Гавриил, стоя перед Люцифером, чувствовал, как его сердце сжимается от ужаса. Взгляд старшего брата, когда-то полного света, теперь был полон безумия и решимости, которые пронзали его душу, словно острые иглы. Он смотрел в голубые глаза Люцифера и не мог поверить тому, что видел — в них уже не было той искренней доброты, что когда-то освещала их мир. Вместо этого он увидел лишь отражение разрушающегося рая, где тьма медленно прорастала, как ядовитые лозы.

Но, по правде говоря, Азазель понимал одно — это был его выбор. Он грешник, и это ничего не изменит. Оставалось только смириться с тем, что он злодей, а не герой в этой истории, и виноват в этом он сам.