Сок

Когда-нибудь она научится готовить, точно. По крайней мере, Агата в это очень верит. Отпустить прислугу и сказать, что торт на день рождения любимой тётушке Агата приготовит сама, было слишком опрометчивым решением. Потому что до возвращения Аннет остаётся не больше трёх часов, а это «нечто», стоящее на столе, на торт совершенно не похоже. Даже на пирог не похоже. Да вообще не похоже ни на что съедобное, если честно. Харрис никогда не отличалась кулинарными способностями, поэтому уже миллион раз пожалела о своей глупости, благодаря которой решила сделать тётушке сюрприз. Да лучше бы она ей песню написала! Стих, танец, что угодно. Только не торт, который, к слову, она решила готовить по собственному рецепту. Выбросив в урну все испорченные продукты, Агата вздохнула, села на стул и опустила голову, вздохнула ещё глубже. Заказывать торт уже поздно, а времени на уборку, поездку в город, выбор торта в кондитерской и возвращение домой у неё попросту нет. Оставалось только надавать себе по лбу грязными руками, чтобы в следующий раз думала головой. Ну какой торт?! Если она позавчера утром яичницу сожгла. Максимум, на что Агата способна в кулинарии — овощной салат. И то хорошо, если она себе все пальцы не порежет. Дома стояла звенящая тишина, потому что все разъехались заниматься подготовкой к празднику. Даже Александр куда-то свалил, кинув на прощание короткое: «не скучай, лилла каттен». Отношения с этим шведским засранцем были очень странными. Они, вроде как, не вместе… Но в то же время между ними витает такая страсть, какой без чувств явно не происходило бы. Пару раз они спали в одной кровати, несколько раз занимались жарким сексом, а вчера, например, Алекс и вовсе нежно поцеловал Харрис в губы. Правда, он думал, что она спит и не чувствует этого, но… Нет. После этой нежности она вообще не могла уснуть, прокручивая в голове все свои ощущения по поводу этого поцелуя и самого Александра. Их спокойно можно было назвать парой, просто они не озвучивали никак свой статус. Но, наверное, в доме абсолютно каждый понимал, что эти двое вместе. Особенно после того, как Агата разбудила весь дом своими стонами. Алекс тогда чуть не умер со смеху, когда вышел после жаркого секса попить водички, а на кухне сидели все домочадцы и пили чай, потому что «что-то не спится». Ну-ну. Не спалось им. Он почти поверил. — Ты решила отомстить Марте за её длинный язык и старательно прибавляешь ей уборки, да? — Что? — Агата вздрогнула, потому что вообще не слышала, как в дом вошёл Алекс, который сейчас стоял у входа в кухню и скептически осматривал помещение, так умело «украшенное» Агатой. — Говорю, что за война здесь произошла? — усмехнулся Алекс. — Ты что, обиделась на тётушку и решила разнести ей дом? — Не смешно, Алекс! Я хочу приготовить ей торт, уйди, — она громко фыркнула, злясь на собственную криворукость. Александр же просто пожал плечами и скрылся в своей комнате, чтобы не раздражать и без того злющую Харрис. А то ещё ножом в него запустит, мало ли. Девушка рыкнула и решила действовать. Видимо, логичнее было бы сразу открыть рецепт в интернете, а не придумывать его в своей голове, но… Но она открыла рецепт только сейчас. Что ж. — Лучше поздно, чем никогда, — прошептала Агата и принялась за приготовление небольшого торта. Время приготовления по рецепту — два с половиной часа, и если она больше ничего не испортит, то этого как раз хватит, чтобы удивить тётушку шедевром собственного приготовления. Она поставила на стол телефон, осторожно перелистывая рецепт, и делала все точно, как значилось на сайте. Взбила яйца, добавила сахар, с трудом смогла одновременно с перемешиванием всыпать муку и щепотку соды. У нее практически выросли крылья оттого, что, наконец-то, всё получается. Улыбка расцветала на губах, а руки словно уже выучили все движения. Агата порхала по кухне и радовалась ровно до того момента, как