Ли Минхо всегда жил в ритме марафона — быстром, четком, запланированном, с финишной лентой впереди. Хан Джисон же предпочитал слушать тишину между нотами и коллекционировать застывшие моменты на пленку старого фотоаппарата. Они встретились, как луна и солнце, и их миры смешались в коктейле из боли, исцеления и тихих обещаний. Это история о том, что иногда, чтобы услышать самого человека, нужно сначала научиться молчать вместе с ним.