Иногда Юдзи просыпается в своей сонной квартире в Сендае с фантомным чувством, будто целую вечность назад он совершил нечто грандиозное и страшное. Мир вокруг кажется слишком серым, пока в школьной библиотеке он не сталкивается взглядом с нелюдимым первогодкой. У Фусигуро Мегуми ледяная броня вокруг сердца, и та же самая золотая искра на дне тёмных глаз. У них больше нет Проклятий, четырехруких монстров и смертельных битв — только обычная школьная юность, в которой они научатся любить.

Неудачный прыжок во времени забрасывает Такемичи на полгода назад — в мрачную Йокогаму, где только зарождается «Поднебесье». Случайная встреча с Изаной Курокавой становится роковой. Безумного Короля подчиняет странный взгляд чужака, полный боли и знания будущего. Изана решает забрать «героя» себе. Такемичи оказывается в плену удушающей, деструктивной одержимости. Его ломают физически и ментально, стирая прошлое. Сможет ли он спасти монстра или Тьма и Стокгольмский синдром поглотят его самого?

Финал «модуля» перевернул канон: Юдзи стал Сильнейшим и разделил душу на 20 пальцев. Поверженный Король Проклятий, Сукуна, наказан — его душу лишили магии, памяти и вернули человеком в XXI век. Но стоило Сукуне съесть золотой артефакт, чтобы выжить, как его гордость была растоптана. Память вернулась, но теперь он лишь клетка, а Юдзи — одержимое проклятие внутри него. И Сильнейший его не выпустит.

После столкновения с машиной Такемичи Ханагаки получает необычную мутацию. Теперь она — неко-девушка в мире жестоких мужских банд. Сможет ли Тосва зищитить своего "котенка", или новые враги захотят забрать редкий трофей себе? История о дружбе, инстинкта и о том, что преданность не зависит от наличия хвоста.

Говорят, у вещей нет души. Но Акира знает: металл впитывает человеческую боль, ярость и любовь лучше, чем любая память. Купив заброшенный гараж «S.S Motors», она планировала просто чинить байки, но вместо этого начала видеть призраков прошлого. Каждое прикосновение к ржавой раме старого мотоцикла Шиничиро Сано переносит её в эпоху «Тосвы» — в мир, где легенды были молоды, а их ошибки еще не стали роковыми.