Последний столп: потерянная девушка. Том 1

       Я была против, чтобы меня носили на руках. Но мне помощь не помешала бы, ведь не знаю где находится эта больница и вправду устала, что могу вяло упасть, если сделаю несколько шагов. Согласилась, что приму помощь этого мальчишки, но при одном условии, если Мацуба тоже поможет. Я накинула свои руки на их шеи, передвигалась, опираясь. Полпути блондинка умоляла меня, что бы я выкинула эту вампирскую шпагу к чертям собачьем, и жаловалась, что она ей мешает. Но я на стояла на своем, что это оружие самой нужно в одном дельце. Такой вид оружии мне вправду нужен, я же мечник конце то концов.       Когда мы добрались. Больница была на вид, не очень. Трещины были видны, высохший мох где-то, цвет здании тусклый и съевший солнцем. А внутри прохладно чем снаружи. В коридоре исходят голоса более двух человек и знакомый запах медециских препаратов. Такой родной запах, как в моем поместье Бабочки, что начинаю вспоминать Аой, Канао и других, и не только их, но ещё моих родителей, они были врачами, которые имели невероятный талант в создании лекарств. — Шиноа, — начала Мацуба с серьезными видом, — Не могу поверить в это, что сегодняшний день был ужасным. Ты собрались забрать любого кровожадного кровопийца к себе, как бездомного безобидного котёнка. Мы не смогли выполнить приказ, который дал нам полковник. Уверена, что отряд Макото доложит начальству об всём, случившейся. После этого как ты можешь так спокойно и постоянно улыбаться, Шиноа? Разве тебе это не волнует? Такое чувство, что ты смеёшься над нами. Видишь в этом забавным?       Ага, мне только эти проблемы волнует. Мне наплевать на проведенную миссию, на вампиров, на вас, отряд Шиноа. Я не в настроении сегодня. Было дело, но это редко, когда появится тот, кто видит и понимает, что мои ядовитые слова и обстоятельства, в которой нет ничего приятного, не совместимы с моей улыбкой, что можно воспринимать за издевательство с моей стороны. Гию-сана этим не удивить, сколько лет мы знакомы и живём вместе, привык к моему характеру и знает что ответить мне, когда начну намекать или говорить в прямую, что у него нет ни одного друга и его все недолюбливают, он говорит эту фразу: «А зато меня больше любят наши кровинушки, чем тебя, Кочо.» Он зовёт меня так изредка, оттого что я не взяла его фамилию «Томиока», не объяснив ему причину. Мне ведь не долго осталось жить, я должна несмотря ни на что преследовать одну цель, которую никто не знает, кроме Канао, я обещала Нии-сану.       На такие случаи, когда бестактно спрашивают почему я постоянно улыбаюсь, мой ответ всегда найдется: — А я по твоему горевать должна перед всеми на виду? Конечно же...— улыбаясь, сразу перешла на другую тему, понимая что мягко сказать не получится. Вот-вот моя злость может выйдет снаружи. — А кстати не тяжело? Не будем же так стоять вечно так. — Нет. Ты не тяжёлая, а лёгкая и маленькая, я один мог бы принести тебя сюда. — смотрел Юи на меня. — Шиноа, не уходи от темы. Продолжай, что там говорила «Конечно же...» что? Прозвучали шаги, кто-то вышел из кабинета в коридор. Мы посмотрели туда. Эта была молодая женщина с некороткой каштановой косой, лежащая на правой плече, несколько локон торчат, челка ровная и закрывающая брови, карие глаза видны сквозь овальные и узкие очки. На ней желтая блузка и темно-синняя юбка до колен, поверх белый халат, на нем есть табличка «Саки Акияма». На её рукаве были закреплены пару четыре заколки с лунными блёстками. Она слегка заметным обкуренным голосом спросила: — Что случилось? — Акияма-сан, пожалуйста помогите. Шиноа потеряла большую часть крови, она слаба. — обратилась Мацуба к ней. — За мной. Мы поднялись выше и зашли в небольшое помещение, где стоит кровать и рядом с ней всякие штуки, которых не знаю названии. Когда легла на койку, не растаяваясь с виновником, который высосал мою кровь, меня врач проткнула на мою руку какой-то иголкой с трубочкой, соединённая с прозрачной небольшой мешочком, в которой есть некая жидкость. Акияма-сан пожелала мне отдыха и ушла, сказав, что в нужное время вернётся и уберёт иголку с мои руки. Вот единственный человек, у которого я знаю имя и фамилию. Но Махиру Хиигари не читается, потому что она мёртвая, и вряд-ли встречу её. Мацуба и Юичиро хотели остаться и подержать меня, чтобы мне не было скучно одной. Но я сделала фальшивый зевок, и сказала им, что мне охота поспать. Они поверили, как дети малые. Когда оставили меня в одиночестве, радостно помахав им, когда дверь мягко захлопнулась, моя милая улыбка растаяла, как воск навстречу огоне, превращаясь в кислую рожу. Сжимала ткань одеяло, морщилась, вены вздулись, со всей злобой смотрела вниз. Теперь могу быть естественной и свободной, но только не вставая с кровати.