Джей тоскливо огибает взглядом город, вид на который открывает его балкон, и внутри что-то излишне сильно сжимается, давит на живое и, когда привыкаешь к этому чувству, вновь раздирает старые раны. За линзами очков проступает влага и карие глаза падают на зажатую между двух пальцев сигарету. Дым успевает вскользь растереться своей горькой патокой по языку, тут же проникая в легкие с новым вдохом. Секунда-две и уже куда более редким дым акварельной кляксой растворяется на фоне городских огней

Узкие лучи солнца лениво скользили по серым простыням, пробиваясь сквозь капну спутанных кудрей. Линч уже второй за это утро открывает глаза лишь чтобы убедиться, что Джон никуда не свалил за время, пока веки Егора с тяжестью закрывались. Последние два дня были непростыми, поэтому сейчас журналист позволяет себе уложить широкую ладонь на веснутчатые лопатки друга и наконец вновь сдаться перед лицом сна. —А я не поняла, Егор, вы все еще дрыхните?

—Точно все в порядке? Это не совсем нормальное место для детей.. И подростков, да. Кладбище встречает их непривычной тишиной. Приходя сюда ты действительно словно попадаешь в другой мир, где ощутим только шепот покойников. Неслышен, но ощутим. —Обычно люди нашей специфики приходят сюда по работе, но.. — Линч замолкает, с горечью поджав губы, —..Я правда не думал, что мама отпустит тебя, извини, приятель. ::Я решил пересмотреть выживаемость Джона.

Царапины тупых ногтей вдоль ребер отрезвляют. Линч толкает Джона в грудь, сбивая с кровати, и встает по другую сторону, готовясь к защите всеми подручными средствами. Приятель не нападает, лишь поднимается на ноги и смотрит вниз. Егору почти кажется, что это была просто галлюцинация, но исподлобия на него поднимается пара алых глаз. —Я не хотел, чтобы так вышло, приятель.. — задушено шепчет Джон и закрывает лицо ладонями, стянув очки, — Лучше бы лекарство меня убило.

—Линч, твою мать, ты кидалово! Че ты ржешь? Я не понимаю, ты че ржешь? Твой заика сейчас под дверь приперся чуть ли ни с букетом цветов. Как думаешь, он сильно обрадуется, что ты оставил его со мной? Пошел ты, Линч! Джон сбрасывает звонок и отправляет телефон куда-то на диван, не особо заботясь о его сохранности. Очередная трель дверного замка испаряет последние капли терпения и писатель буквально срывается с места.