Он не чувствовал жалости к парню, лежащему за этой дверью. Он чувствовал интерес - тот самый, который испытывает скульптор к куску глины, из которого предстоит вылепить нечто совершенное. Человек - существо хрупкое. Но то, что он собирался создать из обломков этого парня, должно было стать вечным.

Говорят, когда огонь сталкивается со льдом, исход предрешен. Лёд обречен. Под яростным натиском пламени он неминуемо теряет форму, становясь податливым и прозрачным, пока не превращается в воду. Обычную, пресную, покорную воду - нечто серое и переработанное. Огонь быстро теряет интерес к тому, что сам же и разрушил. Но что, если этот лед - не просто замерзшая стихия? Что, если его структура настолько плотна, а холод настолько глубок, что вместо того, чтобы таять.. он начнет поглощать тепло?

Они были разными. Не противоположностями даже - разными стихиями. Их быт не должен был пересекаться. Их взгляды - не совпадать. Их имена - не звучать рядом.