Струны адского пламени

Где же этот Скотт Джейкобсон? По правилам экзаменационного задания мне надо склонить его на сторону добра. Он из семьи воров, которые живут за деньги, награбленные в банках. Скотт не хочет зарабатывать как его родители, но боится признаться им в этом. Парень сидит на лавочке в парке. Очень заметно его внутреннее волнение по тому, что он перебирает пальцами и обеспокоенно себя ведёт. М-да уж, по его внешности и не скажешь, что он профессиональный вор. Низкий, худощавый, нервный. Подхожу к нему и, сев рядом, поддерживающе хлопаю его по плечу. Стараюсь подбирать нужные слова и произношу их так, что сама начинаю верить в сказанное. Говорю о важности самоопределения и следовании зова сердца, если оно требует творить добрые дела. Когда я убедила Скотта в правильном, встаю и, победно улыбаясь, улетаю на Небеса. На самом деле, экзамен не был так сложен, как описывал Фенцио. Я ни с кем не соревновалась, а потому была уверена в своём выигрыше. После отчёта перед учителями возвращаюсь в комнату, где Мими только проснулась. Направляюсь к своей кровати и заваливаюсь. Как же меня утомили разговоры с тупыми людьми, которых я убеждала в том, во что не верю сама. — Как там твой экзамен? Всех переманила на демонскую сторону? — говорит Мими. Твою мать, я же теперь ангел и придётся наврать ей о своих намерениях. Не могу же признаться демонессе в том, что Ребекка хочет разрушить Ад. — Да, всех. Но на ангельскую. Подружка испускает смешок. — Ахах, очень смешно, — саркастически произносит Мими. — Вообще-то я не шучу. Люцифер послал меня, а я не хочу быть в его подчинении, когда он займёт титул правителя. Поэтому больше не вижу смысла пребывать в числе демонов. Демонесса застывает в недоумении. Спустя пару секунд молчания, она подбирает подходящие слова: — Ты серьёзно? Я понимаю тебя, но отказываюсь принимать то, что ты предпочитаешь быть на стороне святош только из-за своей гордости. — Да, серьёзно. Я уже приняла окончательное решение. Произношу это твёрдо, а Мими в ответ лишь пожимает плечами. Оставшийся день провожу в одиночестве за выполнением школьных заданий, в попытках отвлечься от вечерней последней тренировки с Люцифером. Я не хочу идти к нему и поэтому даже не заморачиваюсь по поводу своего внешнего вида. Больше не надеваю кружевное бельё и слишком откровенные наряды. Вот сейчас иду в его покои в свободных спортивных штанах и топе на широких бретелях. Мне надоело находиться в этой напряжённой атмосфере, когда он ведёт себя как учитель, игнорирует мои намёки и делает вид, что хочет поскорее избавиться от меня. Слава Сатане, это будет решающая тренировка. Наконец избавлюсь от его токсичного общества и двусмысленного отношения ко мне. Смогу вздохнуть с облегчением и избежать проблем, которые он обязательно принесёт в дальнейшем. С другой стороны, это последний день, когда я проведу хоть какое-то время с Люцифером, смогу видеть его, вдыхать дьявольский аромат, находится в его покоях, после чего попрощаюсь с ним навсегда и больше не смогу испытывать тех чувств, что он пробуждает во мне... Я не хочу извиняться перед дьяволом, но желаю быть с ним и понимаю, что он никогда не сделает первый шаг к примирению, потому что ещё более упёртый, чем я. Видимо, наступил момент, когда мне придется переломить свою гордость, упрямство и поговорить с ним. Спросить, какого хрена произошло, что сын Сатаны обижается как девка. Последний раз стучу в эти величественные бордовые двери и отвариваю их. Замечаю Люци, который сидит в кресле и спокойно ожидает моего прихода. Когда я вхожу, дьявол даже не удосуживается посмотреть в мою сторону. После такого отношения пропадает всякое желание говорить с ним! Недовольно хмыкнув, усаживаюсь напротив него. Лишь спустя пару секунд он смотрит на меня холодно, будто сквозь меня. Без приветствия или предупреждения он влезает в моё сознание и перелистывает воспоминания, выбирая то, которое ему угодно смотреть сегодня. За всё время этой тренировки Люцифер не промолвил ни слова, его взгляд был направлен лишь на моё лицо, не смея опуститься ниже. С трудом, но у меня получалось переделывать картины прошлого. При этом у меня болела голова и казалось вот-вот — и я потеряю сознание. Он сменяет уже пятое по счёту воспоминание и доходит до того, как мы