не смогла открыть банку с ананасами, потому что сломала специальное колечко на крышке. Агата пыталась открыть ножом, даже какой-то специальной штукой, но у нее вообще ничего не получалось. В это время бисквит тихонько начинал подгорать в духовке, а надежды на хороший сюрприз для тётушки неумолимо таяли. Ей уже хотелось выбросить чёртовы ананасы, но в рецепте значились именно они! «Ни шагу от рецепта», — сказала себе Агата перед началом готовки, поэтому у неё не было другого выхода, кроме как позвать на помощь Александра. — Алекс! — крикнула Агата. — Помоги мне. Звать на помощь именно его не слишком хотелось, потому что слушать дурацкие шутки уже немного надоело. Но Алекс единственный, кто был в доме кроме нее, поэтому ничего другого не оставалось. Да и в конце концов он мужчина, значит, точно должен помочь, сразу после того, как несколько раз напомнит Агате, что у неё кривые руки. А руки и правда кривые! Харрис подошла к холодильнику, чтобы достать шоколад, и… Она поскользнулась на пролитом ранее масле, и, чтобы не упасть на пол, схватилась руками за столешницу. На той стоял противень со вторым бисквитом, который ждал своей очереди в духовку, и Агата совершенно профессионально влезла в сырое тесто двумя руками, а потом чуть не расплакалась от бессилия. Алекс с трудом сдержал свой смех, когда наблюдал за неуклюжей Харрис. Бисквит горит, на полу масло и мука, второй бисквит и вовсе пострадал от её рук, а сама Агата выглядит так, словно только что пришла с поля боя. — Звала, котёнок? — он постарался начать как можно спокойнее, чтобы не выдать свой насмешливый вид. — Да, мне нужна твоя помощь, — Агата поднялась, с трудом не падая снова на том же масле, а Алекс засмотрелся на её декольте, что так шикарно выглядело, стоило ей только стать на четвереньки. — Открой мне ананасы. — То есть ты считаешь, что со всем остальным тебе помощь не нужна? — он в открытую рассмеялся, но подошёл к банке и в пару ловких движений открыл лакомство, что тут же заполонило комнату своим запахом. — Готово, — он кивнул и хотел удалиться, но его остановила Агата. — Эй, погоди. Мне нужно достать дольки ананаса из банки, можешь вылить сок? — она выглядела, как маленький избитый котёнок. Настолько несчастная, что хотелось её затащить в горячую ванную и оставить там отдыхать. — Выпей, — он прищурился, останавливаясь и складывая руки на груди, — он вкусный, правда. — О, тебе ли не знать, — Агата тоже прищурилась и увидела в глазах Алекса какой-то вызов. Никому не известно, что творится в его голове, но предложение этот самый сок выпить было довольно-таки заманчивым. Тем более что сладкое ей сейчас точно не помешает, потому что от отчаяния она скоро начнет падать в обмороки. А Алекс стоял и продолжал смотреть, как Агата, до ужаса грязная и настолько же сексуальная, брала измазанными тестом руками банку с ананасами, подносила её к своим пухлым губам, делала один глоток, прикрывала глаза от наслаждения, а потом… Потом чертова банка выскользнула из её рук, заливая Агату соком и рассыпая все ананасы по полу. — Твою мать! — выругалась Агата и оперлась руками о столешницу, пока Алекс стоял, словно под действием каких-то чар… Сок любимого лакомства стекал по телу любимой девушки. Долька ананаса застряла прямо в ложбинке её грудей, а тонкая домашняя майка прилипла к телу и не скрывала уже вообще ничего, что могло бы сдержать Александра, у которого уже сердце стучало в висках от такого завораживающего зрелища. Он в каком-то трансе подошёл к Агате сзади, обхватывая руками округлые бёдра. Вокруг все пахло ананасом, пригорелым тестом и собственным запахом Агаты, который уже не раз сводил Алекса с ума. Ароматы смешались в один, совершенно необычный, взрывной, словно коктейль запахов, который создали, чтобы Алекс окончательно слетел с катушек. — Нильсен, какого хрена? — возмутилась Агата, когда Алекс зарылся носом в