Аластор был звездой Нового Орлеана — яркой, притягательной и неповторимой. Его карьера охватила всю Луизиану, а ночное маленькое увлечение добавляло ему чувство жизни и вдохновения. Но однажды на горизонте появился Винсент Уиттман. Этот незнакомец словно хищник, вышедший на охоту: уверенный, расчетливый и полный тайных намерений. За его лицемерной улыбкой прячутся острые когти интриг, глаза сверкают холодным блеском, а каждое слово звучит будто скрип ножниц перед решающим разрезом ткани судьбы.

— Значит, ты всегда был жестоким мерзавцем, не так ли? Нет, нет, нет, ты больше мне не откажешь. — Экран опасно накренился вперед. На левом расширенном глазу появились особенные черные полосы. — Смотри на меня! — Сильнее сжав челюсть Аластора, Вокс усилил гипноз. Тело начало бунтовать. Зрачки напротив полностью широко раскрылись. —Ты будешь знать свое гребанное место, повтори. — Вокс притянул лицо креола ближе.Тот кратко вздрогнул и через заминку медленно произнес: — …Буду знать свое место.

С победы над Саладином прошло более четырех лет. В Иерусалиме под мудрым правлением Балдуина покоился мир и процветание, но не все к сожалению шло по плану государя. Резкое ухудшение здоровья и синдром привыкания к лекарственным средствам, а также нехватка знаний своих лекарей по развивающейся болезни, вынудили монарха обратиться к Византийскому Императору. По слухам при дворе которого, обитал юный, но очень одаренный лекарь.