здесь молятся только богу.

россия, знаете, очень интересная штука. здесь всё равно так гнусно (где бы ты ни жил), что почему-то литературный фарш в голове это уже не мозг, к сожалению. руки связаны липкой лентой, по-моему, для мух, - сути это не меняет, ноги сломаны, а рот заклеен скотчем. горло давно пересохло. за глоток свободы слова нужно бороться, а потом, без сил, падать на колени и грести по дождевой плёнке на асфальте до ближайшей лужи, чтобы оттуда вылизывать фальшивое право на голос. гречка в стакане и на пол, головой о батарею и по лестницам панельки вниз. голова отвалилась, вместо неё - пустая банка. каждый в детстве мечтал, чтобы та была заполнена бабочками. и у каждого она пуста. кто-то может пририсовывать бабочек маркером, который тошнотворно скрипит при проведении им линий по стеклу. будто молит о пощаде. здесь молятся только богу, прости, старый перманентный друг. здесь есть и счастливые люди и они, безусловно, не глупы и не слепы. видят, знают, чувствуют, их тошнит, им неприятно. но умеют в нужный момент закрывать глаза. додумались снять прищепки с век. нам же их суперклеем приклеили. слепы лишь те, кто боятся гнева "высшего", который на деле лишь бухой батька руси в обплёванной майке и с разнесённой в пюре черепной коробкой. у него нет сил даже создавать заметную иллюзию того, что у всех всегда был выбор. его никогда не было. он антагонист из детских книжек или фэнтези, он - воланде-морт русских реалий. а у нас опять - по испорченным подъездам в спортивках и толстовке вниз, ключи между пальцев - "на всякий случай" - кеды, расквашенные годами, как голова батька руси. и мы даже не осознаём, что руки всегда были связаны, а ноги переломаны. ползти по лестницам вниз не очень удобно. поэтому многие сразу прыгают с окон.