Он откровенно говоря уже заколебался отшучиваться, потому что правду Кюхён не скажет никогда. Не скажет, что его сердце по-прежнему, ка и девять лет назад, принадлежит одному лишь человеку. Что он ложась спать целует фотографию своего драгоценного мальчика, а просыпаясь, в пустоту квартиры, желает ему доброго утра. И пусть Джонхёна нет в живых уже больше восьми лет.