В конце войны

*тремя днями ранее*

В самом крайнем доме деревни часы тикают на стене, дрова потрескивают в печи, на стене ковёр, расшитый разными незамысловатыми узорами, а у елового стола посреди комнаты, обговаривая план дальнейших действий, стоят генерал, два майора и он - Советский Союз, в своей неизменной шинели и шапке-ушанке. За окном виден лес и звёзды. Отвлекшись от карты, комуннист смотрел в окно. Но вот на дереве мелькнула тень, очень знакомая тень. Русский сразу узнал немецкую форму, но поспешных выводов делать не стал, вдруг это не Третий, а эсэсовец какой-нибудь, или просто солдат, стащивший форму и пытавшийся выжить. - Товарищ Союз, вы куда?,- русский уже собирал вещмешок,- нам нужно ваше мнение и, в конце концов, мы не посмеем и шага сделать без вашего ведома. - Я там ребёнка увидел, думаю догнать и вернуть в деревню,- почему не сказал правду? Потому, что, если скажет, что увидел солдата и на несколько дней пропадёт, за ним отправят кого-то, кто без разбора застрелит того, кто будет рядом с Союзом, а сам русский хотел провести несколько дней на своей даче, что находится неподалёку. - Так от чего же он бежал?,- спросил один из майоров. - От нас. Немец он, это и ежу понятно..,- вступил в разговор второй. - Правильно,- Совет тем временем уже успел положить в рюкзак пару банок консервов, буханку хлеба, воды и фонарик,- поэтому вы обживайтесь пока тут, а я за ним схожу. И правильно,- перевёл взгляд на генерала,- без моего ведома ни ногой. - Товарищ Союз, возьмите,- первый майор протягивает Совку горсть шоколадных конфет - дитю понравится. - Благодарю,- русский закинул сладости в карман рюкзака и вышел из дома. "Надеюсь я смогу его догнать" пронеслось в голове у коммуниста. "О, следы! Удивительно, что они остались на этой сухой земле." Союз, в отличие от Рейха, не бежал, а шёл быстрым шагом, делая привалы для короткого сна и перекуса. Может, именно потому, что он не бежал бездумно, даже не смотря по сторонам, потому, что не морил себя голодом и жаждой, потому, что не выматывал себя непрерывным бегом, в конце концов потому, что он был выносливее и выше Рейха на головы полторы, когда пошел дождь, русский был уже метров в пятидесяти от этого немца. "Это он.??" Пронеслось в голове у русского, когда на горизонте показался силуэт. - Ааа!!.,- послышалось впереди. "Рейх!?" Русский подбежал к источнику звука. Перед его глазами возникла следующая картина: весь грязный, промокший насквозь и без сознания, лежит немец облокотившись на дерево, а с его затылка на белую, измазанную в грязи рубашку, стекает густая свежая кровь. - ..Рейх? "Что вообще случилось?? Как можно было так упасть? Повезло ещё, что я шёл следом.. Так, вроде моя дача в метрах ста от сюда.. Значит, идём туда! По крайней мере, он не останется здесь и не будет в плену, ну, это в том случае, если за мной уже кого-то отправили.." Так он и поступил: перевязал чем было, голову Рейха, взял раненого на руки и понёс к хижине. "Судя по его весу и выпирающим рёбрам, он нормально не ел уже около недели; а судя по сухим потрескавшимся губам и такой же коже, он ещё и мало пил. Откуда у него вообще силы бежать взялись?!" Русский, размышляя, дошёл до избы, в то время как немец лежал у него на руках, сжимаясь в клубок и периодически вздрагивая от холода. Союз зашёл в дом, снял с себя и немца промокшую одежду, уложил Рейха на старый диван и стал делать разные дела по дому: сперва он разжёг печь и наложил новую повязку горе-беглецу; потом заглянул в погреб, к его удивлению, в нём ещё остались лежать старые закрутки и консервы, то есть на ужин у них были хлеб, огурцы с помидорами солёные; несколько конфет и чай, который Союз уже начал заваривать. Довольно неплохо, особенно если учитывать какое сейчас время.! Открыв сосновый шкаф, русский обнаружил в нём старый плед, которым и накрыл гостя. Он огляделся. За окном льёт дождь, да такой, что плохой хозяин не только собаку, но и тараканов не выпустит; сверкают молнии, грохочет гром, а в доме на столе дымится самовар, потрескивают поленья в пламени, размеренно тикают старинные часы с кукушкой, а на диване, словно огороженный от всех бед, мирно сопит маленький комочек нацизма.. "Давно не было так спокойно и легко на душе.. Вот бы так было всегда..!"