16 lines

I've been high since last Friday Dope veins, wear the cold chain Switchin' lanes, bumpin' Gucci Mane I don't listen what my friends say I can't cry, but I'm a crybaby I can't lie, I might die, baby But as long as I'm alive, we gon' shine, baby Look me in my eyes, baby I've been high since last Friday

14 октября. Пятница. Дул сильный промозглый ветер, срывая с деревьев оставшуюся листву и сухие ветки. Первые капли дождя упали на асфальт, оставляя на нём тёмные предупреждающие точки. Всё вокруг было уныло и серо, так и призывало пойти, да спрыгнуть с крыши. Чистые, только опавшие листья сильно контрастировали на фоне сгнившей листвы, перемешанной с дорожной грязью. Хотелось зажмуриться, чтобы от яркого цвета не началась мигрень. Такое же серое, как пейзаж вокруг, здание университета одиноко стояло, тускло озаряя спортивную площадку, находившуюся напротив центрального входа, жёлтым светом, льющимся из окон. Одним словом, шла середина октября. Состояние Антона было такое же, как и у осени. Хотелось истерить, выть, а ещё скорее чем-нибудь вкинуться. Шастун слишком устал за сегодняшний день. Было 4 пары, которые тот стойко отсидел, чтобы его не отчислили за прогулы. Лучше пусть отчисляют за многочисленные долги, хоть веская причина будет. Всё же аспирантура высасывала все оставшиеся за четыре года бакалавриата силы из измученного организма студента. Ветер усилился, заставляя и Антона ускорить шаг. Жил он недалеко, но сейчас не было никакого настроения возвращаться в пустое замкнутое пространство. Шастун достал телефон, заледеневшими пальцами пытаясь попасть по нужным буквам на клавиатуре. С его маленьким айфоном SE это было трудновато, особенно в такую холодную погоду. Наконец, сообщение было отправлено. Телеграмм не подвёл и даже при плохом интернете быстро доставил смс, пока Антон шёл какими-то ебенями, через дворы, проще говоря. From Anton Shastoon Привет. Как насчёт сегодня отдохнуть? From Irina Kuznetsova Привет) Я уж думала, ты не напишешь. У моего знакомого как раз сегодня все собираются. Следом пришёл адрес. Малоэтажный дом, судя по картам, находился почти на окраине города, но Антону в данный момент было откровенно похуй, у кого и где ловить трип, главное, не одному. Антон отправил Ире сердечко, пока сам чуть ли не трясся от ломки. С одной стороны, он испытывал чувство вины за то, что так мало времени уделяет своей девушке, ведь они вместе с первого курса и даже дожили уже до аспирантуры. Но с другой, Шастун подумает об этом позже. Ведь самой же Ире будет лучше, чтобы её парень не откинулся. Через полчаса он забежал в небольшое кафе, чтобы согреться и отправится оттуда на высланный ему адрес. Но мама учила в гости без угощений не приходить, поэтому Шастун быстро включил VPN и зашёл в Тор-браузер. По памяти набрал ссылку на сайт, которую выучил лучше, чем треки любимого исполнителя. Провозившись минут десять с капчей на входе, Антон уже готов был обматерить слишком бдительных администраторов торговой площадки. Наконец, сайт прогрузился, сразу же закидывая Антона на главную страницу. Там всё было по-прежнему: топ лучших магазинов, цена биткоина, объявление о том, что один из обменников перестал с ними сотрудничать и ссылка на помощь наркозависимым людям. Антон по привычке нажал на иконку первого топового магазина под незамысловатым названием «GangBangShop». Он совершил у них уже более 256 сделок, как показывала статистика Антона в профиле, да и отзывы в заметках были положительными. Да, Шастун заглядывал в заметки, заплатив одному человеку из телеграмма 250 рублей, чтобы тот глянул его профиль. Заметки были особо важны для рядового покупателя, ведь туда писали своё мнение о тебе кладмэны, операторы, совладельцы, владельцы и другие работники шопа. Соответственно, доступа к ним у тебя нет. И было важным получить высокие отметки, чтобы впоследствии быстрее забирать товар и сводить диспуты с ненаходом на нет. Но словно весь мир сегодня был против Антона. Он долго провозился с настройками, так как нужного товара никак не находилось поблизости. Либо не было магнита, только прикоп. Либо был, но только не моментальный. В итоге, Антону пришлось заказать самый дешёвый прикоп за 3135 рублей, состоящий из пяти таблеток голландских мдмашек. Пришедшее через пять минут уведомление оповестило Антона о том, что он может забрать свой товар через полтора часа в указанном месте. Шастун довольно потянулся, радуясь тому, что заказ обработали быстро. Даже было плевать, что ему оставшуюся неделю до стипендии жить на пятьсот рублей. Всё меркло перед приближающимся удовлетворением. Наконец-то Антону начало сегодня везти.

