Мне повезло быть рядом с тобой

Кокичи бы не занимался настолько скучными делами, как чтение каких-то бумажек, если бы эти бумажки не были напрямую связаны с человеком, которого он так яро ненавидит. А читал он то, что принесла ему Миу, по его же просьбе. Зачем ему эти бумажки, не понятно. Он и сам не знает зачем заставлять Ируму искать все это, но все же банальный интерес к этому человеку взял верх. Но к сожалению все, что написано на листах бумаги нужно проверять на достоверность, что займёт немного больше времени, чем пологалось. Лучше спросить напрямую, но умный в гору не пойдёт, умный пошлёт гору нахуй и развернётся. И Ома придерживаться этой тактики всю свою жизнь, что не редко раздражало окружающих. Он не станет спрашивать Комаэду о достоверности всей информации, это слишком рискованно. Тогда, что остаётся? Остаётся лишь наблюдение, или же спросить об этом знакомых Нагито. Знакомые Нагито… А, что могут сказать знакомые Нагито? Ничего. Комаэда не из тех людей, что станут рассказывать свою грустную предысторию каждому встречному. Получается Кокичи зашёл в тупик. Или же нет? Из всех возможных вариантов остается только наблюдение. Он что будет подслушивать чужие разговоры и следить за другими людьми? Похоже так. Но, что ему это даст? Наверное только подзатыльник, если его все же заметят. Это рискованно. И жертвовать своей репутацией Кокичи не собирается. Но ведь вся жизнь — это сплошной риск? Верно. — Так ладно, — Кокичи убирает листы бумаги в ящик стола и выходит из комнаты, — как говорится: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанское». Стоит попробовать этот безумный способ.

***

— Боже, как же я устал, — Кокичи смотрит на заходящее солнце сидя на крыше одной из многоэтажек, — Ирума-чан, неужели тебе совсем все равно? — Он поворачивается в Миу, что сидит рядом наблюдая за красивым закатом. — Да, мне похуй на то, что происходит у тебя и твоей банды забивных, — девушка даже не смотрела в сторону себеседника — Эй! Это не банда забивных, а преступная организация! — Ну, а я что не так сказала? — Она посмотрела на парня с усмешкой, — Как там твои отношения с Комаэдой? — Ирума-чан! — Он недовольно посмотрел на девушку, взглядом полным презрения, — Я его терпеть не могу, а ты смеёшься с этого! — Ахахах, извини, крысёныш, просто ты так часто говоришь о нем, будто это начало какого-то плохого фанфика, - девушка отвлеклась на мелодию, — черт! Кто звонит блять? — Ирума достаёт телефон из своей сумочки недовольно смотря на экран, а потом принимая вызов, — че надо… А все?.. Знаю и так, я не настолько тупая!.. Ага… Пока… — она выключает телефон, убирает его обратно в сумку и обращается к Кокичи, — извиняй крысёныш, мне пора! — Миу убегает оставляя Ому на едине.

***

— Прекращай уже вечно раздвигать перед другими ноги, свинья! — Девушка со светлыми волосами недовольно смотрела на девушку, что лежала напротив нее — И-изви-ини п-пожалуйста, — брюнетка лёжа на полу старалась загладить свою вину — Хиёко, хватит пожалуйста, — девушка с короткими волосами подошла к лежащей на полу девушке и помогла ей встать. И эта ситуация происходит каждый день. И всегда это заканчивается одинаково. Нагито каждый раз наблюдает одно и то же. Скучновато. Он только прибыл в академию, а уже хочет вернуться домой. В этот раз нет абсолютно никакого желания оставаться тут. Размышления беловолосого прерывает звук уведомления. Чиаки Нанами Меня не будет сегодня в академии Нагито Комаэда Что-то случилось? Чиаки Нанами Нет Всё нормально

Чиаки Нанами была в сети 1 минуту назад

«Наверно не стоит забивать этим голову… Но, а вдруг с ней правда что-то случилось? Или у нее какие-то проблемы? А может я просто себя накручиваю? Надеюсь, что так и есть… Комаэда ещё какое-то время поддержал в руках телефон, а потом решил написать Хаджиме. Нагито Комаэда Хината-кун, ты не против прогуляться вместе на обеденном перерыве? Хаджиме Хината Нет конечно У фонтана? Нагито Комаэда Да, давай у фонтана

***

Все эти уроки Нагито сидел как на иголках. Он каждую минуту смотрел на часы ожидая конца урока. Это странное поведение заметили некоторые его одноклассники, но перестали обращать внимание после первых десяти минут этих странных действий. Беловолосый боялся пропустить обеденный перерыв и заставить Хаджиме ждать его. Он переживал, что Хината не придёт. Он боялся, что его задержат после урока, что он опоздает на встречу, которую сам же и назначил. По этому когда прозвенел звонок, Нагито сразу подорвался с места, чем вызвал вопросительные взгляды всех своих одноклассников. — Нагито, все в порядке? — Сония посмотрела на Комаэду ожидая от парня ответа. Она была одной из тех, кто заметил, что Нагито всегда смотрит на часы, и разумеется её напрягало поведение одноклассника. — Всё нормально просто… — он не знает, что сказать. А что он вообще должен говорить? Что все это время не мог дождаться встречи с другом? Странная у него реакция на встречу с другом, — мне пора, Сония-сан, — Комаэда последний раз поглядывает на часы и выбегает из кабинета, заставляя остальных провожать его вопросительными взглядами

