Я скучал.

Восстанавливая дыхание, Тимур силился понять, что вообще произошло сейчас. Он все так же висел на Артуре, обхватив того за шею. — Тим… — Отпусти, — шепотом произнёс Тимур, начиная осознавать реальность. Он был дико смущён и в какой-то степени даже немного разозлён — на себя. Бесхребетное чмо, которое готово кинуться в объятия первого попавшегося мужика, что посмотрит на тебя. Тут же Артур поставил Тимура на пол, ноги слегка не слушались его. Парень стал лихорадочно приводить себя в порядок, заправляя член обратно в трусы и застегивая штаны. Ничего не сказав, он пулей вылетел из комнаты. — Тим, стой! — услышал парень у себя за спиной, но останавливаться не собирался. Громкая музыка резко обрушилась на Тимура, а свет его просто ослепил после непроглядной темноты. Он наугад быстрым шагом продвигался к коридору, наступая, наверное, всем на ноги, но тому уже было совершенно плевать. Он хотел убраться из этого места, больше ноги не будет его на этих вечеринках. В коридор он влетел как ошпаренный. Отыскав свою брошенную несчастную куртку на все том же пуфике, он уже потянулся к двери, как она сама открылась, а на пороге появился Мишка. Как всегда вовремя, блять. — Тим, ты чего? Куда… а что с тобой? — ошарашено произнёс он, запинаясь и рассматривая Тимура. — Что со мной? — прошипел аки змея Тимур. — Иди нахуй. Проходя мимо ничего не понимающего друга, он задел того плечом и вылетел из квартиры. Лифт он проигнорировал и побежал вниз по ступенькам, чтобы хоть как-то унять рвущуюся наружу злость. Не на друга, нет, на себя. За то, что не смог остановиться. За то, что так сильно понравилось. За то, что хотел бы продолжить дальше, не останавливаться. Хотел всю ночь, страстно и горячо. Хотел, чтобы сильные руки сжимали его до боли, до синяков, чтобы не отпускали. Он не мог обосновать эту дикую страсть, накрывшую его. Как добрался до дома Тимур не запомнил, но осенняя прохлада немного остудила его разум. Стараясь как можно тише открыть дверь, он как на зло не мог попасть в замочную скважину. Неожиданно дверь открывается, на пороге появляется тётя. — Тимур, какого хера? От шока парень и слова не мог вымолвить, уставившись на Аню, что стояла в халате и тапочках. — А что, уже час? — икнул парень, не решаясь зайти в квартиру, такой он ее ещё не видел. — Уже, блять, почти три! Ты где шлялся? — Я у Мишки был в гостях, — пожал плечами Тимур, все же заходя в квартиру. — Ты себя видел вообще? Это тебя Мишка пытался сожрать? — хмыкнула уже немного успокоившаяся Анька, рассматривая парня. — В смысле? — не понял Тим и подошёл к рядом стоящему зеркалу. На него из зеркала смотрел не Тимур: взъерошенные волосы, припухшие губы в ссадинах, вся шея просто усыпана засосами, живого места нет, глаза шальные, да ещё и алкоголем разит, наверное, знатно. — Ебаный в рот, — выдохнул он, прикрывая глаза и вспоминая все, что с ним творил Артур. — У кого-то появилась подружка? — подвигала бровями Анька, немного смягчаясь. — А, да нет. Ну, то есть да, черт, — он ещё сильнее взъерошил свои волосы, совсем запутавшись. — Я спать. Спокойной ночи, Ань, - произнёс Тимур уже на ходу, направляясь в свою комнату стремительным шагом, слыша в след хмыканье. — Завтра поговорим, спокойной. Закрыв за собой дверь, Тим прислонился к ней спиной и обессиленно простонал. «Блять, блять, блять» — билось набатом в голове у парня. Нужно было ложиться спать, глаза нещадно слипались. Денёк был тяжелым и насыщенным, поэтому ему хватило сил только на то, чтобы раздеться. Как только голова коснулась подушки, Тимур уснул. ***** Утро для парня было самым ужасным в его жизни. Голова трещала, во рту будто сто котов насрало, а глаза невероятно щипало. Он тихо простонал, от чего голова разболелась ещё сильнее. — Ох, блять… — Тим, наверное, никогда в жизни так много не матерился, и не пил. Кое-как собрав свои конечности, он сел на кровати. Посидев пару минут, уняв легкую тошноту, Тимур окончательно поднялся. Вот почему, когда кто-то много пьёт, ничего не помнит, а парень помнит все? Это несправедливо, теперь ему было стыдно смотреть в глаза Ане после его выходки. Есть, конечно, вариант, что у неё какая-нибудь запись на сегодня на работе, парень на это надеялся. Выйдя из комнаты, он прислушался. Вроде было все тихо, но все равно крадучись он