с ним трахались. Зачем он делает это, ворошит то, что невозвратно в прошлом? Дьявол явно замечает моё недовольство, но продолжает концентрироваться на этом моменте. Он наблюдает за собой, любуясь, и, кажется, не прикладывает абсолютно никаких усилий, чтобы вторгаться в моё сознание и просматривать всё, что ему вздумается. В то время как я стараюсь противостоять ему изо всех сил. Пока мы сосредотачивались на нашей прошлой близости, я заметила смену выражения его лица. Теперь оно выражает ностальгию и… грусть? Всё-таки стоит поговорить с Люцифером. — Что происходит? Я хочу поговорить с тобой, — спрашиваю без доли эмоций, чтобы не взбесить его раньше времени. Дьявол немного помедлил с ответом, явно не желая продолжать разговор. — Мы закончили. Тебя здесь больше ничего не держит, — произносит он, переводя тему. — Ну уж нет, я не намерена отступать без разговора, — говорю и удобнее располагаюсь в кресле, уверенно смотря на него. — Я сказал тебе уходить, — шипит Люцифер. Не обращаю внимания на его слова. Сегодня я буду упрямой и своенравной как никогда. Поняв, что я не покину эту комнату, он раздражённо добавляет: — Я честно отвечу на один твой вопрос, а потом ты исчезнешь. — Почему ты меня отталкиваешь? Сын Сатаны рассмеялся прямо мне в лицо. — Тупой вопрос. Я тебя не отталкиваю. — Отвечай, Люцифер. Не строй из себя идиота. Он снова медлит, но под моим пристальным взглядом всё же сдаётся. — Той первой, кто ночевала у меня, была Лилу, — нехотя проговаривает дьявол. — Сначала у нас всё шло хорошо, как с тобой сейчас. Но потом отношения изменились. Я не желаю переживать подобное с тобой. Мои подозрения насчёт Лилу подтвердились: она та ещё сука. И как эта гнусная праведница смогла очаровать самого наследника Ада? — Ты настоящий трус, если считаешь, что я такая же, — гневно выпаливаю. — И насколько же это глупо, из-за одних неудачных отношений вовсе пресечь попытки сблизиться с кем-то. — Люцифер в это время молча сидит и слушает меня. — Ты же наследник Ада, а ведёшь себя... — Дверь там, — говорит дьявол, перебивая мою речь. В тот момент я ушла. Решила не докучать разговорами, если наши проблемы тревожат только меня. Эти дни я провела одна, не видясь с Люцифером. Но мне и не хотелось. В одночасье, когда я последний раз захлопнула дверь в его покои, надежда на наши отношения пропала. Я старалась не думать о нём и оставить всё в прошлом. Дьявол оскорбил меня сравнением с Лилу, этой мерзкой святошей, но даже этим не отверг окончательно. Сложно так быстро забыть то хорошее, к чему я привыкла. Мне претит признаваться самой себе в том, что после того разговора я всё ещё скучаю по нему. Но нужно быть честной с самой собой, иначе как ещё можно решить свои проблемы? Мими сегодня осталась в Аду у Мамона, поэтому мне очень сложно заснуть, чувствуя полное угнетающее одиночество в комнате. Долго ворочаюсь, отгоняя прочь навязчивые мысли. Предостаточно уже думать о прошлых отношениях, это пройденный этап. Нужно просто забыть. Слышу открывающуюся дверь. — Мими, я рада, что ты вернулась, — улыбка расплылась по моему лицу. — Не угадала, сладкая, — слышу низкий насмехающийся голос и тяжёлые приближающиеся шаги. Сон вмиг пропал. Подхватываюсь и усаживаюсь на кровать, в удивлении глядя на Люцифера с полупустой бутылкой в руке. Понятно, он заявился только потому, что напился. — Зачем ты пришёл? — недовольно спрашиваю я. Но он проигнорировал мой вопрос. Вместо ответа, дьявол уваливается на мою кровать, опираясь на локоть. — Не нужно удостаивать меня своим присутствием, если оно вызвано опьянением. — Я с самого начала планировал прийти к тебе, но прежде выпил, — сказал Люцифер, сделав пару глотков. — Говори, что хотел, — конечно, придётся его выслушать, но всё равно я ещё обижена. Он выпил ещё немного, взъерошил свои волосы и, тяжело вздохнув, начал: — Ты была права. Мне не стоило сравнивать вас. Я был слеп, когда говорил, что вы одинаковые, потому что ваше отношение ко мне совершенно разное, — в этот момент он посмотрел прямо мне в глаза и без насмешки в голосе продолжил. — Я хочу с тобой чего-то большего, чем просто секс. Он правда это сказал? Конечно, его появление и речи настолько тешат моё самолюбие, насколько повергают меня в шок. Я даже не знаю, что сказать, поэтому лишь искренне улыбаюсь.

