Ты должен умереть, чтобы выжить

«Желание начать новую жизнь — не от хорошей жизни.» Борис Крутиер

•••

      Поттер подскочил на кровати, ударяясь головой об потолок. Не открывая глаз, парень думал: «Мерлин, это всего лишь кошмар, это был сон, и теперь он может спать без страха».       Гарри улегся на кровать, укрываясь одеялом. Он хотел обнять Джинни, но там никого не было.       Быстро подскочил и упал на пол.       — Черт больно. — сказал про себя Гарри.       — Мальчишка, а ну ляг спать, живо! — гаркнул где-то сверху голос тетки.       Гарри скользнул под одеяло, а в это время дядя открыл дверь чулана, осмотрел мальчишку, чьи волосы странно поблескивали в свете луны, тихо фыркнув, и вышел.       Парень выждал пару минут и только потом, в нише стены, нащупал маленький фонарик. Он включил его. Непониманию не было предела, Гарри на мнгновение подумал, что сон продолжается.       Тут в голове все прояснилось, а зрение сфокусировалось в одной точке. Он посмотрел и понял, что находится в чулане под лестницей и каким то образом знает будущее.       Мальчик вспомнил, что где-то под матрасом должен быть календарик, он полез рукой под матрас. Быстро нащупал тонкую картонку и вытащил ее на свет. Он прошел глазами по ней и увидел дату: «Тридцать первое июля, тысяча девятьсот восемьдесят девятый год».        — Ну, с девятилетием тебя, Гарри. — тихо пробормотал мальчик, глядя на дату в календаре.       Парень сел на кровать и задумался: «Интересно, это правда? А может сон? Нет, это точно будущее. И я каким-то образом попал в прошлое. Что это? И что делать? Хотя и чувствовать, что тебе двадцать один, а ты в теле девятилетнего мальца… Как-то странно. Интересно, а Гермиона тоже здесь или она тут ребенок, которым была на первом курсе. А Джордж? И как быть с тем, что он узнал? Вот как действовать? Как узнать что Мио и Джордж тоже переместились в прошлое?».       У Гарри мысли разбегались, а также он начал вспоминать свою жизнь до мелочей. И начал понимать, что все происходящее в его жизни — это манипуляции этого гребаного ублюдка.       «Ну да, если бы не тот белый свет, который вылетел из него, были бы они мертвы. Да, ужасной была моя жизнь. Нужно что-то делать, чтобы снова так не поступить. Можно играть на опережение. Наверное нужно хоть немного поспать.» — были последними мыслями Гарри. Он не думал о предстоящей пытке находится в этом доме и решил дождаться утра.       Парень спрятал календарь, выключил свет и удобно улегся.       Он погрузился в мир сновидений, но сны были столь мимолётны, что казались простым пятном на чёрном фоне. Ну да, как же заснуть, если чувствуешь моральное и физическое истощение.

***

      Проснулся парень от визга тетки:       — А ну вставай, живо! — послышался голос за дверью, и снова Поттер превратился в мальчика на побегушках, пока менять что-либо было необдуманно и рискованно.       Гарри тяжело вздохнул и начал одеваться в старую одежду Дадлика, а мысли уносили его далеко, ведь он думал, что в будущем у него осталась своя одежда, хоть и для взрослой версии себя, но дядя сбил его с соображений своими криками.       — Где тебя носит, выродок? Завтрак не готов! — Старое утреннее приветствие от которого Поттер уже отвык.       Он вышел из чулана и поплелся на кухню готовить завтрак своей сумасшедшей семейке, жалея, что он не может пригрозить им ничем, чтобы от него отстали до поступления в Хогвартс. Из холодильника парень достал парочку порезанных кусочков бекона и где-то семь яиц, чтобы прокормить эту вальяжную семейку. Он включил плиту, поставив на нее сковородку. Разложив ингридиениы в нужном порядке, Гарри до сих пор пытался расставить всё по полкам в своей голове.       Пока яичница дожаривалась, он быстро нарезал хлеб, чтобы сделать тосты.       Вот уже через пару минут завтрак был готовым. В доме вкусно пахло, из-за этого на кухню примчались Дадли и дядя.       Гарри быстро разложил все на тарелки, налил сока и незаметно взял себе немного еды на время, когда он проголодается. Чтобы не испытывать судьбу, быстрым шагом преодолел расстояние с кухни до чулана.       Он быстро скрылся за дверью в чулан. Сел на кровать и начал погружаться в свои мысли, обдумывая ситуацию. Начал анализировать все случившееся и искать ответы на свои вопросы, на которые не успевал отвечать, ведь сразу возникало еще пять других, которые сбивали его. Так, не размеренно парниша начал забываться тревожным сном.

