Когда стрелки мировых часов вплотную приблизились к полуночи, а геополитическое напряжение достигло своего апогея, Москва стала эпицентром невозможного. Безмолвно и величественно в бизнес-центре мегаполиса разверзлись врата, ставшие окном в чуждую вселенную. То, что открылось взору по обе стороны разлома, не поддавалось логике: иные краски, иные тени и само дыхание мира, столь разительно отличавшееся от привычного нам порядка вещей, что разум отказывался принимать увиденное.