Был ли этот «абсолют» желанным, или же неизбежным, знал лишь Дазай. Время от времени задумываясь над этим он считал, что, возможно, риск здесь необходим, но одумываясь и оглядываясь назад, сознание, вопреки решению пустить все на самотек, пробивалось наружу, делая обособленное существование крайне бессмысленным и противоречащим самому «абсолюту», что является недопустимым и даже опасным.