•••

      Джордж открыл свои глаза. Последнее, что он видел, это свет, который исходил от Гарри и тщеславные улыбки от своих родственников. Это был такой реалистичный сон. Он повернулся и увидел рыжие волосы на подушке, воспоминания о брате были болезненные.       «Наверное Рон снова лег в его комнате. Он же часто так делает.» — пронеслось в голове рыжего.       Он закрыл глаза и думал про кошмар.       Минут пять он так лежал, а потом повернулся на бок и увидел Фреда. Снова ему хочется плакать и кричать, когда парень вспоминает, что его брат больше никогда не будет рядом. Они же знали друг друга наизусть, все привычки, шутки, можно сказать сказать были половинками одного целого. Были магическими близнецами, которые не могут жить друг без друга. И снова у него появляются вопросы: «Почему Фред его покинул? Почему я не смог его спасти?»       Наверное у него развились галлюцинации.       Парень встал и начал осматривать комнату в поисках одежды. Он прикрыл глаза и снова начали проноситься воспоминания, что в их Норе были более красивые и дорогие обои, а не как тут, покрытые еще какой-то маггловской краской.       Стоп!       Понимание покинуло его. Раньше, такая же комната была у них с Фредом в Норе. Они сами в гараже у отца нашли банку яркого цвета маггловской краски и решили разнообразить свою комнату. Ох, и знатно им потом влетело от матери за это!       Такие радостные воспоминания… Вдруг он решил проверить, не сон ли это. И посмотреть кто это там так сладко спит. Рон? Быстро ущипнул себя, он понял что это не сон. Подойдя к кровати, он увидел реального Фреда! На глазах выступили слезы, он обнимает своего брата, чувствуя, как тот просыпается.       — Ты жив... — бормочет он, не веря своим глазам.       Перед глазами снова проскальзывают воспоминания, как его близнец вдруг падает от какого-то заклинания с грустной улыбкой, а глаза становятся стеклянными, что означает, душа ушла в царство мертвых и его уже не вернуть. Эта улыбка и остекленевшие глаза — последние, что видит Джордж перед тем, как кануть в пучину депрессии. После этого яркие краски покинули его жизнь, а потом она вообще стала черно-белой с оттенками серого, лишенной какого-либо смысла.       А сейчас перед ним живой и любимый брат. Джордж чувствует, как Фред возится, пытается выпутаться из его объятий, но он не дает. Боится, что это все исчезнет. Но он-то знает, что его Фред жив, но на самом краю сознания возникает мысли «почему?».       — Что происходит, Фордж! — слышится от Фреда. Он все-таки выпутывается из объятий и смотрит на Джорджа. Он сейчас выглядит как подросток.       И эти слова помогают Джорджу вернуться в реальность. А почему же они сейчас похожи на детей? Минуты три парень сидел и смотрел на стену остекленевшим взглядом.       — Фред. — проговаривает Джордж и замолкает. И что он сейчас ему скажет? Да, они доверяют друг другу, но эта история кажется чем-то невероятным. Но надо все равно попробовать, это же его брат, он все поймет. — Я сейчас тебе расскажу кое-что, ты только не пугайся, ладно?       Брат медленно кивает, и Джордж начинает рассказ. Он пропускает момент со смертью Фреда, лишь бы не вспоминать все это заново. Когда рассказ кончается, Дред смотрит на своего брата думая, что младший из близнецов просто шутит над ним… Нет, ведь близнецы всегда остро чувствовали друг друга, все эмоции и чувства, а также могли различать, когда говорили правду и ложь. И Фред понимает, что его братец не шутит, его слова правдивы, но старший из близнецов продолжает все отрицать, и только через время парень приходит в себя.       — Мда. — произносит Фред, тяжело вздыхая. — Сложно в это поверить, как же — Дамблдор и такое вытворять! И наша семья тоже хороша. Хотя, я еще не до конца в это верю, но к сожалению, я не вижу смысла тебе врать, Фордж. Я был с ними, я прав? И ты просто не хочешь думать, что я на такое способен?       Джордж замолкает и отводит взгляд. Признаваться не хочется, но надо, ведь он знает, что рано или поздно его брат поймет. А ведь братишка подумал про худшую из зол и было бы легче, если это была бы правда, тогда бы он был жив, а то, что он предал бы… Нет, Фред никогда не предаст его. Эта мысль грела душу, отвлекаясь от мысли про смерть брата.       — Эй, Джордж! Все настолько плохо? Я уже боюсь! Я был вторым порождением Темного Лорда? — шутил старший из близнецов Уизли, скрывая боль, что он будет фанатеть от смертей друзей. Он даже не думал про другой исход событий.       Джордж вздрогнул и тихо заговорил: «ты был мертв. — а потом, с надеждой в голосе, быстро продолжает. — Но в этот раз все будет по-другому!»       — ... — тишина нависла над братьями. Он на несколько секунд застывает, не двигается, видимо, пытаясь осмыслить ситуацию. — Надеюсь — Наконец тихо произносит Фред. Джордж касается рукой его плеча в успокаивающем жесте. Тот лишь кивает, закрывает глаза, а потом вдруг быстро их распахивает и говорит уже более веселым тоном. — Тебе же надо знать в каком мы времени, да? Сегодня, тридцать первое июля тысяча девятьсот восемьдесят девятого года. Скоро мы приедем в Хогвартс.       Джордж грустно улыбается, осматривая своего брата. Сейчас он пытается справиться с потрясением, пряча свои эмоции, но может так и лучше. Они попали в прошлое, видимо, из-за Гарри. А от кого же еще шел тот яркий белый свет? Может от Гермионы или от него? Да нет, вроде бы. Но теперь можно всё исправить. Только нужно знать здесь ли ребята, но решил немного позже подумать, сказав Фреду: «Пошли на улицу».

