Ни Матвею, ни Глебу не хотелось проводить в компании Смерти больше времени, чем необходимо. Они и так влипли по полной программе: теперь Армагеддон в прямом смысле полностью на их ответственности.

В моей голове, как кадры киноплёнки, за доли секунды пронеслись все слова, которые мы друг другу говорили, все случайные и намеренные прикосновения, все мимолётные взгляды // А ведь раньше я не задумывался о том, насколько он красив. Стройная фигура, гордая осанка, лицо с тонкими аристократическими чертами, полупрозрачно-платиновые волосы. И его глаза… Серебристо-серые, как ртуть. Я как будто видел его в первый раз.

Уже битый час я сижу по правую руку от министра и смотрю на центр зала суда. В кресле для допросов развалился мой лучший недруг с хорёчьей мордой. Его запястья опутывают блестящие золотые нити Связывающего заклинания, которое не позволяет дотронуться до волшебной палочки. К дементорам он не хочет, становиться моим мужем — как отвратительно звучит-то — тоже не хочет. Но без принятого решения никто никуда из этого зала не уйдёт.