А по венам разливалось наслаждение. Оно наполняло каждую клеточку тела удовольствием. Но нет, в этом удовольствии не было безумия. Это удовольствие дарило почти детский восторг, абсолютно осознанно ощутимый, читаемый во взгляде, отраженный в неестественно растянутой улыбке. Сейчас именно он являл собой воплощение бога, и упивался этой властью. Это он владел судьбами невинных, обрекая их на муки и страдания. Он есть Страшный Суд.