её волосы на шее, вызывая мурашки. — Помолчи, Агата, хоть немного. Испачканные руки упирались в поверхность стола, а мокрое тело начинало замерзать. Дыхание Алекса на шее заставляло прикрывать глаза, но она четко отдавала себе отчёт в том, что заниматься этим сейчас абсолютно не время. До прихода тётушки осталось часа полтора, а торт до сих пор не готов. — Алекс, прошу тебя, сейчас не время, — она говорила это, а сама дрожала всем телом, желая его прикосновений гораздо сильнее, чем приготовления чертова торта. — А когда время, Харрис? — прошептал он на ухо, задевая горячими губами мочку, а потом оставил на шее влажный поцелуй. — Не сейчас ли? Когда ты такая мокрая… — Я мокрая из-за сока, — возмутилась Агата. — Ну я и говорю, — он усмехнулся, а потом продолжить выбивать из нее остатки самообладания. Короткая юбка поползла вверх под настойчивыми ладонями шведа, а Агата неосознанно прогнулась в пояснице, подставляясь его рукам. Губы блуждали по шее, срывая сладкие стоны, а о приготовлении несчастного торта уже было почти забыто. — Александр, прошу тебя, остановись, пока не поздно, — совершенно неуверенный шепот ласкал уши Александра, а когда он сжал упругие ягодицы, с силой притянув Агату к себе, она громко вздохнула, чувствуя, как сильно он возбужден. — Хорошо, каттен, — хрипел он ей на ухо, пробираясь рукой под мокрую майку, оглаживая плоский животик. — Если ты скажешь остановиться — я остановлюсь. Насиловать тебя в мои планы не входит. Ты только скажи, ладно? И она молчала. Кусала губы, закрывала глаза и испускала рваные вдохи, ощущая такие нужные прикосновения. Попросить остановиться? Уже невозможно. Да она, кажется, и до этого не смогла бы прогнать его. Потому что Александр действовал на неё совершенно сумасшедшим образом. Тело отдавалось во власть этого невыносимого человека, а все, что происходило вокруг, мигом исчезало, оставляя в этом мире только его и эти сильные руки. — Умничка, котёнок, — довольный шепот и невесомый поцелуй в оголённое плечо, лишающий остатков разума. Агата забыла про торт, про неудавшийся сюрприз и о катастрофически малом количестве времени. Но так всё равно… Потому что он так близко, так сладко, так жарко, так мокро, что хочется взвыть. Так вкусно и долгожданно, что это практически лишало воздуха. Она стояла посреди кухни и слышала стук собственного сердца, ощущала, как подкашиваются ноги, поэтому подняла руки и обхватила ими шею Александра, пачкая его остатками теста, на которые он совершенно не обращал внимания, осыпая нежную кожу поцелуями. — Ну что, мне остановиться? — тихий смешок почти вызвал волну негодования, но Агата не успела сказать и слова, как оказалась развернута лицом к Алексу и втянута в головокружительный поцелуй. Они прижимались так близко, что рубашка Алекса тут же промокла от ананасового сока, а твердые соски Агаты мигом врезались в его грудь, унося этих двоих за пределы какого-то небывалого наслаждения. — Только попробуй остановиться, — прошептала Агата, когда Алекс стал целовать её шею и плавно спускаться к ключицам. Они сделали шаг к столешнице, и Алекс усадил на неё Агату, в ту же секунду припадая губами к возбуждённым соскам. Тепло разливалось по телам, жаждущим этих поцелуев, касаний, жадных движений и жара, что окутывал два влюбленных сознания. Волосы Алекса были испачканы в тесте, одежда липла к телам, а в духовке, изнывая от жара, горел корж будущего торта, но температура была запредельно высокой не только в духовом шкафу. Плевать. Плевать вообще на все, когда есть рядом человек, который дарит такие незабываемые эмоции. Плевать на какие-то неудачи, на то, что что-то идёт не по плану… Всё равно. Абсолютно. Потому что его руки так жадно изучали её тело, что под глазами взрывались фейерверки. Потому что губы, что вкуснее любого сиропа, так страстно целовали каждый миллиметр кожи, что кружилась голова. А Агата стонала так