех сил быть примерным братом, но свалившиеся на плечи пятнадцатилетнего подростка проблемы окончательно добили его. Он стал пропадать со странной компанией из ребят намного старше, чем он. А когда возвращался, от него несло спиртным, и пьянящим запахом травки. Свист чайника выдернул Саске из своеобразного транса. В ушах всё ещё звенел мамин заливающийся смех. За окном уже стемнело, а придурка ещё нет. На душе неспокойно, некстати вспомнилась фотография, разбившаяся за несколько дней до этого. Но он лишь глубоко вздохнул, глупости это. Во всём виноват Узумаки, заставляющий смотреть с ним за компанию его любимую передачу «в мире духов». В ней ряженные в балахоны тётки вещали о том, что не всё в нашем мире так просто, как кажется. Кстати, судя по часам, она как раз должна уже идти, надо посмотреть, а там, глядишь, и брат вернётся. Но и после полуторачасового занудства про неупокоенного бухгалтера, Итачи не приехал. Это даже для раздолбая Итачи было слишком. Настенные часы показывали «22:40». Саске начал набирать номер брата. Секунды ожидания медленно, но верно перешли в минуты. Он чертыхнулся и сбросил вызов. Но и повтор ничего не дал. Или гавнюк наврал, что приедет, и сейчас спокойно веселится со своими дружками, или у него неприятности. Учитывая видуху старшего брата, это было немудрено. Смазливое длинноволосое нечто пробуждало у некоторых граждан весьма недружеские чувства. Сердце бешено заколотилось. Саске мог что угодно говорить про брата, но он всё же его любил. И если с тем что-то случится, он себя не сможет простить. Когда мозг Учихи с радостью начал транслировать ему картины, одна страшней другой, у него зазвонил мобильный. На дисплее светилось «брат». – Ну и где тебя носит?! Саске определённо имел право говорить в данном случае на повышенных тонах, он тут волнуется, бог знает, что придумывает себе, а этот ... – Сас-ке, Сас-ке, Сас-ке ... Голос, лишь отдалённо напоминающий голос Итачи, как мантру, повторял его имя. – Нажрался? Поздравляю! Саске сбросил вызов, но через минуту начал уже сам набирать номер брата. Как в качественном ужастике, из комнаты Итачи начала доноситься мелодия мобильного. Мобильного Итачи. Сердце юноши ушло в пятки. Такого не могло быть. Он сам обошёл квартиру, и брата не было, а если бы он приехал недавно, то Саске бы услышал. Мелодия внезапно оборвалась, он понимал, что самым верным решением было бы без оглядки бежать к Наруто, или даже Сакуре, да куда угодно ... Но также Саске понимал, что, возможно, в той комнате Итачи, и ему нужна помощь. – Брат, ты здесь?! Он выкрикнул эту фразу, а на глаза уже начали наворачиваться слёзы. – Сас-ке, Сас-ке. Из комнаты брата раздавался голос Итачи, но Саске знал, что это не его брат. – Саске, помоги мне, пожалуйста! Его брат не стал бы просить о помощи, слишком горд для этого. Даже когда его избили до полусмерти, он не стал звонить домой, и сам доковылял до больницы. Но сердцу было плевать до доводов разума. – Я иду, брат ... Вместо Эпилога. – Отец ещё не вернулся с дежурства. Подросток рассматривал его скучающим взглядом. – Я подожду, налей мне чаю, если не сложно, Ита-чи. Итачи кивнул, и проследовал на кухню, мужчина, немного погодя, отправился следом. – И долго он, обычно? Итачи оторвался от плиты, и застыл с зажженной спичкой, затем, опомнившись, зажёг конфорку и пробурчал, что где-то минут сорок точно придётся подождать. Подросток продолжил возиться с расписным чайником. – Вам сахар положить, Данзо-сан? Мужчина, находившийся, словно в трансе, вздрогнул, услышав своё имя, и расплылся в противной улыбке. – Много сладкого вредно, Ита-чи, а ты любишь сладкое, да? Итачи кивнул и тут же покраснел, потупив взгляд. Данзо облизнул пересохшие губы. – Ита-чи, а не покажешь ли ты мне ваш