В гареме Топкапы, где каждый вздох был пропитан ароматом мускуса и запахом вечных интриг, крик новорожденного младенца не стал великим откровением. У Султана Сулеймана уже были сыновья: статный Мустафа, надежда империи, кроткий и любимый матерью Мехмед, и даже маленький Селим уже успел занять свое место. А Баязид... Баязид пришел в этот мир не как первенец, открывающий новую главу, а как еще одно звено в бесконечной цепи османской преемственности.