***
Многие и не помнят эту легенду. Легенду о Короле Нечисти, что когда-то вышел из ада. Это случилось ещё в те времена, когда люди верили в богов, демонов и нечисть, когда люди с испугом встречали звуки горна и боялись даже мельком упомянуть жителей ада, дабы те их не услышали и не пришли по их душу. Демон пришёл с Востока. Куда бы он не кинул взгляд везде была кровь, она как будто не кончалась, всё лилась и лилась, окрашивая даже реки в свой рубиновый цвет. Где бы он не прошёл, везде трупы обезглавленные, крики ужаса и боль. Королю не нужно усмирять свои войска , под его взглядом все дрожат. Он бесчинства не останавливает, страхом упивается, крики ему музыку заменяют. Дьявол на четные попытки смотрит, ранить себя в сердце позволяет, да только там пусто, сгнило всё уже, одна чернота. «Акыма» люди его зовут, топота лошадей боятся. Дьявол приходит нежданно, ни звука, ни весточки не посылает, подло поступает, но ему и не пристало честным быть. «Акыма» со своим войском ходит, в свой дворец не возвращается, кровь проливает, да упивается ею. А люди дождя боятся стали, ведь с дождем запах смерти чувствуют, всё боятся, что последний их день наступил. Дьявол живых не оставляет. Вот и сейчас, король на троне восседает, а у ног его бездыханное тело лежит, мужчины, что короны оказался не достоин, а может просто не повезло. Сейчас каждому королевству, что Акыма встречает, «не повезло» приписывают. — А этот народ удивил меня, — ухмыляется. — Костюмы надел и за нечисть решил сойти, слепым меня посчитали. Бархатный голос по залу проходится, всех там стоящих в страхе сжаться заставляет. — Мой король, — быстро тараторит слуга, что на вид змею напоминает, только с рогом на отвратной чешуйчатой голове. — Мы к вам юношу привели, что весь этот маскарад устроил. Улыбка с лица не сползает, ничего не горит, только рукой взмахивает, а слуга, пискнув, убегает. За окном крики раздаются, и мерзкое мычание расходится, изящные брови к переносице направляют. — Что-то трупы разгулялись. К дождю что ли, — тихо, почти не слышно шепчет король, и свои чёрные локоны поправляет, на миг в себя уходит. Массивные двери с глухим звуком отпираются, из раздумий выводят. Перед Дьяволом мальчишку на колени ставят, цепями звенеть заставляют. Светлые волосы тут же взгляд приковывают, интерес вызывают. Акыма внимательно смотрит, каждую черту красивого лица запомнить желает. А юноша прямо в глаза монстру смотрит, страх свой не показывает. Голубые глаза, светлые волосы, плавные и красивые черты лица, завораживает и смеяться заставляет. — Как тебя зовут? — практически в лице не меняясь, Король спрашивает. — Хината Мицури, но я для тебя, личное проклятие таки и знай, — сквозь зубы цедит от удара по голове ёжится. А Акыма про себя имя повторяет, на языке смакует, и как подходит, поражаться. — Что ж, мне понравилось твоё представление. Этот вечер я назову Хэллоуин, пусть каждый знает и празднует, а если костюм человеческий демонам не по нраву, пусть убивают. Юноша брыкается всё в чёрные глаза всматривается, пытаться найти хоть каплю жалости, а её нет, и никогда не будет. — А тебя мальчишка, я проклинаю, вечность жить будешь и за пиром моим следить Смех по залу проходит, всех дрожать заставляет и мальчишку по туже в цепях сковывать.***
Давно этого не помнят, сейчас праздником считают, в нечисть не верят. Юноша вечер не празднует, в костюм не наряжается, и через толпу умело пробирается, туда где людей нет спешит, дождь чувствует. Стоит только одной капле на макушку упасть, как вздрагивает. Сквозь толпу его взгляд чувствует. По сторонам смотрит и диву даётся. — Что-то трупы разгулялись, — тихо шепчет, и на людей в костюмах зомби смотрит. — К дождю что ли. А за спиной ухмылка на прекрасном лице появляется, собственные слова вспоминает.