Я люблю... Но кого?

      …СССР и Рейх смотрели друг на друга. Совет не знал, что ответить Рейху. Ведь он любил РИ. Или нет? — Рейх! — ГИ грозно смотрел на сына. Он так же, как и РИ видел их поцелуй, и был в шоке.       «Этот коммунист отобрал у меня РИ, а теперь ещё и изменяет?!» — Империя был в бешенстве. Ему хотелось раздавить Союза, выбить из него всю душу, убить его. Точно, убить. Вот что сейчас хотелось немцу, но он боялся, что РИ не даст навредить своему любимому сыночку. Но в глазах РИ было пусто. Он безразлично смотрел на СССР и Рейха. В доме повисла напряжённая тишина. — Что ты можешь сказать в своё оправдание? — первым тишину нарушил РИ. Он холодно смотрел на коммуниста. — Я… Я не знаю… — наконец переборов свой страх, ответил СССР. Ему почему-то стало скверно от этого взгляда.       Раньше он точно мог ответить на этот вопрос, он любил РИ! Но… Но после этого поцелуя… Он посмотрел на Рейха. Тот прижался к Совету, мелко дрожа. Он понимал, что теперь ему устроит отец, и это его сильно пугало. Но он был рад. Рад, что наконец поцеловал своего возлюбленного, что признался ему. Он улыбнулся и зарылся носом в рубашку СССР. — Ясно, — РИ повернулся к ГИ и стал с ним о чем-то говорить. Немец утвердительно кивал головой.       Они говорили на стандартной громкости, и СССР с лёгкостью мог бы подслушать их разговор, но его отвлекло что-то холодное. Посмотрев, коммунист увидел, как Рейх тихонько плачет. Это его серьёзно потрясло, ведь он никогда не видел слёз Нази. Он часто выплакивался нацисту о своей несчастной жизни, а тот всегда поддерживал Союза. СССР никогда даже не замечал грусти за улыбкой немца… А сейчас он плачет, тихо прижавшись к груди коммуниста… Русский не знал что делать. Он хотел обнять Рейха, погладить по голове, сказать, что все будет хорошо… Поцеловать, в конце концов! Но он понимал, что если сделает это, то немцу влетит еще больше.       «Мы ведь так часто целовались с отцом… Я ведь всегда так ждал встречи с ним… Я ведь любил его!.. Но почему тогда мне кажется, что это была не настоящая любовь? А с Рейхом? Почему я хочу его поцеловать? Может это любовь?» — голова Совета была готова взорваться от нахлынувших на него мыслей. Он снова посмотрел на отца и вздрогнул. РИ тоже смотрел на СССР и в его глазах было столько ненависти… Союзу хотелось расплакаться, почему отец так смотрит на него? Он снова посмотрел на Рейха. Тот уже успокоился и просто сидел, положив голову на грудь русского.       «Если ты меня ненавидишь, то и я люблю другого», — зажглось в голове Союза и, взяв Рейха за подбородок и прижав к себе, поцеловал его.