***

Ёбаный. Сука. В рот. Кладмэн - мудила. Как вызвать спортиков, если официально не работаешь ни на один из магазинов дарквеба? Антон злился. Злился и шёл по направлению к нужному месту, хмуро уставившись в Гугл мэпс. Когда ему пришли координаты и фотография, он тут же понял, что это в ебаном парке. Который довольно-таки часто посещаемый. Как вообще можно было в таком месте оставить заклад? Как Антону теперь это снимать? Да и при том, он и сам распространяет, поэтому если попадётся ментам, будет в два раза хуже. Толкает всякую дешёвую хуйню втридорога, которую покупает в вышеупомянутом магазине. За такое, кстати, по законам преступного мира можно и руки к дереву прибить гвоздями, но Шастуну искренне нужны были деньги. Вот прям очень-очень. И пока что ему удавалось оставаться три месяца незамеченным. Просто потому, что дальше своих знакомых и однокурсников он не продавал. Но смотря на сегодняшний "блестящий успех", Антон уже начал сомневаться в том, что его карма чиста. Наконец, подойдя к центральному входу, Шастун пристроился к компании подростков лет шестнадцати-семнадцати, которые залипали в телефоны, попивая пиво из ларька и изредка переговариваясь. Представители закона лишь мнительно оглядели их, всё же решив, что это недостойно внимания. Все бухают до восемнадцати, что теперь, пересажать всех на несколько суток? Пройдя вглубь парка, Антон нырнул в небольшой сквер, где росли высокие ели и всяческие кусты. Так как листьев на ветках было ничтожно мало, факт беспалевного снятия стремительно близился к нулю. Антон осмотрелся по сторонам, делая вид, что увлечён рассматриванием природы. С правой стороны - забор. Достаточно высокий, стальной, но старый. Возможно, в некоторых местах есть бреши. С левой стороны - центр парка. Туда сразу нет. Впереди - автомобильная дорога. Тоже не особо вариант. Тучи не походили на грозовые. Возможно, сильного дождя не будет. Пройдя ещё несколько сотен метров, Антон остановился возле одноэтажного заброшенного здания, по периметру которого росли кусты. Накинув капюшон и натянув пониже кепку, Антон ещё раз огляделся по сторонам. Никого. Справа стояло ещё одно, но более старое и небольшое здание, которое неизвестно чем ранее служило. Возле него был выломан забор, который крепился к его кирпичной стене. Не совсем сильно, но Антон пролезть сможет легко. Как он и ожидал, в общем-то. Шастун пролез в заросли к правой стене большого здания. Потыкав носком кроссовка землю, Антон почти сразу же нашёл зип, обмотанный синей изолентой. Достав из кармана платок, Антон аккуратно поднял заказ, тут же убирая его в карман. Вылезши обратно на тропинку, Шастун отряхнул кроссовки от грязи и направился в сторону, где находилась сломанная часть забора, служившая теперь ему своеобразным выходом из парка. Уже пролезая через импровизированный выход, Антон зацепился за куст, росший рядом. Везёт ему сегодня, блять, на кусты. Просто охуеть как. — Молодой человек! - внезапно раздалось рядом с Антоном. Тот резко дёрнулся от неожиданности и поднял голову. К нему приближались двое крупных полицейских, которые явно понимали, что здесь делал Антон. Шастун, долго не думая, быстро рванул в сторону гаражей, чтобы успеть скрыться хоть как-то в незнакомой местности. Дождь всё также продолжал тихо накрапывать, но ветер усилился, мешая быстро передвигаться. Свернув направо, Антон споткнулся и грохнулся с высоты своего роста на асфальт. Раздалась резкая боль в руке, от чего Шастун тихо сматерился, прислушиваясь к звукам со стороны парка. Вдалеке слышался вой ментовской сирены. Возможно, Антона приняли за того ебнутого кладмэна, оставлявшего в парке заклады. Потому что за обычным нариком никто бегать с подкреплением на бобиках не будет. Надо двигать быстрее, блять. Антон подскочил, отряхивая джинсы и быстро направляясь по памяти к жилой местности. На ладони кровоточила ссадина, от которой всё ещё было больно. Было бы в идеале это всё сейчас обработать, но в ситуации Шастуна в данный момент было опасно даже на улице светиться, не то что в аптеках. Да ещё и одежда вся в грязи, слово он с бомжа её стащил. И внешность у Антона приметная. Всё, блять, против бедного двадцатитрёхлетнего парня. В итоге, чтобы вы думали? Он заблудился. Вышел к какой-то речке, где вдоль берега тянулись бараки-самострои. Место не внушало доверия, поэтому Антон зашагал назад, забредя к заброшенному кладбищу. На часах было уже десять вечера. Вокруг видно примерно нихуя. Темно и жутко. Выход из ситуации Антон видел только один: срочно звонить лучшему другу Диме. Достав телефон, Шастун с ужасом увидел 25% заряда. Через секунду 24%. И 23. Антон быстро скинул своё местоположение в телеграмм другу, после чего айфон выключился от холода.