семейный альбом? Вы же недавно в путешествие ездили, Фугаку рассказывал, что сделали отличные снимки. На них, правда, ты с Саске по большей части, ну да ничего. При упоминании имени младшего брата, парень словно зажёгся изнутри, он закивал и, сказав, что сейчас принесёт альбом, отправился в спальню. Данзо сверил часы, ещё тридцать минут и, улыбнувшись чему-то своему, двинулся в сторону комнат. *** – Ну, давай, Фугаку, до завтра. Учиха кивнул своему сослуживцу и прикрыл дверь, из-за которой тут же раздался противный голос напарницы оперативника: «Какудзу, ещё пару дней воздержания, и я буду готова первому встречному отдаться». Что на это ответил мужчина, Фугаку не расслышал, да и, если честно, ему не было никакого дела до личной жизни его сослуживцев. Ему со своей бы разобраться. Как раз сегодня такой день и пришёл. Он специально пораньше ушёл из участка, вот Микото-то удивится! Фугаку улыбнулся своим мыслям, перед домом надо ещё успеть в магазин заскочить. Квартира встретила его тишиной, прерываемой лишь тиканьем часов. Фугаку поставил пакеты с покупками и потянулся, всё-таки надо бы почаще отдыхать. Он уже хотел идти на кухню, когда из спальни сыновей раздался приглушённый всхлип. Сердце сжалось от дурных предчувствий. Наплевав на грязную обувь, мужчина побежал в комнату детей. Он без стука приоткрыл её, и в следующее мгновение его взору предстала картина, которую он мог представить лишь в страшном сне. Его старший сын, заплаканный и обнажённый, лежал на кровати, а рядом, ухмыляясь, сидел его лучший друг. Которого он называл своим братом, и который был крёстным отцом его старшего сына. Ярость обрушилась на него, словно цунами. Всё, что происходило далее, он воспринимал, как сквозь пелену. Издалека, раздавался плач Итачи и мольбы друга пощадить его, и что, мол, поганец сам напросился ему в кровать. Фугаку бил, со всей мочи, не рассчитывая силы, даже к преступникам, которых он ловил, он не испытывал такой всепоглощающей ненависти. Когда он в последний раз занёс руку для удара, Данзо уже был мёртв. Историю удалось замять благодаря его положению в полиции, да и благодаря участию его друга детства Минато, ставшего к тому времени известным политиком. К тому же все были на его стороне. Правда была на его стороне. *** – Милый, мой руки, и садись кушать. Микото с нежностью взглянула на Саске и тот, кивнув, побежал мыть руки. Фугаку переводил взгляд с супруги, хлопочущей возле плиты, на Итачи, увлечённо нарезающего салат. Идиллия, что не говори. Саске вернулся на кухню, и занял своё место возле отца. Это был первый раз после того случая, когда вся семья снова собралась вместе. Итачи, долго находившийся на лечении в санатории, вернулся только на этой неделе. А Саске, внезапно решивший, что слишком большой, и вовсе старался вести с ними себя, как можно более отстранённо. Но после приезда старшего брата он вновь стал обычным ребёнком, докучающим взрослым бесконечными вопросами, весёлым и непоседливым. – Всё готово, можно приступать. Микото поставила блюдо на стол, и вместе с Итачи, наконец, тоже присоединилась к ним. Фугаку приступил к еде, он вполуха слушал о подругах супруги, и успехах Саске. Итачи всё это время молчал. Фугаку, обеспокоившись, что старший сын так и не оправился, несмотря на проведенную терапию, перевёл на него взгляд. И по телу его словно прошёл электрический разряд. Рядом с Итачи, наклонившись к самому лицу, стоял его убитый друг. Он проводил своими костлявыми пальцами по щеке мальчика и ухмылялся окровавленными губами. – Он всё равно будет моим. Услышал Фугаку и встретился, наконец, с совершенно опустошённым взглядом Итачи. Через год Фугаку и Микото Учиха трагически погибли в автокатастрофе. Ещё через десять лет пропали Саске и Итачи.