***

Он пришёл вовремя. Хотя тут будет лучше сказать прибежал. У фонтана никого не было, что ожидаемо, перерыв только начался. Нагито присел на лавочку у фонтана и стал смирно ждать. Он понимал, что Хаджиме не прибудет сюда спустя пять минут после начала перерыва, но в голову закрадывались сомнения. Комаэда переживал, что Хината вообще не придёт. Хаджиме не нужно тратить время на такого отброса, но он продолжает тратить. Зачем? Зачем все это? Он может просто оставить Нагито одного и не давать лишних надежд, но он поступает иначе. Каждый раз. Каждый раз он заставляет Нагито чувствовать себя особенным. И даже не смотря на то, что они видятся чаще всегда втроём, но иногда беловолосый забывает о существовании Нанами. Как неуважительно. Ужасно неуважительно по отношению к Чиаки, но что поделать? Видимо Нагито настолько ничтожен, что буквально игнорирует существование девушки. Комаэда достаёт телефон и смотрит на время. Прошло почти десять минут, а Хаджиме ещё не пришёл. Может он и не собирался приходить? Может он забыл? — Нагито, — беловолосый повернулся к источнику звука, — ты извини, меня немного задержали, надеюсь, ты не подумал, что я забыл про тебя, — Хаджиме садится рядом с Нагито — Не стоит извиняться, — Комаэда отодвигается, чтобы Хината смог сесть, хотя оба понимают, что места на скамейке достаточно — Ты хотел поговорить? — Нет, я просто соскучился! — Беловолосый обнимает друга, но через пару мгновений отстраняется, — Извини, — Нагито отворачивается — Иногда я не понимаю почему ты извиняешься, — Хаджиме улыбается, стараясь дать понять другу, что он не злится — Если честно при первом знакомстве я не думал, что ты окажешься таким, — Нагито улыбается и переводит взгляд на академию — Каким? — Милым, — Комаэда поворачивается к Хинате, и вот они уже смотрят друг на друга, не понимая что ещё сказать. Впервые Хаджиме удалась такая идеальная возможность рассмотреть черты лица своего друга поближе. Да, он всегда смотрел на него при удобном моменте, но в этот раз все куда лучше сложилось. Теперь он смотрит на него зная, что этот зрительный контакт разорвется не скоро. Последнее время резервник стал замечать, что у Нагито уже не так сильно заметны синяки под глазами. Это безусловно радовало, хоть синяки и не пропали полностью. Комаэда до сих пор выглядит, как человек, которого достали из могилы и заставили жить дальше. Он все ещё очень худой, и на руках до сих пор эти белые бинты. Такое чувство, что Нагито думает, будто Хината их не замечает. Замечает ещё как. И каждый раз становится больно смотря на них. Он режется? Если да, то зачем? Почему он продолжает наносить себе вред? Но не смотря на худобу, синяки под глазами и порезы на руках, Комаэда Нагито все ещё остаётся одним из самых красивых людей, что встречал Хаджиме. Ему будто идёт весь этот болезненный вид. — Хината-кун… — Нагито бесцеремонно прерывает тишину, но взгляда своего не отводит — Да? — Почему ты постоянно смотришь на меня? И даже сейчас… Даже сейчас ты не отворачиваешься… Почему? — Потому, что… — Хаджиме замолчал. А что можно ответить на такой вопрос? Он не имеет ни мальшего понятия. Этот беловолосый парень заставляет Хинату так долго думать над ответом. Почему? Чего он так боится? Что его не поймут? Не поймут…? А почему должны не понять? Он же просто считает своего друга красивым, ведь так? В этом же нет ничего такого, верно? — Потому, что ты очень красивый! Я сам не знаю, — Хаджиме краснеет и отворачивается — Понятно, — Нагито отводит взгляд в сторону, а потом опять смотрит на Хинату, — в любом случае, я рад, что тебе не все равно на меня, — Хаджиме посмотрел на везунчика, — пусть ты этого и не говорил, но ты не ушёл от меня, как все, ты не избил меня где-то в подворотне, как все это делают, ты ни разу не назвал меня мусором, как все делают, — Комаэда обнимает друга, утыкаясь носом ему в грудь, — ты один из лучших людей, что я встречал, ты моя надежда, и я безумно благодарен тебе за все, что ты делал для меня! — Нагито крепче обнимает Хинату, заставляя того ещё сильнее краснеть, — я… Прости! — Комаэда отпускает друга из своих объятий и встаёт с лавочки, — скоро конец обеденного перерыва, не хочу прощаться, но Юкизоме-сенсей не будет довольна опозданием на урок. До встречи, Хината-кун, — Нагито уходит. Он боится обернуться, он боится, что сделал что-то не то. В это время Хината уходит с места, перед этим обернувшись, чтобы посмотреть не обернулся ли он, но к великому сожалению Комаэда продолжал идти не оборачиваясь.