***

Сколько прошло времени, Шастун точно не знал. Но для него это была вечность. Он не поддался истерике, хотя очень хотелось, и просто сел на лавку возле могилы какой-то маленькой девочки. В темноте всё казалось нереальным. Тут же вспомнились все серии «Битвы Экстрасенсов» и «Гадалки», которые Антон обожает смотреть, когда делать нехуй. Не то чтобы Шастун верил во всяких лярв и призраков, но было до ужаса крипово. Он подумал, что, видимо, так с ума и сходят. Хоть он уже и видел пример сумасшествия. В 17 лет у него была подруга-одноклассница, которая заработала шизофрению из-за сильных переживаний по поводу ЕГЭ. Родители угрожали ей, что если она не сдаст все экзамены на 90+ баллов, то они выгонят её из дома. Она сама сбегала к Антону, единственному другу, чтобы успокоиться и получить поддержку. Но в итоге, однажды, на одном из уроков она резко закричала, замахав руками, будто стряхивала с себя что-то. Кричала, чтобы её не трогали. Три месяца она лечилась в стационаре. Антон встречал её возле входа в день выписки. Она была совсем другой. Будто повзрослела лет на десять. Тогда то она и рассказала, что её мучает призрак. Её личная, созданная воспалённым мозгом галлюцинация. Тёмные руки, которые пытаются дотянуться до неё. Трогают везде, пытаясь куда-то утащить. ЕГЭ она не сдала. Забрала документы из школы и уехала жить к бабушке в соседний городок. Поступила в художественный колледж. Она оборвала все связи с Антоном, твердя, что ему будет лучше без неё. Только недавно, летом, он узнал, что она умерла. В апреле. Повесилась на чердаке дома, где жила и писала картины на заказ. Вдалеке внезапно что-то скрипнуло. Раздался лай дворовых собак. Мимо пролетела птица, напугав так, что Антон сматерился максимально громко. — Ты чего орёшь? - послышалось со стороны входа. — Не трогайте меня, блять! - крикнул он, вскакивая и вглядываясь в темноту. Ему было страшно. После навязчивых воспоминаний - до ужаса. — Да ты дебил, это я, Дима, - произнёс его друг, включая фонарик на телефоне и пробираясь к Антону, - ты как тут оказался вообще? — Дима, - произнёс Шастун с облегчением, кидаясь на своего друга с объятиями, - я думал, я сдохну! — Нахождение полчаса на кладбище не делает тебя автоматически мёртвым, - улыбнулся Позов, ободряюще похлопав друга по плечу. — Я Леру вспомнил просто, - всхлипнул Шастун, ёжась от холода. — Так, всё, пойдём, - проговорил Дима, - пойдём к машине, я тебя домой отвезу. У тебя шок. Тебе надо отдохнуть. — Не надо домой! — А куда ты в таком состоянии собрался? — К Ире, - соврал Антон. Он знает, что когда врёт, начинает закусывать губы. Но было темно, поэтому Позов не мог разглядеть лица Шастуна. Но тому этого и не надо было. — И какой адрес у Иры? - вздохнул Позов, сдаваясь. Он уже устал отговаривать друга от такого образа жизни. Антон уже не маленький, сам всё понимает. — Я потом скажу, пойдём быстрее отсюда. Шастун выходил с кладбища, ощущая спиной, что на него смотрят. Смотрит Лера. Своими ярко-голубыми глазами.

