Тени прошлого обволакивали Натаниэля, как дым — густой, вязкий, проникающий в каждую щель сознания. Он не помнил их имён. Не помнил, откуда взялись эти обрывки: смех, тёплые ладони на затылке, голоса, звавшие его домой. Но это не мог быть Эвермор. То место было противоположностью — слишком приятным и желанным. Хотелось тянуться к нему, но стоило лишь коснуться воспоминания, как оно тут же исчезало. Оставалось только послевкусие. Тёплое. Сладковато-горькое. Как карамель, прилипшая к нёбу.