— Зачем т-ты это сделал? — я нервно говорила, ведь он со мной может сделать тоже самое. Хорошо, что у меня были жильцы. — Ах, моя крошка, я не мог это так оставить. Не может же он с тобой так обращаться. — Не н-называй меня так. — я всё больше и больше запиналась. — О, этот человеческий страх, мм, так сладок. — он всё ещё широко улыбался и немного смеялся. — А теперь мой любимый вопрос, малышка. Ты одна дома? — он ужасно похотливо улыбался. — Нет, я не одна дома.