***

Квартира оказалось небольшой однушкой на первом этаже. Одинокая лампочка тускло освещала помещение, где толпилась куча людей. Девушка в рваных джинсах и чёрной толстовке пугливо отшатывалась ото всех предметов, пряча лицо под капюшоном и зажмуривая глаза. Типичное действие фармацевтики. Парень в кислотно-яркой футболке и такого же цвета волосами нагревал кристаллы героина в столовой ложке с помощью зажигалки. Присмотревшись, Антон заметил, что порошок имел иной цвет. Будто более чистый. Значит, "белый китаец". Оглядев кругом всё помещение, Антон наконец заприметил Иру. Та сидела в кресле-мешке рядом с каким-то крупным парнем. — Привет, - поздоровался Шастун, слабо улыбнувшись и заваливаясь рядом. — Херово выглядишь, - заметила Кузнецова, окидывая беспокойным взглядом Антона. — Спасибо, - цокнул Шастун, вздыхая, - я в курсе. — А что с ладонью? - спросил парень, кивая головой на ссадину. — Бежал от ментов, упал на асфальт, - поморщился Шастун, вспоминая свой неудачный день. — Подожди секунду, - парень встал и удалился в сторону кухни. — Ну Тош, как же так? - вздохнула девушка, поглаживая своего парня по плечу. — А потому что готов всё ради тебя сделать, - устало улыбнулся Шастун, - даже заклад с видного за километр места забрать. — Ужас! А если бы тебя поймали? — Тогда бы я сел. — Не говори так, я же волнуюсь! - запричитала Ира, чмокнув Антона в щёку. Шастун вздрогнул. Он снова почувствовал Леру. Словно это она его сейчас успокаивает. Целует, задевая спадающими на лицо короткими прядями светлых волос. — Извиняюсь, что мешаю вам, но я принёс перекись, - ухмыльнулся вернувшийся парень, демонстрируя в руках бутылку и вату, - я, кстати, Макар. — Антон, - кивнул Шастун, выливая себе на руку почти полфлакона. Рана зашипела, больно пульсируя. — Ничего, до свадьбы заживёт, - ободряюще произнёс Макар, опускаясь обратно на своё место, - давайте лучше что ли наконец-то примкнём к рядам большинства людей в этой комнате. Шастун кивнул, оставляя бутылку с перекисью на полке, висевшей над ними. Антон достал плотно упакованный зип из кармана куртки, отбрасывая ту куда-то за кресло. В этот раз, на удивление Антона, изолента легко поддалась. Открыв зип, Шастун заглянул внутрь, проверив целостность заказа. Пять розовых кругляшей лежали на дне пака, дожидаясь своего часа. Антон сегодня надеялся пробить толер, поэтому взял сразу две, получив неодобрительный взгляд от Кузнецовой в свою сторону. Сама она разломила таблетку, взяв половину, а Макар взял целую. — С секундомером? - спросил Шастун, прежде чем закинуть. — Да похуй, - отмахнулся Макар.