добрался до кухни. Вот там-то и поджидала его тетя. «Блять» — снова пронеслось в его больной голове. — Доброго утра, алкашня, — преувеличенно бодро и громко произнесла Анька, сидя за столом и попивая кофе. — Господи, что ж ты так кричишь? — схватился Тимур за голову, проходя к чайнику, проверяя, горячий он или нет. — А чтобы некоторым не особо хорошо жилось, — хмыкнула она, гипнотизируя спину Тимура, что наводил кофе. — Извини, что так получилось. Я не хотел, — повинился он, с кружкой садясь за стол напротив неё. — Так, иди сначала умойся и сними линзы, глаза как у нарика, а я пока приготовлю что-нибудь. — Ты уверена? — с подозрением спросил Тимур, косясь на неё. Какая-то она странная, не к добру это. — Уверена, шуруй. Парень послушался и сбежал в ванную, прихватив из комнаты очки. Да, красавчик невъебенный просто. Губы опухли, синяки на шее выделялись фиолетовыми пятнами, а глаза, и правда, как у нарика были. Ещё и волосы в таком беспорядке, что непонятно, как их разодрать. Решив полностью ополоснуться, он с трудом снял линзы и залез в душевую. По его ощущениям, он провёл там целую вечность, отмокая. Но, что странно, душ ему помог, парень стал лучше себя чувствовать. Естественно, кофе, который он зачем-то навёл (скорее для того, чтобы отвернуться от Аньки) уже остыл. Поэтому вернувшись на кухню, он увидел дымящуюся кружку, бутерброды на тарелке и таблетки. «Моя тётя святая» — подумал Тимур, усаживаясь за стол и тут же выпивая таблетку. — Спасибо тебе огромное, что бы я без тебя делал, Ань. — За это ты мне должен подробный рассказ своего внезапного загула, — произнесла она. — Да нечего рассказывать, я потерялся во времени. Извини, такого не будет больше, — проговорил быстро Тим, запихивая в себя бутерброд, запивая его кофе. — Ага, а то, что ты мне соврал, что будешь сидеть с Мишкой? — Так я не соврал, мы сидели у нас сначала, а потом пошли гулять, — пожал плечами он, стараясь не смотреть на тётю. — И что же за прекрасная нимфа растопило холодное сердце нашего Тимура? А вот с этого парень подахринел немного. Никогда с Анькой они не обсуждали такие личные темы, да и вообще не особо разговаривали. Просто перебрасывались дежурными фразами, а тут допрос с пристрастиями. — Ань, я даже не помню кто это был, ты самая видела какой я пришёл, — уклончиво ответил он, стараясь перевести тему. — Ладно, не хочешь, не говори. Пытать не буду, но главное помни про такую замечательную вещь, как презервативы, — подмигнула она и вышла из кухни. А Тимур теперь сидел красный как помидор. Подсознание предательски подкидывало картинки вчерашнего вечера: горячие руки, влажные поцелуи и оглушающий оргазм. Только вспомнив это, у Тимура встал. «Блять» — Тим, у меня клиентка на два часа дня, так что я уже ухожу. Буду поздно, можешь не ждать, — предупредила Анька из ванной. — Хорошо, — отозвался парень, пытаясь унять возбуждение. Тетя быстро собралась и ушла, а Тимур тут же побежал утихомиривать свое естество. Он представлял себе, как Артур мокро целует его, долго и медленно, а после разворачивает его спиной к себе и оглаживает зад, сминая. И этого Тимуру хватило, чтобы почти сразу кончить с тихим «Арт». Пришлось снова воспользоваться душем, потому что он забрызгал спермой себя и домашнюю одежду. В этот раз Тимур долго не задерживался в душе, наспех ополоснувшись просто. Стоя в одном полотенце на бёдрах, парень надел очки сразу. И ахуел в момент, именно ахуел. На его боках были синяки, несколько больших и маленькие, от пальцев скорее всего. Тимур вспомнил, что Арт сильно сжимал его, но тогда он не думал, что настолько сильно. Неожиданно в дверь позвонили, Тимур подумал, что Анька что-то забыла и кинулся открывать в чём был. — Ань, что… — Тим открыл дверь, даже не посмотрев в глазок, и зря. На пороге стоял Мишка. На лице у того красовался огромный синяк под глазом и была рассечена бровь. Тимур смотрел на него в ожидании объяснений, зачем он вообще приперся. — Тим, прости меня. Не нужно было звать тебя на тусу, — друг смотрел на тело Тимура не отрываясь, разглядывая синяки разных размеров. — Только скажи, что это он сделал, ему хана. — А с тобой что? Об косяк ударился? — Можно я войду? — виновато морщась, произнёс Мишка. — Проходи, — пожал плечами парень, пропуская друга в квартиру. Мишка знает, где что