После излечения от кибонной чумы Оптимус начал улыбаться, что было нетипично для него. Однако его состояние ухудшилось: взгляд стал мутным, энергон мог течь изо рта. Однажды его чуть не вырвало энергоном. Рэтчет настоял на обследовании, и, не найдя причин, приказал Оптимусу изолироваться в отсеке до выяснения обстоятельств. Это оказалось роковой ошибкой.