***

Ровно 44 минуты Антона не брало. Он злился и хмурился, порываясь взять ещё одну, но знал, что будет только хуже. Нужно подождать. Иру развезло почти сразу, через минут 15. Сейчас она висла на молодой девушке семнадцати лет, которую Шастун знал лично. Та работала на один из телеграмм-магазинов, торгуя мефедроном. Макар же сидел рядом, не умолкая болтал о своей жизни, восхищался всеми её моментами и повторял каждый раз одну и ту же фразу. — Братан, вот жизнь - это на один раз, нужно её на максимум прожить. Другой возможности не будет. Шастун лишь кивал, проявляя вежливость, но сам устало валялся в кресле, где ранее сидела Кузнецова. Хотелось пить, спать и приход. Секундомер он всё же завёл. Тот показывал 55 минут. Вдруг, на организм Антона плавно нахлынула волна теплоты. Все звуки выкрутили на максимум, оглушая Шастуна. Цвета стали нереально яркими, хоть образы и помутнели. Появилась бодрость. Энергия. Хотелось двигаться и действовать. Антон подскочил, подходя в кружок таких же солевых, как и он. Ира радостно что-то прокричала, а Шастун её поддержал. Они обсуждали погоду за окном, вспоминая стихи Пушкина про золотую осень, слегка несвязной речью зачитывая строки, запомнившиеся ещё со школы. Восхищённо разглядывали кактусы на подоконнике. Антон укололся об один, резко отдёрнув руку и смешно надув губы. Но ему вдруг показалось, что кактус такой колючий, потому что никто его не любит и решил обнять растение. Исколов себе щёку и руки, Шастун всё же отстал от кактуса, кидаясь обнимать всех в комнате. — Ребят, давайте все вместе посмотрим на окружающий нас мир! - выдавал Шастун, стоя на небольшом деревянном столике, - как прекрасна наша планета! Как прекрасны люди вокруг! Мы все абсолютно разные. Наши различия делают нас индивидуальностями, способными изменить мир! А то если бы было, как в Северной Корее, всего какое-то там кол-во причёсок, то было бы скучно нахуй! Закончив свою пламенную речь под ободрительные возгласы пары человек, он сполз вниз, приложившись щекой к поверхности стола. Антон задыхался, сильно вспотел и чуть пошатывался. Сердце билось с бешеной скоростью, как после марафона. Дико хотелось пить. Предметы вокруг на ощупь стали более приятными. Особенно гладкий деревянный стол. От него Шастуну не хотелось отлипать ни на миг. Собственно, этим он и занимался какое-то время, рассматривая людей вокруг. Было сложно сконцентрироваться. Перед глазами всё плыло, обволакивая Антона оболочкой спокойствия и удовлетворения. Все проблемы и обиды, которые он нёс через года растворились в хаотичном шуме квартиры. Он сам растворялся в этой квартире. — Антош, - тихо позвал кто-то, на что он дёрнулся, пытаясь сфокусировать зрение. Рядом с ним стояла какая-то девушка, образ которой проявлялся слишком медленно. — Лера? - воскликнул Шастун, удивлённо уставившись на девушку. Смесь страха и счастья пронеслась на его лице. Он хотел по привычке заправить девушке за ухо прядь её волос, но та жестом запретила это делать, - но.. но ты.. — Да, Тош, - улыбнулась та, махнув своей худой бледной ручкой, - а тебе здесь не место. Не сейчас. Возвращайся. В тебе нуждается твоя судьба. — Лер! - крикнул Шастун, открывая глаза. Он почувствовал, что действие таблеток начало сходить на нет. Но такого быть не могло, ещё минимум час! Антон тряхнул головой и оглядел комнату, заметив, что большинство людей быстро собирается покинуть квартиру. Кто-то в спешке искал телефон, кто-то толстовку. Ещё не отошедшая от действия наркотиков группа студентов, немного моложе Шастуна, пыталась в суматохе отыскать наушники одного молодого человека из компании. — Антон! - позвала вдруг Ира, уже одетая, и подбежала к нему, - сваливаем быстрее, тут один парень с передозом. Сейчас фараоны приедут и тогда точно все сядем. Антона уговаривать долго не надо. Ему, конечно, было жалко оставлять Макара одного с этим разбираться. Но Шастуну важна была его свобода. Да и не он к себе в квартиру конченых нариков запустил. Поэтому, накинув свою чёрную куртку, которая быстро нашлась в противоположном углу комнаты, Антон последний раз оглядел квартиру и выбежал на улицу. К дому приближалась скорая помощь, а позади неё три бобика. — Бежим, - произнёс он Ире, сворачивая за угол дома и несясь к гаражам. Снова старые добрые гаражи. Какой раз за день. — Антон, а как мы уедем? - спросили Кузнецова, ещё находясь под действием вещества, судя по расширенным зрачкам, но уже находящаяся в реальности. — Не знаю, - вздохнул Шастун, взъерошивая волосы, - Димка меня сегодня уже подвёз. Неудобно во второй раз просить. — А ещё варианты? — Пешком, - предложил Антон, хотя понимал, что им пешком придётся топать где-то часа два-три дворами. Ира тоже скептично отнеслась к такому предложению. — У тебя есть деньги? - с надеждой спросил Шастун, зная, что у него на карте слишком мало, чтобы тратить 400 рублей на такси. — Есть, - вздохнула Кузнецова, открывая приложение и выбирая самый дешевый вариант. — Спасибо огромное, я тебя после стипендии в кафе свожу, - улыбнулся Антон, приобнимая Иру. Та довольно чмокнула парня в щёку, поправляя ему отросшие пряди волос, то и дело спадавшие на лицо. В тебе нуждается твоя судьба, Тош.