Атласная белоснежная рубашка заправлена в черные, свободного кроя брюки. Рыжие волосы то и дело лохматил ветер. Зеленые глаза, что уже не такие яркие как раньше, выражают отстраненность. Бледное лицо скованное мнимой уверенностью, на самом деле полнейшее безразличие ко всему, и без малейшего намека на эмоции. Один лишь шрам на правой щеке наталкивает на воспоминание о том ночном убийстве. Это пырнуло острым лезвием больную рану, и та ударила новой волной неистовой злости и обиды.