–Запомни, Валера, – объяснял своему приятелю Адидас, когда те стояли и курили на крыльце видеосалона, – даже самое суровое и черствое сердце смягчается рядом с любимой девушкой. Турбо задумчиво смотрел вверх, на ночное звездное небо. В его пальцах тлела сигарета. –Да херня это всё, – скептически отозвался юноша. Он был твёрдо убежден, что ему этого никогда не понять.