находится, поэтому просто, ничего не говоря, пошёл к себе в комнату одеваться. Напялил майку чёрную и какие-то треники старые, трусы не нашёл — Анька так и не постирала. «Блять» Друг оказался на кухне, где на столе ещё стояла кружка недопитого кофе и пустая тарелка. Как только Тимур вошёл, Мишка вскочил с места непонятно зачем. — Что ты скачешь? Не мельтеши, и так башка кругом, — осадил его Тим, усаживаясь напротив. — Ну и? — Скажи мне, что у вас с Артуром произошло. Я места себе не могу найти никак, Тим, — друг закрыл лицо ладонями и шумно выдохнул. — Я и сам не понял до конца, наверное, — смущенно немного произнес Тимур. — В каком это смысле? — Ты знал, что Артур гей? Мишка убрал ладони от лица и посмотрел на друга долгим взглядом. — Блять, это засосы? Его? — произнёс Мишка, и в ту же секунду в каком-то бешеном порыве скинул с силой несчастную кружку со стола. Тимур вздрогнул от громкого звука разбившейся кружки. Он не мог понять, что происходит с другом, почему тот так злится. Нет, чтобы порадоваться за друга. Хотя, сам Тим так и не понял, что это была за хрень. Артур вёл себя минимум странно, все эти слова про то, что он невероятный врезались в память. Они всплывали периодически у него в голове и почему-то грели душу, заставляя смущаться даже от воспоминаний. Никого ещё так не крыло от Тимура, да и его самого. — Миш, меня напрягает твоё поведение, — хмуро произнёс парень, вставая, чтобы достать веник и совок. Друг перехватывает его на полупути за руку, больно схватив у локтя. Тимур зашипел, выдергивая с силой свою бедную руку, на которой также были синяки. Вечер зря не прошёл, Тим весь в синяках, будто был на боях без правил. Что за хрень происходит? — Убирайся отсюда, — проговорил Тимур, все же беря веник и совок, начиная убирать остатки кружки. — Что вы делали в той комнате? — пристально наблюдая за действиями друга, произнёс Миша. Зрачки его были расширенными, а руками он постоянно взъерошивал волосы, которые и так были в полном беспорядке. — Почему я должен тебе что-то говорить? По-моему, тебе всё уже доложила Кира, нет? Ты же приставил ее за мной следить. Друг как-то немного сдулся, усаживаясь обратно на стул. Тимур снова поставил чайник греться, доставая две кружки. — Вот сучка, сдала всё-таки. Ну прости, я не хотел, чтобы ты во что-то вляпался. — Почему у меня складывается такое ощущение, что уже? — Ты с ним спал? Тимур покраснел от этого вопроса, что даже уши, наверное, стали красными. Он украдкой обернулся к другу, тот все так же пристально за ним наблюдал. — А что, если да? — Если да, я пойду и набью ему морду, — прорычал друг, стукнув кулаком по столу. — Нам было с ним хорошо, это все, что я тебе скажу, — сказал Тим, ставя кружки на стол. — Пей, это чай с мятой. — Тимур, послушай меня сейчас внимательно. Ты не должен больше видеться с Артуром, ни при каких обстоятельствах. — С какого это хрена? — спросил Тим, уже начиная закипать от этого допроса, ему хватило Анькиного. Он очень хотел повторения, до колик в кончиках пальцев, вспоминая все то, что творил Артур своими сильными руками. Но и боялся, как тот на него влияет. Тимур будто превращается в желе рядом с ним, а мозги напрочь отключаются. Больше парень не злился на себя из-за бесхребетности, то было мимолетное чувство. Сейчас же он здраво рассуждал, что они просто оба этого хотели, и избежать не получилось бы, слишком сильным был накал. — Пообещай мне, пожалуйста. Поклянись, — почти умоляюще просил друг, обхватывая кружку руками. — Я не могу тебе этого обещать, прости. — Почему? — Я не знаю, как повернётся судьба. Артур… он… я не знаю, как сказать, меня тянет к нему. Я хотел этого сам, пойми. — Я понял тебя, просто будь осторожней. Я пойду, пожалуй. Он ушёл, не дожидаясь ответа от парня. Мишка будто старался не смотреть на него, хотя до этого пристально рассматривал, не отрываясь. С его другом было что-то не так. Тимур решил выждать пару дней и потом поговорить нормально с Мишкой, сейчас тот был на взводе, хотя и не понимал почему. Парень остался один в кухне с кружкой чая. Он все размышлял и размышлял, что в итоге успокоившаяся головная боль снова вернулась. На часах уже было почти пять часов вечера. Ходить без трусов было не особо удобно, поэтому он закинул в стиралку вещи пошёл делать уроки на завтра.