— Нет, — прошептал он вслух. — Нет, нет, нет. Третий звонок. Минхо вскочил на ноги. Он нажал на кнопку звонка и не отпускал. Звонок завыл непрерывно, противно, как сирена скорой, как сигнал тревоги на заводе, как звук, который ничего не изменит, но не замолчать не может.

Джисон замер. — Минхо… — Нет, слушай, — Минхо прикоснулся к его губам кончиком пальца, заставляя замолчать. — Я благодарен не только за то, что ты выжил. Хотя, Боже, за это — больше всего. Я благодарен за каждый день до этого. За тот самый дурацкий пьяный поцелуй на вечеринке, после которого я ходил и не мог вспомнить твое имя, помнил только вкус коктейля и твоих губ. Джисон рассмеялся. — Ты тогда был таким заносчивым… Пытался показать мне созвездия на потолке, а там была просто трещина.

– Хан Джисон, что, опять? Ты же взрослый парень! Тебе уже восемнадцать, должно быть стыдно клянчить деньги у родителей на развлечения! – голос матери был высоким и раздраженным. – Черт, тут даже я тебе сочувствую, – пробормотал он, и от этих слов по спине пробежал холодок.

– Твой брат разрешил мне к тебе зайти, – выпалил Джисон, пытаясь хоть как-то оправдать свое вторжение. – Что тебе надо? – спросил Минхо, скрестив руки на груди. Он явно не был рад видеть Джисона. – А это у тебя что, новый компьютер? А у тебя есть… – спохватился Джисон, стараясь отвлечься от пронзительного взгляда Минхо. Минхо закатил глаза. – Что? Игры? Не-ет, у меня нет на компьютере игр, – раздражённо ответил Минхо. – Порно. – Ч-что? Ты чё, ахренел?