Ослепительный свет софитов бил прямо в глаза. Громкий голос ведущего, представлявшего их группу, заставлял сердце сжиматься, а ладони потеть. Адреналин в крови зашкаливал. Натаниэль был уверен, что сегодня он оставит на сцене всего себя. Это их последний концерт в гастрольном туре, потом долгий перелет и, наконец, он откажется дома, в объятиях любимого мужчины.

Всё было хорошо. Вот только Юра так не думал. Уже прошла половина лагерной смены, когда к ним в отряд приехала новенькая. Юру она сразу начала раздражать. Её манера общения и привычка смотреть на всех с высока заставляла сжимать руки в кулаки до побеления костяшек и скрипеть зубами. А ещё она постоянно таскалась за Володей: стремилась покрасоваться перед ним, повилять бёдрами или местами пикантнее, хотела помочь ему и не оставляла бедного вожатого пятого отряда одного. И Юра не оставил это.

Соленые слёзы нестерпимо царапали истерзанную кожу, но это не имело значения. Ничего, кроме его жизни. Ничего, кроме надвигающегося на него Натана с газовым резаком.

Фильм был уже где-то на середине, когда Ники ахнул и показал в сторону окна. — Смотрите, снег! Все разом обернулись. На улице и вправду был снегопад. Крупные хлопья снежинок медленно кружились в воздухе, будто танцуя, и оседали на землю.