Мой семпай робот?

Как приятно чувствовать запах, который он оставляет после себя. Тонкой вуалью покрывающий подушку, на которой спит Алукард. Приятно осознавать, что тут он видит прекрасные сны, обидно только, что не подпускает близко. В голове Фанни всё было слишком оптимистично. Девушка уткнувшись носом в ту самую подушку, рисовала в голове такую картину: Словно окружённый сиянием, как ангел сошедший с небес, Алукард спит чутким сном. Он мило посапывает, с блаженной улыбкой на лице, так, что хочется охранять его покой и навеки запереть в своих объятиях. Увы, влюблённым часто сносит голову и они совершенно не замечают недостатков своих возлюбленных. Но тут нужно не перепутать влюблённость и просто желание чем-то обладать. Возможно, Вайтинг слишком приукрашивала в своей голове многие детали касающиеся охотника, от того и не переставала преследовать бедного парнишку. На самом же деле, он точно не источал свет, как ангельское создание, к тому же, временами он так храпел, что несчастный Грейнджер не раз порывался в полуночном мраке нежно придушить его подушкой. Все собрались на первом этаже, а Фанни понимала, что её отсутствие по идее никого не должно огорчить. Кроме Беты, который вечно таскался за ней по пятам, словно её собственная тень. Когда девушка сказала, что у неё болит голова, он настойчиво пытался остаться с ней в комнате, мало ли, вдруг ей станет хуже. Он даже не догадывался о её намерениях и был уверен, что Фанни осталась в своей комнате и легла спать. Все окружающие казались ей простыми сумашедшими, которые не понимают её чувств. Может, оно и так, но вламываться в чужую комнату и нюхать подушки действительно не совсем адекватное поведение. Уже ночь, а никто так ни разу не поднимался на верх. В какой-то момент, Фанни начало казаться, что все просто забыли о ней. С одной стороны это было немножко обидно, а с другой, она может подольше провести время в его комнате, погружаясь в свои мечты и желания, вдыхая этот будоражащий аромат. Ещё, дико нервировало, что его напарник практически не отлипает от него. Вечно ошивается где-то поблизости и не дает даже спокойно поговорить с Алукардом. Чьи то тяжёлые шаги заставили девушку подняться с кровати. Она понимала, что уже поздно бежать из комнаты, а если кто-то узнает, что она вообще в неё заходила, снова начнут читать свои нотации. О том, что ей лучше не приближаться к охотнику, потому что если Тигрил прознает о их связи, велик риск новой операции под названием «кастрация». Делать нечего, подумала Фанни, прежде чем занырнуть под кровать. Теперь, придётся дожидаться, когда они уснут и попытаться незаметно выйти. Две крупные мужские ноги оказались прямо под взглядом Вайтинг. Она сразу узнала эти ноги, за всё время прибывания, она досконально изучала тело Алукарда. Слышно было только тяжёлое и сбивчивое дыхание. В её голове промелькнула мысль, что это и есть тот самый шанс сблизиться с ним. Судя по вздохам, было несложно догадаться, что парень перепил и ему стало нехорошо. Но, она ошибалась на этот счёт. Следом послышались ещё чьи то шаги, более неуверенные. Такое чувство, что кто-то шёл и спотыкался на ровном месте. Из-под кровати был достаточно хороший обзор. Грейнджер стоял по среди комнаты и еле держал равновесие. Не трудно было догадаться, что в этот момент он смотрит на Алукарда и это очень раздражало девушку. Она уже была готова вылезти из-под кровати и выставить докучающего стрелка прочь. Фанни искренне не понимала, что происходит, когда стрелок подошел ближе и сел то ли очень близко к охотнику, то ли прямо на него. От одной такой мысли сводило скулы. — Вставь мне — послышался почти умоляющий хриплый голос Алукарда. — «Что? Как такое вообще возможно? Может, он ни это имел ввиду…» — девушке пришлось зажать свой рот рукой, чтобы не выдать себя. Ужасно, отвратительно, мерзко. Она слышала всё, абсолютно всё, от чего хотелось просто исчезнуть на месте. — «Сумеречную сферу мне в печень, они что, правда этим занимаются?» — слезы сами наворачивались на глаза. В конце концов, терпение Фанни кануло в небытие и оставалось только уйти. Вряд ли они сейчас заметят её, эти двое такие громкие, «грёбанные кролики». Конечно, это очень обидно, вот так осознавать, что твой последний шанс упущен, все твои надежды были лишь пустой тратой времени, это значит только одно, ей больше не зачем здесь оставаться. — Эй, валите отсюда, — послышалось из-за двери, когда девушка уже вышла. Заплаканное лицо, искусанные ногти, это гораздо страшнее, чем когда она готовится атаковать своего противника. Ведь, в таком состоянии каждый второй может им оказаться. Так и случилось, бедный Бета был окончательно и бесповоротно послан в эротический пеший тур: «Даже рядом со мной не стой Если ты не мой, ой, ой Если ты не голубой Если видишь со мной секс Нахер твою любовь Я отдамся лишь своей Нет никаких секретов Я люблю только портвейн» Куда идти? Она понятия не имела, ноги сами несли её лесной тропой. Хорошо, что за ней никто не увязался, так будет проще. Да и что делать дальше, размышляла Фанни, изредка пиная встречные камушки. Ночь, лес, бессмысленный свет луны, который практически не просачивается сквозь кроны деревьев. Всё-таки, девушка решила, что на сегодня с неё достаточно и устроила привал на берегу какого-то озера. Она уже пересекла границы небесного города и была где-то между свалкой Эрудитио и землями Бездны. Хуже уже не будет, подумала она прежде чем сомкнуть тяжёлые веки, в надежде, что её никто не потревожит. И даже сквозь сон просачивались слёзы. — Хм, что это тут у нас? — послышался какой-то знакомый голос. Что-то или кто-то крепко сжало её запястье, заставляя открыть глаза. Прямо перед ней на корточках сидел демон, с виду не очень опасный, более того, схожий с ней по телосложению. — И что мне прикажешь с тобой делать? — с усмешкой спросил демон.