***

Люцифер целует мою шею, иногда покусывая. В отражении зеркала на потолке пялюсь на мускулистую татуированную широкую спину с величественными бархатными кроваво-бордовыми крыльями дьявола, которые раскинулись на всю кровать. Он спускается ниже, оставляя засосы на ключицах и зоне декольте. Дьявол доходит до груди, сжимая её руками. Сын Сатаны так приятно делает это, что с моих губ срываются тихие стоны. Свою ладонь запускаю в его волосы, второй накрываю его руку, находящуюся на моей груди, и чувствую его выпирающие вены. — Люцифер… Слышу его ухмылку, после чего наследник Ада начинает кусать и облизывать мои соски. Отчего я прогибаюсь в спине навстречу ему. — Ты такая сексуальная, — шепчет дьявол. Теперь его язык блуждает вокруг клитора, слегка задевая его. — Умоляю, хозяин, не дразни меня. Конечно, он не послушал меня, а лишь продолжил облизывать половые губы. Беру Люцифера за волосы и прижимаю его к себе сильнее. Только после этого он удосуживается вставить в меня слегка согнутые пальцы и принимается посасывать клитор. Извиваюсь в удовольствии. Затем дьявол хватает меня за задницу с громким шлепком. — Ты такая мокрая, — сын Сатаны говорит это и проводит языком по всей промежности. Я не отвечаю, а просто стону и двигаюсь ближе к нему. Люцифер внезапно шлёпает меня по клитору, заставляя чувствовать прилив удовольствия и сладостной боли. Мои руки сжимают простыни. Он надавливает зубами на клитор и начинает двигать пальцами внутри меня, отчего я не могу сдерживать ни одного громкого стона. Финишируя, чувствую толчок удовольствия, разливающегося по телу. Дьявол отстраняется. — Хотел бы я предложить тебе остаться, но сегодня ночью отец пригласил меня на Пятый круг, смотреть на драки грешников в Стиксе. Жаль, что предстоит неразделённая ни с кем постель этой ночью. После недолгой паузы он продолжает: — Кстати, — он лукаво ухмыляется, — а ты не знаешь, кто разбил статую Равновесия? Я рассмеялась. Ну, конечно же, он догадался. — Я. Как будто ты не на это намекаешь. — Ну расскажи же мне о своих подвигах, — с насмешкой говорит Люцифер. — Ничего необычного. Мать сказала посеять вражду между ангелами и демонами, разбив статую. Я должна была просто выполнить её приказ. — Ну и стерва же твоя мать. Мы попрощались, и я улетела к себе. В дни после нашего примирения наши отношения стали ещё лучше, чем были. Я к нему наведываюсь почти каждый день и в школе он не игнорирует меня, а наоборот, ухмыляется и подмигивает, когда видит. Конечно, он не подходит ко мне и не выказывает любовь, ведь это запрещено. Но я довольствуюсь и тому небольшому продвижению в отношениях, которое есть. — Эти неопытные демоны совсем распоясались! — вскрикнула Мисселина. Хах, даже не думала, что эта святоша умеет громко разговаривать. Её эмоциональный возглас заставил меня остановиться посреди пустого коридора, окутанного ночной мглой, и подслушать столь интригующий разговор учителей. — Не кидайте всю вину на демонов, — раздражённо произносит Геральд. — Кто бы это ни был, нужно пресечь это, и поскорее. — Вы правы, Геральд. Я погорячилась насчёт демонов. Извините. — Не всегда мы можем контролировать свои эмоции. Поэтому не извиняйтесь. Но перейдём к сути дела, — его голос перешёл на шёпот. — Все учителя должны постараться решить этот вопрос самостоятельно, пока не пришлось оповещать о распрях директора Кроули и других Высших существ. — Обязательно нужно провести дискуссию на учительском консилиуме, чтобы не навлечь гнев ни на нас, ни на юных учеников, — волнительно шепчет Мисселина, и я слышу, как они заходят в какой-то класс, и в коридорах школы снова воцаряется кричащая тишина.