сладко, что Алекс сам едва сдерживался, чтобы не закричать от возбуждения. От её вкусного тела, от этой бархатной кожи, от дикого и абсолютно сумасшедшего момента, в который они втянули друг друга, совершенно ни о чём не жалея. Одежда разлетелась по комнате, создавая ещё больший хаос, задевая миски, рассыпая продукты. Оторваться друг от друга было невозможно, они целовались так жадно, словно не виделись кучу лет. — Не медли, Алекс, ну, — прохныкала Агата, чувствуя, что внизу живота уже все пылает в ожидании невероятного чувства заполненности. Она сидела на столе абсолютно обнаженная, замирая от языка Александра, что слизывал с её груди и животика капли ананасового сока. Смотрела на эту картину и практически умирала, понимая, что готова терпеть его издевательства хоть сутками, только бы он продолжал так жадно целовать ее, втягивать в рот соски, кусать, сжимать бедра руками, а потом подходить ближе, и… И отбрасывать её за грань одним мощным толчком. — Боже, да! Она кричала так громко, что у него звенело в ушах. Царапала спину, кусала его губы, старалась прижаться ближе, настолько, чтобы между ними не осталось и миллиметра. Хотелось быть одним целым. И они были. Агата ощущала, как твердый член скользит по влажным стенкам, быстрыми толчками вонзаясь в податливое тело. Звуки шлепков по её ягодицам, стоны и хриплое рычание, звук упавшей на пол чашки и сбитое дыхание двоих… Её руки в волосах, сплетённые языки, рука, сжимающая тонкую шею. Громкий стон, губы на шее, движения всё быстрее, а чувства только сильнее. Липкие тела, засосы и длинные полосы от ногтей, бешеный темп, сменяющийся медленными и почти грубыми толчками, и дрожащее от сумасшедшего оргазма тело. — Алекс, погоди, стой, — обессиленно прошептала Агата, отталкивая его от себя, тяжело дыша и всё ещё содрогаясь. — Погоди… Она спустилась со стола на колени, глядя на него снизу вверх, отчего эрекция стала заметнее больше. Голая, растрёпанная, мокрая и счастливая от сумасшедшего секса Агата, сидящая перед ним на коленях и выбирающая в рот его член — лучшее, что могло случиться с ним за день. За неделю. Да за всю чёртову жизнь! Она наслаждалась этим занятием, понимая, что доставлять ему удовольствие приятно настолько, что сравнимо с оргазмом. Как он тяжело дышит, как толкается бедрами, как поглаживает её по щеке и смотрит в глаза. Агата обводила языком головку, слизывая капли смазки, оставляла невесомые поцелуи по всей длине и прихватывала зубами, вызывая довольное рычание. Алекс был настолько вкусным, что Агата готова была стоять перед ним на коленях ещё и ещё, чувствуя, как гладкая головка скользит по нёбу. Она помогала себе руками, двигаясь вдоль гладкого члена, ощущая каждую венку, доводя Алекса до пика, до высшей точки наслаждения. Острые ноготки проводили по упругим ягодицам, чувствуя мурашки, и Алекс толкался бедрами только сильнее, чувствуя, как по телу разливался жар, что спускался к низу живота, собираясь вот-вот вырваться вязким теплом. — Давай, котёнок, чуть быстрее, — он запрокинул голову и зарылся пальцами в волосы Агаты, помогая двигаться в нужном темпе. Её вкусные губы и взгляд исподлобья заставили его громко застонать, изливаясь на красивую грудь, всё ещё липкую от тех самых ананасов, что отныне Алекс будет любить ещё больше… — Поднимайся, каттен, — прошептал Александр и сладко поцеловал губы Харрис, не понимая, за какие заслуги ему досталась такая страстная девчонка. — У нас осталось мало времени, чтобы всё убрать и привести себя в порядок. — Только торт я так и не приготовила, — она грустно опустила глаза, открывая духовку, из которой тут же повалил дым. — Я заказал его ещё утром, — он засмеялся. — Торт привезут к концу празднования, — Алекс подошёл к Агате со спины и поцеловал куда-то в район лопаток. — Просто ты когда готовишь — такая сексуальная, — шепотом, — что я не смел отказать себе в таком зрелище.