***

Ома недовольно смотрит на дверь, проклиная весь мир, а дело в том, что ему не открывают целую минуту. Он же оторвался от проклинания своего существования не для того, чтобы опять начинать проклинать свое существование. Кокичи слышит, как кто-то с той стороны подходит к двери и медленно открывает её. Человек открыл дверь не полностью, смотря через маленькую щелку на Ому, что потревожил его. — Ома-кун, какова причина твоего визита в этот раз? — Парень сонно смотрит на низкого паренька, не совсем понимая что происходит, какой сейчас год и в какой стране он находится. — Это по поводу Комаэды! — Кокичи не успевает договорить, как дверь перед ним захлопывается. Фиолетоволосый недовольно посмотрел на закрытую дверь, а после опять настойчиво нажал на звонок. Дверь снова открывается. — Ома-кун, ты прости конечно, но я не собираюсь опять выслушивать про то какой Комаэда надоедливый, глупый, раздражающий и так далее и тому подобное, — парень опять захлопывает дверь перед носом Кокичи. — Блять! — Ома опять нажимает на звонок, но в этот раз не скрывая своей агрессии Парень опять открывает эту несчастную дверь. — Сайхара-чан, может ты уже прекратишь насиловать эту гребанную дверь и впустишь меня? — Ома недовольно смотрел на друга, который продолжает сонно осматривать парня, ничего не понимая — А может ты прекратишь насиловать этот гребанный звонок и отстанешь от Комаэды? — В этот раз уже Сайхара недовольно смотрел на Кокичи — Я прекращу насиловать звонок, когда ты меня впустишь! — А я прекращу насиловать дверь, когда ты мне все объяснишь! — Я смотрю, с тобой бесполезно спорить, Сайхара-чан, — Ома посмотрел на парня, стараясь понять, спал ли он вообще этой ночью, — ладно, скажу, я собирался обсудить не совсем Комаэду, — Сайхара вопросительно посмотрел на Кокичи, думая не заболел ли он, или мир все же матрица, — но я расскажу подробнее когда ты меня впустишь! Парень без лишних вопросов открывает дверь шире впусая внутрь паренька, который со скоростью света побежал в гостиную. Сайхара заходит за Кокичи и видит друга, что смирно сидит на диванчике дожидаясь, когда же хозяин дома соизволит явится. — Я смотрю ты уже тут, — Ома присаживается на диване поудобнее, пододвигаясь, чтобы Сайхара смог сесть рядом, — так вот. Меня последнее время напрягает Хината. — Какой Хината? — Видимо Сайхара не выспался, а скорее всего вообще не спал, по другому не объяснить его постоянное непонимание всего и даже всех самых очевидных вещей — Хината Хаджиме — странный резервник который по какой-то причине сразу закорешился с Комаэдой, и именно это меня напрягает! — Ревнуешь? — Да иди ты на хер! — Кокичи кидает ближайшую подушку в лицо Сайхаре, — Я вообще не об этом! — Ладно-ладно, продолжай, я не мешаю — Ну в общем я не доверяю этому Хинате, мутный тип какой-то, — Ома берет первую попавшуюся под руку конфетку из тарелки, что стоит на небольшом журнальном столике, напротив дивана, — у меня чувство, что он не просто так общается с ним, будто он втирается ему в доверие, — первый фантик летит на пол, не разрушая ауру тревожности, что исходит от парня, — о Комаэде говорит каждый второй в резервном корпусе, но это ни капли не смутило его! Он наоборот очень охотно общается с ним! — Из вазы пропадает ещё одна кофетка — Ты не думал, что этому Хаджиме, Комаэда просто показался интересным человеком? Может у него и нет коварных планов? Почему ты каждому человеку придумываешь криминальное прошлое? — Сайхара подбирает за Омой фантики, аккуратно кладя на журнальный столик, рядом с тарелкой — Да, это тоже как вариант, но я пришёл сюда не сплетнями и делится! — Кокичи небрежно кидает очередной фантик на журнальный столик, — Я просто предлагаю послать к ним «двойного агента», чтобы наверняка выяснить намерения Хинаты! — Двойного агента? Это как? — Парень убирает ещё один фантик с пола — Всё предельно просто! — Кокичи в этот раз просто, аккуратно кладёт фантик на стол и поворачивается к другу, — У нас есть общий знакомый, который как раз обучается на резервном, и, о чудо, он как раз из класса Хинаты! Вот это удача! У него есть связи с Нанами, а это уже «билет в рай»! С его помощью мы понаблюдаем некоторое время за взаимоотношениями Комаэды и Хинаты и тогда сделаем выводы! — Ома опять берет конфету из тарелки — Зачем так заморачиваться? И почему тебя это так сильно волнует? — Сайхара опять кладёт на стол, небрежно брошенный Омой фантик. — Потому, что таким образом издеваться над Комаэдой могу только я! И никакие Хинаты в мои планы не вписываются! — В этот раз Кокичи так сильно швыряет фантик, что тот отскакивает от столика и падает на ковёр. — Всё-таки ревнуешь