Она просила об одном и том же. Умоляла, раз за разом, а он, неизменно, исполнял. И это сводило ее с ума. Бесило до дрожи, до скрежета зубов. Почему? Отчего? Может, делал не так, как ей хотелось? Но в ответ лишь презрительное фырканье да резкий поворот головы, за которым следовал тяжкий вздох и взгляд, полный какой-то странной, непонятной тоски. Он сделал. Сделал, как всегда. Исполнил ее просьбу, зная, что она никогда не простит себе, если умрет от чужой руки.