•••

       — Ааа-а-а! — закричала Гермиона, вскакивая с кровати. Сердце бешено стучало, а глаза застилал пот. — Мерлин, это всего лишь кошмар!       Забравшись под одеяло, девушка закрыла глаза, пытаясь унять выпрыгивающее сердце.       Вдруг вздрогнув, девушка резко поднялась на локтях, осматривая все вокруг.       Она находилась в странном помещении, которое не напоминало ее с Роном комнату в Норе. Постельное белье было совсем другого цвета, чем дома, и оно не было таким, каким она покупала его в Косом Переулке, потому что Рон, хоть и хотел спать на шелке, но не мог себе позволить.       Едва не заикаясь от страха, девушка вздрогнула от звука отворившейся двери. Комнату залил приятный желтый свет электрической лампочки с коридора.       — Гермиона, что случилось? — в комнату вошла высокая, худая женщина.       — Мамуся… Ты? Это ты? — с расширенными глазами спросила Гермиона.       — Что-то не так? — участливо спросила Джин Грейнджер, прикрывая дверь.       — Н-нет… — заикаясь, девочка оглядела комнату, натыкаясь взглядом на зеркало. — Все хорошо… — неуверенно сказала Гермиона, но когда она увидела свое отражение: перепуганная маленькая девочка десяти лет, со взъерошенными волосами и карими глазами, которые затмеваются чёрными зрачками, — вздрогнула, и перевела взгляд на уровень глаз матери. Инстинктивное поведение малышки женщина не заметила или не предала этому значения, но когда мать увидела ужас в глазах ребенка, содрогнулась, резко оборачиваясь и смотря назад, но к сожалению ничего не увидела.       Женщина средних лет видела, что с девочка отчего-то напугана, и хотела про это спросить. Подумала, как правильно поставить вопрос, чтобы еще больше не испугать свою малышку. Ничего не решив, спросила все, как есть: — Что такое, милая? Тебе, наверное, приснился кошмар?       — Д-да, мама… — Гермиона отпустила голову, опрокидывалась на подушку.       Голова нещадно болела от многочисленных криков и потерянности от всей этой ситуации, ведь она понимала, что стерла родителям память, а потом так и не смогла ее возвратить. Также малышку напрягала ситуация с внешним видом, ведь ей было уже двадцать два.       Что же случилось — задавала она себе один и тот же вопрос, и так не смогла на него ответить, но быстро пришла в себя, услышав голос матери:        — Ничего не бойся, моя смелая девочка! — добро улыбнулась Джин, шепча ласковые слова на ушко девочки.       — Да, хорошо, — вздохнула Гермиона.       — Ложись милая, я рядом, буду охранять твой сон. — тихо сказала женщина и начала тихонько напевать колыбельную, которую пела девочке, когда та была младенцем.. Послышались родные строчки:

Спи, моя радость, усни. В доме погасли огни,

«А который час?» — Пыталась отогнать негативные мысли задавая глупые вопрос Гермиона.

Глазки скорее сомкни,

Спи, моя радость, усни

«Пока нечего боятся, так ведь?» — Слушала слова колыбельной девочка. В доме всё стихло давно В погребе в кухне темно Дверь ни одна не скрипит, Мышка за печкою спит.

