***
- Бееееееен, ты обещал мне твои редкие журналы. Мне их ещё перепродать надо успеть. – Номер четыре зашёл в комнату в конце коридора. - Ещё раз тебе повторяю, Клаус, я не обещал тебе мои коллекционные издания. Да и способствовать твоей зависимости я не собираюсь. -О, приветик, Эйт. Отвисаешь с моим любимым и очень щедрым братом? – пытался он надавить на Бена. - Привет, Клаус. А зачем тебе деньги? «Он, вроде, позавчера не говорил, что мне здесь не место. Может мы подружимся» - На спокойную жизнь. - На наркотики. – перебил его Бен. Что-то внутри упало. - Наркотики? Клаус, это же тебя убивает! - Нет, убивает меня здесь жизнь. Эти слова открыли новую дверь. Почему-то раньше она этого не могла понять, но сейчас все стало ясно. Вот стоит Клаус. Бен рассказывал о жизни в академии, как нелегко приходилось бедным ребятам. Клауса закрывали в тёмном сыром склепе, наедине со всеми голосами в голове и пугающими призраками. Эйт всё ещё отвергала наркотики, но на момент поняла решение того напуганного мальчика.***
– Тебе какие-то конкретные вещи нужны? - Неа, просто не хочу и дома носить эти дурацкие шорты. Они совершенно безвкусные, да и выглядят глупо. - Согласна, братишка, поищи что-нибудь в шкафу. - Оу, Эйт, ты ещё не убрала вещи Пятого? Ты же уже довольно долго здесь, могла бы обжиться. – Четвертый открыл шкаф и начал рыться на боковых полках. - Ну не знаю, Клаус, а если он вернётся? Не думаю, что ему бы понравилось, что кто-то просто занял его комнату. - Эйти, расслабься! Его нет с нами уже 4 года! Мне кажется, даже отец уже смирился. Он не вернётся. – последние слова Клаус произнес с отличимой печалью. - А когда он пропал? – Девушка выдержала паузу. - 1 октября 2002 года. – Номер четыре продолжил выбирать вещи. – Вот эти или эти? – он приложил сначала короткую юбку в шотландскую клетку, а затем свободные хлопковые домашние штаны. - Если тебе для дома, лучше второй вариант. « Я понимаю, эта дата просто случайность. Но я всё равно не могу сделать его комнату моей. В конце концов Бен ещё верит, что Пятый вернётся.» - Кстати, а где Бен? Я с ним уже дня два нормально поговорить не могу. – у членов академии проходили тренировки почти каждый день, и , обычно, Эйт виделась с Беном и Клаусом по вечерам в столовой или же они заваливались в комнату Бена, пока Грейс не напомнит, что отбой через 5 минут. Но последнее время он говорил,что очень устал. - Отец говорил, что Бену нужно развивать свои способности ещё больше. Походу они проводят дополнительные тренировки. – он уже успел натянуть штаны Эйт, размер у них был один, к тому же, штаны были широкие. - А ты почему не развиваешь свою способность? Она тебе вообще... нравится? Клаус молчал. Его лицо стало хмурым, казалось телом он находился в комнате, а мысли были в воспоминаниях. Темнота, сырость, детские крики и кучи голосов. Внезапно он усмехнулся и слегка покачал головой. -Я же не мазохист. – все, момент ушел, он снова стал обычным и уже привычным Клаусом. Снизу раздался голос. - Академия Амбрелла, ограбление музея и захват заложников на Мичиган-стрит. -Оу, ну все, мне пора! – он подкинул винограднику в воздух и поймал ртом. -Удачи! Удачи. Вечер. Тучи сгущались, Эйт никогда не брали со всеми на задания. Неудивительно, она даже не доказала наличие сил, поэтому сидела в доме и, поговорив около часа с Дейвом, Россом и Линой, заскучала. Раздался звук подъезжающий машины. «Ну наконец-то! Надо перехватить Бена, пока его опять не заставили что-нибудь делать.» - Эйт поймала себя на этих мыслях, за эти месяцы он стал ей хорошим другом. Первым другом за очень долгое время. Бен всегда был к ней добр, не отказывал в поддержке. – «Наверное, вот ,что значит чувствовать себя, как дома. Неважно где, важно с кем» Она выбежала на улицу. Все шли, опустив глаза в пол. Эллисон, Лютер, Диего, Клаус. Ваня посмотрела на Эйт. Скорбь. - Что произошло? Где Бен!? -Клаус, где Бен!? – парень поднял глаза, слёзы не переставали течь. Говорить было невозможно тяжело. - Это провал академии. Бена больше с нами нет. – раздался голос. Он принадлежал Серу Реджинальду Харгривзу. Нельзя было точно сказать расстроен он или же разозлен. Девушка упала на колени. Кто-то из детей пытался к ней подойти, но Монокль приказал разойтись по комнатам, а сам направился заниматься похоронами. Тела не было. Был плачь и повисшая в воздухе общая печаль.