Совнгард. Вечный пир. Гормлейт и Хакона скрестили клинки в яростном, но братском поединке. Довакин, седой веками, наблюдал с улыбкой в глазах. Внезапно его тело содрогнулось. Улыбка спала. Он встал, взгляд – льды Винтерхолда. Веселье замерло. Гормлейт и Хакона прервали бой. «Что не так?!» – рявкнул Хакона. Тишина. Но не спокойная. Давящая. Довакин с отвращением ощутил гнилостный запах распада души. — Наглость, — прошелестел он и начал идти к воротам. Никто не смел остановить его.