«Как же здесь тихо и спокойно» — Отвлеклась от слов,что напевала мама продолжала погружаться в мысли юная Грейнджер Сладко мой птенчик живет: Нет ни тревог ни забот, Вдоволь игрушек, сластей, Вдоволь весёлых затей.

«Мне подарили шанс всё исправить, я не упущу его!»

      Девочка и не заметила, как погрузилась в сон, она тихо сопела. Мамин голос помогал всегда, он зачаровывал ее с младенчества, а может, это просто из-за того, что она скучала за ней или не обнимала ее давно.       С мамой она чувствовала себя защищенной, даже если сейчас начнется война, девочке не было бы страшно. Ведь самое главное — мама ее обнимала. И прошла бы с ней и огонь, и воду.

°°°

«Я боюсь на свете одного, того, что я приду однажды домой, скажу «мам я дома», а в ответ услышу только тишину»

°°°

      Девочка проснулась уже днем, когда матери рядом не было. В доме была тишина. Гермиона думала, что это все шутка и просто игра воображения. Ведь все это было в далеком прошлом, когда она была маленькой девочкой, которая интересовалась только чтением книг и отсутствием друзей, ведь они ее обижали, задирали или не настолько образованы, как она. Если об этом думать, то причины отсутствия товарищей ребенка было две: старшие не хотели играть с ней из-за возраста, а младшие из-за ее любви к изучению всего нового и отсутствием интереса к играм. Миона тогда тянулась к взрослым и приобрела привычку высокомерия, и обращение к учителям, ведь каждый хотел ее задеть. Уже в свои десять, она была старше некоторых подростков и умела находить выходы из ситуаций, с которыми не мог справиться и взрослый. На тот момент, ее мама работала дантистом, была очень квалифицирована, а отец имел свой бизнес, — пару платных клиник, которые были очень успешными. Заработок был стабильный, всегда.        Но потом приходила в себя, видя изменения вокруг, а если думать о прошлом… Она после войны никогда не возвращалась в отчий дом, ведь он был напоминанием тяжелого решения ситуации, в которую попала тогда Гермиона.       Она тихо поднялась с кровати и прошлась по своей комнате взглядом, подмечая малейшие изменения, которые поменялись, когда Гермиона пошла в Хогвартс.       Вон там был стеллаж с книгами, которые она бережно хранила и к которым еще не присоединились магические учебники и словари, а на тумбочке не лежала палочка, как когда-то в подростковое время. На большом подоконнике лежало одеяло, подушка и открытая книга. Слева от кровати стоял мощный шкаф для одежды, а напротив него, рядом с окном, письменный стол с небольшим беспорядком и маленький пуфик.       Это комната хранила много ее воспоминаний, эмоций, страхов и переживаний… Ведь мама пела колыбели возле окна, когда та еще была совсем малышкой или как отец, сидя на подоконнике, читал ей очередную книгу, погружая их в выдуманный мир науки, а может и мир фантазии. Или воспоминания, как мать расчесывала ее буйные волосы и небольшие битвы подушками. В душе открывалась кровоточащая рана, которая несла боль. Она сильно любила своих родителей, и хотела, чтобы они были в безопасности.       Им так и не смогли вернуть память…       Комната была в точности, как в детстве. Ноги девочки подкосились и она упала на колени, тихо плача, ведь Гермиона все время душила боль, пыталась ее засунуть в дальний уголок своей души, зарываясь в свою работу, в трудности других. Никому не показывала свою слабость, печаль. Никто не помогал ей, ведь она кричала беззвучно, никого не привлекая к своим проблемам.       Сколько так просидела, девочка не знала, может час, а может и больше. Ей было плевать. Даже если кто-то нападет на нее, она бы приняла поражение и отдалась в лапы смерти. Ведь все знаю, что боль душевная сильнее физической. Все-таки, если вторую можно залечить, то первая будет прогрессировать, разрушая все.       Все же девочка поднялась с пола и на гнущихся ногах пошла в ванную умыться, чтобы никто не видел ее слабости. Она же за все время научилась носить маски и играть ей отведенные роли: любящей жены, идеального работника... Никто же не видит душу… А зачем она? Ну, конечно, это риторический вопрос, ведь все смотрят на внешность, ум, но не на душу.       Может из-за этого мы становимся лицемерами?       Она тихим шагом вышла из ванной и начала проходить от одной стороны комнаты до другой, останавливаясь на зеркале и смотря на свое отражение удивлённым взглядом, ее мысли уносились далеко:       «Все таки чья-то шутка удалась и сон такой реалистичный. Ведь мне двадцать два.» — все крутилось у нее в голове, ведь она была как раньше, как в детстве.       Когда она пришла в себя, то начала обдумывать ситуацию с самого начала до конца, не отвлекаясь на чувства, ведь ум, при любых обстоятельствах выигрывал. Гермиона собиралась проверить данные и полностью провести анализ положения, в которое она попала.       Найдя календарь, смотрела дату: «тридцать первое июля, тысяча девятьсот восемьдесят девятый год». Количество вопросов все возрастало, а ответов? Как будто все выбили с головы. Но собрав все воедино, начала думать, если бы кто-то мог увидеть ее в данный момент, услышали бы, как крутятся шестеренки в голове.       Наверное она там простояла большое количество времени, потому что родители вернулись домой. Такое чувство, что она выпала из реальности, но даже в такой ситуации она видела цепочки, соединяла их во едино. Все ее думы сводились к тому, что Гарри смог сделать магический откат, и они попали в прошлое. Но она все же не понимала, как они переместились где-то на одиннадцать лет назад. Ведь самое максимальное время, когда переместился путешественник во времени, было шесть лет, воспоминание от чтения книги про Магические явления и временные петли.       Вопросы, на которые у нее были ответы, она записала в обычную, толстую тетрадь в линейку, и с помощью стихийной магии заколдовать строки, которые она написала до этого, чтобы никто не видел. Не на многие вопросы были ответы… Но сами вопросы она записала, чтобы потом их с кем-то обговорить. Также, она придумала небольшой план на первое время, и решила рискнуть, написав письма Гарри и близнецам, потому что если ее догадки были правдивы, то мальчики должны помнить будущее, а Фордж от своего брата-близнеца не мог утаить ничего.

