Любовь границ не ведает

      Гул толпы, нигде не пройти, нет даже места с маловероятной возможностью протиснуться. Ну конечно, что же ещё ожидать от поклонников всемирно известной модели, так ещё и недавнего выпускника Колледжа Ночного Ворона? Кажется, с их выпуска прошёл ровно год. Многие вернулись на свои родины, кто-то начал строить свою карьеру. К примеру тот же Кловер. Он занялся семейным бизнесом, помогает в магазинчике. Остальные же почти не общаются друг с другом, так, малая часть. Дракония и Ванруж поддерживают хорошие отношения с Шраудом, как и сам бывший префект Игнихайда. Кловер всё также общается с Даймондом, который также начал строить карьеру известного блогера. Кингсколар больше занят государственными делами, заняв должность советника короля, так ещё и занимается юным племянником, на которого в скором времени ляжет бремя ответственности. А что до Ханта и Шоэнхайта, то они являются, можно сказать так, коллегами. Рук стал личным фотографом своего бывшего префекта, а сам Вил всемирно известная фотомодель, то и дело мелькающая на обложках популярных журналов. Их жизни сложилась как нельзя лучше после выпуска из колледжа, но иногда они признают, что скучают по студенческим годам, по Эпелю, который временами общается с ними, но всё равно посвящает свободное время общению с одногодками и учёбе. Кажется, вечно спорящий первогодка наконец-то стал прилежным юношей, занявшим место префекта Помфиора. По правде, Вил никогда бы не нашёл кандидатуру лучше, чем Фэлмиэ. Совместная работа также приносит много слухов, сплетен и разногласий: кто-то считает, что Хант и Шоэнхайт состоят в отношениях далеко не деловых, а кто-то старается опровергать данную теорию, ссылаясь, что ни всемирная фотомодель, ни его фотограф не в отношениях друг с другом, а уж тем более с кем-то ещё. Сами же бывшие студенты Ночного Ворона лишь разводят руками, да очень умело уклоняются от подобных вопросов, переключая внимание на другие, связанные с их работой, а не с личной жизнью, о которой с полной точностью могут знать только лишь они.

***

Рук знает абсолютно всё о своём бывшем префекте. Он знает его предпочтения в еде, одежде, любимые места в тех или иных городах, где они хоть когда-то бывали, не зависимо отпуск это был, а может и по работе. Блондин также знает все чувствительные точки на теле Шоэнхайта, словно бы это и не чужое тело, а его собственное. Он с точностью может описать каждый изгиб столь привлекательного молодого человека, знает, где нужно ласкать его, чтобы услышать столь приятный для ушей стон. Хант любит смотреть на потрёпанного, раскрасневшегося Вила, который может в любой момент оказаться под ним, на нём, да вообще в любых позах. Его единственный заказчик идеален с любого ракурса, возбуждающий в любом виде. Рук готов обсыпать его комплиментами хоть каждую секунду своей жизни, готов находиться рядом с ним каждый миг, исподтишка кидать угрожающие взгляды на его поклонниц и притворно любезничать со своими неугомонными фанатками, засыпающих фотографа различными вопросами, а потом ловить ревнивый взгляд бывшего префекта на себе. После подобных интервью Хант долго просит прощения у своей любимой модели, одаривает его различными подарками, вкусностями, на которых никогда не поскупится, а потом подолгу покрывает его всего поцелуями, начинает с затылка, медленно скользит по основанию шеи, с виноватой осторожностью припуская белоснежную рубашку с плеч, осторожно переключается на лопатки, а затем уделяет внимание линии позвоночника. Только тогда Вил прощает его, позволяет большего, а фотограф и не отказывается, берёт без особого стеснения, с упоением слушая, как столь манящие губы зовут его по имени, умоляют о большем, а он не тянет с этим всем, исполняя эти просьбы. Что же до Вила... Он позволяет Руку много, даже больше, чем кому-либо ещё. Фотографу разрешено зарываться носом в его волосы, оставлять метки, пускай и не очень-то заметные, а уж тем более зажимать где ему только вздумается. Но и Хант не обделяет Вила, дарит ему много чего, исполняет его просьбы и не только. Шоэнхайт готов признать, что благодарен этому человеку, что любит его всем своим сердцем. Иногда фотомодели кажется, что его фотограф делает слишком многое, а он даже не отдаёт ничего взамен. Украдкой глядя на своего любимого, когда тот допоздна засиживается за работой, бывший префект Помфиора думает над тем, как бы отплатить ему, но мысли, нагруженные после бесчисленных интервью, различных встреч, просто не хотели собираться в что-то стоящее. В свободное от работы время Шоэнхайт любит просто оказаться в объятиях Ханта, позволить ему куда больше. Иногда Вил позволяет просто кусать себя, особенно в тех местах, где никто и никогда не увидит следов, кроме самого фотографа, только потому, что юноша сам не позволит хоть кому-то ещё прикоснуться к себе, а если и найдётся такой смельчак — то он сразу будет опущен на дно под пристальным взглядом Рука, который так и намекает на то, что не его уровня модель. Вил очень не любит поклонниц Рука, он всегда с нескрываемой, для фотографа, ревностью смотрит на всё их воодушевление, еле слышно цокает языком, а после подолгу обижается на любимого, иногда пытаясь раздуть ссору из пустяка, но Хант успешно останавливает его, всеми возможными способами успокаивает, осыпает кучей комплиментов, подарками и вниманием, которое так ценит Шоэнхайт.

***

Может они и скрывают свои отношения от поклонников, может не говорят об этом даже бывшим одногодкам, но эти двое точно знают, что их жизнь сложилась так, как им бы хотелось этого в прошлом. Когда-нибудь они решаться рассказать об этом всем, чтобы вокруг них перестали то и дело ходить слухи, споры и прочая ересь, которая мешает просто жить как все, но это "когда-нибудь" может быть неизвестно когда. Ни Вил, ни Рук не могут точно сказать, когда же решатся так открыто заявить обо всём, заявить на весь свет, что они счастливы друг с другом.       Любовь, не убитая в юности, продолжит жить и разгорится пожаром, который не способен никто затушить.