°°°

«В новой жизни мне пригодится многое, в том числе и ошибки прошлого». А ведь правда, что в новой жизни ребят им пригодится все, что было в их прошлом под названием: «Будущее». И уже точно друг станет врагом, а враг — другом, поскольку высказывание — «Враг моего врага — мой друг» — правдиво

°°°

      Девочка решила не показывать родителям, что что-то случилось, а вести себя как ребенок. Зачем их тревожить?       Услышав, что кто-то поднимается по лестнице, взяла книгу с подоконника и села на пуфик рядом со столом.       В комнату зашел отец.       — Милая, мама говорила, что сегодня тебе приснился кошмар. Что такого ты страшного прочитала или посмотрела? — поинтересовался обеспокоенный отец семейства Грейнджеров.        — Па, это же обычный кошмар. Все нормально — веселым тоном ответила ему Гермиона.        — Милая, а ты помнишь, что помогает справиться со страхом от кошмара? — спросил веселящим голосом мужчина.        — Смех. — не думая ответила Миона, только потом увидела чертей в глазах своего отца.       Девочка быстро пустилась в бег, смеясь, а за ней ее отец. Догнал Гермиону Джейс в гостиной, уложив ее на ворсовой ковер, начал щекотать и смеяться с попыток Мионы вырваться.       Дом наполнился чистым детским и взрослым смехом.        — Ах-ха-ха. Па, перестань. Я уже устала смеяться! — говорила девочка, пытаясь снова вырваться, но попытка не удалась.       — Ведете себя, как дети малые, — сказала, выходя из кухни, мать семейства, с легкой улыбкой и уже строгим голосом продолжила. — бегом кушать, а то все остынет.       — Есть капитан! — как солдаты приняли приказ отец и дочка, и все вместе рассмеялись с этого.       В тот вечер в доме у Грейнджеров в воздухе витал дух счастья, радости. Всё это напоминало ту самую семейку из рекламы кисломолочных продуктов.       Ложились спать все поздно, ведь весь вечер они веселились и вспоминали детство малышки Гермионы и их молодость. Под конец, Гермиону отец нес на руках в комнату, потому что она уснула на диване.

°°°

      

«Папа разбил бокал, мама сказала, что на счастье, и родители засмеялись. Я сделал выводы, и когда родители ненадолго ушли, я разбил все, до чего смог дотянутся. Квартира наполнилась ароматом счастья. В предвкушении я уселся ждать возвращения родителей. Мама плакала, папа смеялся — система дала сбой. Этот мир не так прост.»

°°°

«Ведь родители — самые лучшие друзья. В глаза ругают. А за спиной утверждают всем, что вы — самый лучший. Которые остаются с тобой на вечно, даже умирая, все-таки сердце помнит их.»